Навлекая беду

Скоттолайн Лайза

— Спасибо, но в этом нет необходимости.

— А кто возьмет дело? Ведь Энн…

— Бог его знает!

Динь! Третий этаж. Двери лифта разъехались. Здесь находится фирма «РОСАТО И ПАРТНЕРЫ», сообщали медные буквы на стене. Знакомый ковер, обтянутые тканью стулья, стеклянный столик. У Энн возникло странное чувство, что она вернулась в собственную жизнь. Впрочем, рисковать нельзя. Энн, не задерживаясь, вышла из лифта и поспешила прочь. Мэт остался позади.

Мэри провела Букера и его клиентов к одной из двух комнат для совещаний и открыла перед

ними дверь.

— Подождете меня? Я быстро. Ванные комнаты слева, стенографистка уже ждет. Я буду через десять минут.

— Спасибо, — сказал Мэт, и Мэри понеслась следом за Энн по коридору.

* * *

— Ты жива!

Мэри сжала перепуганную Энн в медвежьих объятиях. Ее льняная блузка пахла мылом «Айвори» и порошковым антиперспирантом. Костюм Дяди Сэма лежал кучей на аккуратном столе Мэри, и Мэл осторожно обнюхивал бороду. В льющемся из окна солнечном свете его шубка казалась шелковой: пушистый кот на фоне аккуратных юридических документов. Кот Юридический. Мэри стояла рядом.

— Не верю! Не верю! Как здорово!

— Отпусти ее, пока не задушила, — сказала стоящая в дверях Джуди. Даже она улыбалась. Как и Бенни, находившаяся рядом и смотревшая поверх белой фарфоровой кружки с надписью «ЯВА ДИВА».

— Я так счастлива! — Мэри не отступала от еле державшейся на ногах Энн. — Я так счастлива, что ты жива!

— Она всегда такая? — спросила Энн, которую мотало из стороны в сторону.

Бенни кивнула:

— Да. Свои чувства я доверила ей. Она работает за меня, Каррир и всю филадельфийскую ассоциацию адвокатов.

— Как здорово!

Мэри наконец отпустила Энн и стала рядом со светло-коричневым шкафчиком у двери. Собранные в хвост волосы растрепаны, карие глаза сверкают.

— Расскажи нам все, подруга! Я тогда решила, что ты — привидение!

— Привидений не бывает, — ответила Энн, но Мэри наморщила лоб:

— Нет, они бывают.

«Девчонка слегка не в себе».

Энн не стала возвращаться к этой теме. Она потянулась к Мэлу и запечатлела на его мордочке приветственный поцелуй. Тот ответил своим обычным «где-ты-была»: потыкался в ее нос и понюхал воздух. Кот-эскимос.

— Расскажи, что произошло. С самого начала, — попросила Бенни.

Не выпуская кружку, она опустилась на шкафчик. Улыбка на ее лице поблекла.

— Опознание проводила я, Мерфи. Клянусь, я видела тебя в морге, мертвую. Это было ужасно.

— Лица же, наверное…

— Я едва смогла себя заставить взглянуть на него. Твое… Ее лицо было сплошным месивом, а на месте глаз была вата. Мы все видели твое тело, хотя идентификацию проводила я. Там стоит именно моя подпись. У меня не было никаких сомнений. Твоя одежда, рыжие волосы, и пусть все это было покрыто…

Энн отмахнулась:

— Все ясно. И я знаю, почему ты ошиблась.

— Так расскажи нам, как все происходило на самом деле, — торопливо вклинилась Джуди, которой не терпелось сменить тему. Она проворно вскочила на шкафчик и пристроилась рядом с Бенни, болтая ногами в красных сабо. В дополнение

к комбинезону на ней были длинные серебряные серьги, раскачивающиеся при каждом движении.

«Как странно! Мы вчетвером, вместе, в офисе Мэри…»

Такого раньше не бывало. Они стояли в том самом офисе, куда она только вчера пришла без приглашения. Ей было тяжело встречаться взглядом с Джуди, зная, что у той на душе. Но та была такой милой: круглое личико, улыбка младенца, какими их изображают на коробке с детским питанием, коротко стриженные пастельно-желтые волосы. Энн отбросила обиду. Будь что будет. Она рассказала им все, начиная с прошлогоднего знакомства с Кевином, потом перескочила на убийство Уиллы. Рассказала, что видела их там, у себя дома. Рассказала о звонке доктора Голдбергера, о побеге Кевина. Энн опустила некоторые подробности, так что вслух о деталях того разговора в доме ничего сказано не было.

Ближе к концу рассказа даже Джуди притихла. На младенческом лице — страдание. Зато Мэри была взволнована и серьезна. Сидевшая на шкафчике Бенни смотрела в окно, на ее большом пальце повисла кофейная кружка. Она заговорила первой:

— Мне не дает покоя твоя главная предпосылка, Мерфи. Ты пришла к выводу, что убийца — Кевин, и я вижу почему. На это указывают факты. Особенно его побег. — Бенни прямо посмотрела на Энн. Ее синие глаза обжигали, словно лед. — Но есть вероятность, что убийца — не Кевин. И кем бы преступник ни был, он хотел убить именно Уиллу.

Энн не сдавалась:

— Бенни, копам ты сказала прямо противоположное. Ты сказала, что это Кевин и думать тут не о чем.

— Тогда я не знала, что у тебя дома была Уилла, а это все меняет. Для меня. И для тебя тоже. — Глаза Бенни сузились. — Уилла ни с кем не встречалась? Насколько я могу судить, она была не замужем — раз согласилась сидеть с твоим котом.

— Она жила одна, и я знаю, что она ни с кем не встречалась.

— Сколько ей было?

— Примерно моя ровесница.

— Где она работала?

— Думаю, что на дому. Она была художницей и работала одна.

— У нее должны быть друзья, семья.

— Наверное, да только я больше о ней ничего не знаю — кроме того, что у нее, по-моему, был независимый источник дохода. И родом она не отсюда. Так что не представляю, где ее семья и как их разыскать.

— Мы должны их найти. Она была им дочерью или сестрой. Они имеют право знать о ее смерти. Где Уилла жила?

— Где-то в городе. Я знала ее только по спортзалу.

— Ты могла бы выяснить ее адрес? Это очень сложно? — Бенни не стала дожидаться ответа. — Ладно, расскажи мне о вашей последней встрече. Ты говорила, что она прибежала к тебе домой прямиком из спортзала. При ней что-нибудь было? Дамская сумочка, спортивный баул? Полиция не нашла никаких ее документов.

Энн тут же вспомнила, как у нее на крыльце, запыхавшись от бега, стояла Уилла…

— Нет, в руках у нее ничего не было.

— При входе в спортзал нужно показывать удостоверение или членский билет?