Наваждение
Шрифт:
— Тогда его надо провести! — с жаром воскликнула она. И снова Кромвелл покачал головой.
— В случае изнасилования, — объяснил он, — суд может распорядиться о проведении ДНК-теста. Но в данном случае, где нет возможности доказать изнасилование, нам будет очень трудно убедить суд вынести решение о проведении ДНК-теста у мужчины, который этого не желает.
— А как тогда насчет медицинских записей? спросила она. — Мы не можем установить его группу крови, ему же ее определили?
— Этого недостаточно, — возразил Кромвелл. — То есть не слишком трудно установить группу крови
— Что же нам в таком случае делать? — спросила Ники, осознав всю парадоксальность попыток доказать, что человек, которого она ненавидела, был ее отцом.
— Есть частный детектив, которого мы нанимали во время процесса Тройано, — сказал Кромвелл. — Его расследование дел «Хайленд Тобакко» и всех ответственных служащих компании было очень успешным. Возможно, он поможет нам.
Когда Кромвелл объяснил свои намерения, Ники улыбнулась.
— Но может статься, — предупредил Кромвелл, — что его данные нельзя будет по закону представить суду.
— Хорошо, — сказала Ники. — Может быть, существует высший суд для таких, как Дьюк Хайленд.
Сидя в одиночестве в своем уставленном книжными полками кабинете, Дьюк налил себе двойную порцию «бурбона» и залпом выпил. Затем поднял телефонную трубку и набрал номер своего личного врача. Хотя был уже поздний час, Дьюк не беспокоился, что вторгается в личную жизнь другого человека. Люди, которые служили ему, хорошо оплачивались, и он ожидал от них готовности откликнуться по первому его зову в любое время дня и ночи. Нетерпеливо постукивая пальцами по столу, он ждал ответа на свой вызов.
— Хендрик, — сказал он, услышав знакомый голос, — это Дьюк Хайленд. То дело, о котором я заботился, почти сделано. Дай мне пару недель, чтобы связать все концы, и назначь операцию, о которой мы говорили, на первые числа следующего месяца.
Ответ доктора заставил его раздраженно нахмуриться.
— Это ваше дело сделать так, чтобы была уверенность, что это не слишком поздно, — грубо возразил Дьюк. — Если не можешь как следует сделать свою работу, когда я готов, я найду того, кто сможет.
Опустив трубку, он пробурчал: «Доктора, они хуже законников». Они всегда пытаются запугать вас, думал он, чтобы поднять свои гонорары. Разве они не изрекали страшные пророчества пять лет назад? А он выжил тогда и выживет сейчас. О его болезни никогда ничего не становилось известно. И он, разумеется, не допустит, чтобы это произошло сейчас, когда он консолидирует свои силы в «Хайленд» так, чтобы никто никогда не мог ему снова угрожать. Его юристы уже работают над петицией об аннулировании доверенности Бейба. Когда это будет сделано, акции Бейба перейдут к Пеппер, и Дьюк готовился сделать ей такое предложение, от которого она никогда не осмелится отказаться. Он здорово отделал эту смутьянку, дочь Элл. Получил удовлетворение, видя, как она потерпела крах прямо на его глазах.
Внезапно послышался звук громких голосов, а в следующий момент в кабинет Дьюка вторглась Ники, следом за ней семенил дворецкий.
— Извините,
— Это потому, что она вовсе не леди, — сказал Дьюк с мерзкой ухмылкой. Застигнутый врасплох, он колебался, пытаясь решить, доставить ли себе удовольствие сразу вышвырнуть ее вон или сначала выслушать то, что она хочет сказать.
— Оставьте нас, — сказал он дворецкому и откинулся в кресле.
— Я говорил тебе, что ты пожалеешь, — злорадствовал он, взирая на Ники. — Я говорил тебе, что будет война, если ты не примешь мое предложение.
Оставшись наедине, они долго смотрели в глаза друг другу. И Дьюк увидел в них что-то, чего не видел никогда раньше.
«Могла она разузнать? — размышлял он. — Могла ли она узнать все?»
Несколько секунд Ники вглядывалась в лицо своего отца. Подстрекаемый ее молчанием, ее немигающим взглядом, Дьюк снова заговорил:
— Если ты думаешь, что сумеешь сейчас провернуть какую-нибудь сделку, то забудь об этом. С тобой покончено, Ники. Ты сыграла по своему разумению и проиграла.
— Я пришла не за тем, чтобы совершить какую-либо сделку, — сказала она твердо.
— Тогда почему…
— Я знаю, что ты сделал с моей матерью, — сказала она звенящим от гнева голосом, я знаю, что ты изнасиловал ее! И если бы я не имела в мыслях кое-чего похуже, я бы убила тебя прямо сейчас, как собаку!
Рот Дьюка искривила злобная ухмылка.
— Никому никогда не требовалось насиловать эту продажную суку, — прохрюкал он. — Она даже умерла как шлюха, какой и была, полуголой. Она всегда была готова раздвинуть ноги перед каждым, кто мог заплатить. Мне не требовалось насиловать ее.
— Подлый лжец! Ты избил ее и изнасиловал!
Дьюк пожал плечами, словно Элл больше не имела никакого значения.
— И она забеременела от тебя, — выпалила Ники с гримасой, говоря так о собственном зачатии.
Почувствовав сигнал тревоги, Дьюк замер в своем кресле.
— Ты теряешь голову, Ники. Разве ты не знаешь, что не дозволено вот так клеветать на людей? — спросил он угрожающе. — Я могу сейчас позвонить моим юристам, и они возбудят против тебя судебное дело.
— Сделай это. И расскажи им, какую скромную жизнь ты ведешь. А заодно и покажи им это! — Она вынула какой-то документ из сумочки и швырнула ему на стол.
Дьюк едва глянул на бумаги.
— Ну, в чем дело? — потребовала она. — Тебя не интересует правда? Это результат ДНК-теста, отец! Меня тошнит, когда я говорю это, и меня тошнит, когда я гляжу на тебя, но этот тест так же точен, как отпечаток пальцев. Ты оставил свою метку на мне, Дьюк Хайленд, и теперь я говорю тебе об этом, не стесняясь в выражениях.
— Ты блефуешь, — сказал он, — я не проходил никаких проклятых тестов.
— Ты и не должен был их проходить, — парировала она, — ты недавно, как всегда раз в неделю, стригся. Помнишь это, Дьюк? Я подкупила твоего парикмахера, и он передал мне прядь твоих волос. «По сентиментальным соображениям», — сказала она с сарказмом. — Большего мне не требовалось. Лаборатория сделала все остальное.