Наваждение
Шрифт:
Руки Стаса по-прежнему бережно, но крепко держат меня в своем кольце. Я вдыхаю полной грудью воздух, в котором уже слышатся осенние нотки. Через пару дней начнутся занятия во всех учебных заведениях страны. И у меня в том числе. Вот только Стас оказался не у дел.
После травм, полученных в драке, врачи запретили ему выходить на ринг. Новость он воспринял на удивление спокойно. Оказалось, что самоутверждаться таким образом его больше не прельщает. Он решил направить энергию и умения в другое русло. А именно захотел исполнить свою мечту и стать тренером, жаль только, что набор в институт
Чувствую движение за спиной, и тут же на мой висок приземляется лёгкий поцелуй.
— Будто весь мир у наших ног, — тихо говорит Стас, прижимаясь к моей щеке.
Я оглядываюсь на него, изучаю его острый профиль и устремлённый вдаль взгляд, и улыбаюсь.
— Так и есть, — также тихо вторю ему.
Я не знаю, что ждёт нас впереди. Сколько времени нам отмеряно? Счастливые ли нас ждут дни или горькие? Исполнятся ли наши мечты? Будет ли наполнена смыслом наша жизнь? Да, это и неважно. Важно, что у меня есть он, а у него я. И то, что нас связало. И это не какое-нибудь наваждение или сон. Это настоящая любовь. Та самая, одна единственная и на всю жизнь.
Бонус
Ася.
Один год спустя.
Просыпаюсь от ощущения пустоты под рукой. Открываю один глаз и вижу, что лежу в постели одна. Половина кровати Стаса совсем холодная, значит, он уже давно встал. В поле моего зрения попадает розовая лапа, и я полностью открываю глаза. Приподнимаю голову, фокусирую взгляд и замечаю на подушке Стаса фламинго, мягкую игрушку, что я когда-то выиграла для него в тире. Он всегда оставляет эту нелепую птичку рядом со мной, когда уходит на работу раньше меня.
— Хах, — смешок слетает с губ.
Часы показывают почти десять утра. Сладко потягиваюсь в постели. На языке появляется своеобразный солоновато-кислый вкус, и я ощущаю подкатывающую тошноту. Похоже, моё утро начинается с того же, чем закончился вчерашний вечер.
«Чёртовы устрицы», — думаю, пока бегу в ванную комнату.
Вчера мы с Катей устроили себе небольшой девичник перед началом нового учебного года, и отправились в морской ресторан, который славится своими устрицами. Данный вид деликатеса был обеим нам в новинку. Что ж, дегустация закончилась, толком не начавшись. Уже взяв раковину в руку, я поняла, что вряд ли смогу это проглотить. Я честно, пыталась, но увы. Этот желеобразный моллюск не задержался в моём желудке даже и пяти минут. Нам с подругой пришлось спешно ретироваться из уважаемого заведения, дабы не портить аппетит другим его гостям.
Опорожнив и без того уже пустой желудок, умываюсь и направляюсь на кухню. Стас сидит за столом, на котором ворохом разбросаны листы бумаги с эскизами. Он, молча, следит за тем, как я беру один из них в руку и разглядываю. Это карандашный набросок тренировочного зала, который нарисовал сам Стас. Оказалось, он очень хорошо рисует. Вместе со своим другом Игорем мечтает
— Почему ты так смотришь на меня? — подаю голос, понимая, что Стас сверлит меня глазами с момента моего появления на кухне.
— Боже мой, скажи, что ты беременна, — тихо произносит он.
Вскидываю на него взгляд. В последнее время он часто поднимает детскую тему.
— Нет, я не беременна.
Почему-то мне жаль это говорить ему. Я знаю, что мой муж очень хочет детей. Я тоже хочу, но у меня впереди два самых сложных и загруженных года обучения. И этот факт невозможно игнорировать. Поэтому я принимаю контрацептивы, но Стас всё равно не теряет надежды на скорое отцовство. Упрямый.
Мой муж! Мы поженились всего пару недель назад. Когда он узнал, что его зачислили в ВУЗ, сразу сделал мне предложение. Мы расписались в тот же день, чудом уговорив заведующую ЗАГСа. Все восприняли новость с радостью, кроме отца. Он хотел видеть свою дочь в свадебном платье, поэтому жутко обиделся на нас. Но мама знала, как растопить его обиду. Она сделала самую сумасшедшую вещь, на какую была способна. Взяла отпуск на работе на целых две недели. Мой отец был счастлив, так как уже полгода пытался уговорить свою вновь обретённую жену на медовый месяц. Он так радовался её капитуляции, что простил мне не надетое белое платье.
— Что ж, будем стараться усерднее, — хмыкает муж, когда целует меня в кончик носа. — Кофе?
Стас подходит к кофемашине и загружает в неё свежую порцию ароматных кофейных зёрен. Я чувствую запах столь любимого мною напитка, и желудок скручивает очередной неприятный спазм.
— Может чай? Зелёный, — вздыхаю я, потирая мой бедный живот.
— Чего? — удивляется Стас, выпучив на меня свои карие глаза. — У нас есть чай?
— Желудок всё ещё болит после этих дурацких устриц. Боюсь, он не вынесет кофе, — оправдываюсь я, принимая загадочный взгляд мужа.
Стас открывает шкафчик, где у нас хранится кофе и начинает в нём рыться в поисках завалявшейся пачки чая.
— Ты бы всё-таки сделала тест, — говорит он как бы непринуждённо, даже не глядя в мою сторону. — Чай. Зелёный. Подумать только!
— Хорошо, я сделаю. Слушай, а это классно смотрится, — быстро перевожу тему и поднимаю со стола ещё один эскиз.
На нём изображена входная группа клуба. На вывеске красивым шрифтом написано «Feel Fight». Feel — Фил — Филатов. Игра слов. Я провожу кончиком пальца по буквам, отчётливо понимая, почему Стас выбрал такое название для своего детища.
— Фил, это уже видел?
— Нет ещё, — муж подходит ко мне и забирает из моих рук эскиз. — Не думаю, что…
— Ему понравится, — перебиваю я его и обнимаю. Он всё ещё чувствует свою вину.
Стас собирает эскизы в папку, избегая смотреть на меня. Я не знаю, что с ним происходит. Он уже несколько дней странно себя ведёт. Отстранённо. Будто что-то тревожит его.
— Что с тобой? — подхожу к нему и заглядываю в глаза. — Поговори со мной. Ты же знаешь…
— Да, я помню. С тобой мне не нужно притворяться. — Стас вздыхает.