Наваждение
Шрифт:
— Со мной все в порядке, — тихо ответил он.
По причине, которая не была ей понятна и казалась в тот момент не настолько важной, чтобы уделять ей внимание, Мика остался ждать на крыльце, пока она показывала полицейским дом. Начали с квартирки, где они жили с Рэчел. Берд просил ее говорить им о любой вещи, пропавшей или лежащей не на своем месте. Опрокинутый треснувший глиняный цветочный горшок на веранде, распахнутая раздвижная дверь, стопки книг и нот, раскиданные по всему ковру… неужели так
— Вот она.
— Вот это да, — ошалело сказал тот и передал снимки Берду.
Констебль внимательно рассмотрел каждую фотографию.
— Все собираюсь вставить их в рамку, — сконфуженно призналась Силия.
— Она и впрямь очень красивая девочка, — сказал Берд.
В этой фразе одновременно прозвучали и признание ее правоты, и просьба извинить его за бестактность. Почувствовав это, Силия попыталась развить свою мысль:
— Она запоминается людям.
— Когда были сделаны эти снимки?
— На прошлое Рождество. У них тогда в школе был концерт. Ее снимал Мика.
— Он фотограф?
— Любитель, не профессионал.
— Он делал другие ее снимки?
— Да, сделал несколько. — Ей было не очень понятно, почему полицейский задал такой вопрос. — За несколько лет он не раз ее фотографировал.
— Можно нам взять на время эти фотографии?
— Пожалуйста…
— Может быть, нам придется отсканировать их.
— Правда?
— Да, когда дадут электричество.
Интересно, почему он не считает, что к тому времени Рэчел уже найдется? Они же ищут ее всего ничего… Силия бросила взгляд на часы: без четверти одиннадцать.
— Вы здесь находитесь где-то около получаса?
— Минут сорок, — ответил младший полицейский.
— Сорок минут, — повторила она, будучи не в состоянии понять, много это или совсем ничего.
Из рации Берда донесся чей-то голос.
— Давай докладывай, — сказал он и вышел из комнаты.
Силия расслышала часть фразы о подразделении розыскных собак.
— Вы, ребята, и вправду делаете все, что можете, — сказала она парню, который был помоложе.
— В темноте собаки могут очень пригодиться.
— Да. Точно. — Она об этом как-то не подумала. — Значит, им понадобится что-то, на чем остался ее запах, я правильно понимаю?
— Было бы очень кстати, если бы вы могли найти что-нибудь из ее вещей. — Он прокашлялся. — Лучше всего будет, если вещи нестиранные.
Силия вернулась с ним в спальню и стала рыться в переполненной корзине с грязным
— Слава богу, что я не помешана на чистоте…
— Не переживайте, — ответил он, — я такой же.
— Здесь очень чисто, — заметила Силия, когда к ним присоединился Берд. И тут же поняла, что хотела сказать, что здесь жарко,здесь очень жарко.
В спальне Рэчел Берд направил фонарик на комод с зеркалом.
— Это ее? — спросил он, указав на расческу.
Она кивнула и только теперь заметила, что руки мужчин обтянуты резиновыми перчатками.
— Можно нам ее тоже забрать?
— Пожалуйста, — беспомощно пожала плечами она.
Младший полицейский положил на кровать все, что держал в руках, вынул из кармана еще один пакетик — на этот раз маленький — и поместил в него расческу.
— На ней могут быть мои отпечатки пальцев, — предупредила Силия.
— Это не страшно.
Когда в пакетик, уже другой, отправилась зубная щетка Рэчел, Силия поняла, что их интересует ДНК дочки.
— Это у вас что, обычная процедура? — спросила она, указав на пакетик. — Вы всегда так делаете, когда вам звонят о… — Она никак не могла заставить себя выговорить слово пропажа. — О ребенке?
Перед тем как ответить, Берд на пару секунд замялся.
— Если ребенок должен находиться в определенном месте, но его там нет и предпринимаются предварительные меры по его поискам, в этом случае, в соответствии с процедурой, мы начинаем собирать о нем данные.
Она кивнула, хоть он и стоял к ней спиной. Констебль был прямым, открытым человеком, и он добросовестно относился к своим обязанностям — она оценила это по достоинству. Силия интуитивно чувствовала его доброту. Кто-то снова вызвал его по рации, и у нее все сжалось внутри, но разговор опять зашел о розыскных собаках.
Силия вышла в гостиную. Молодой полицейский копался в путанице компьютерных проводов позади письменного стола.
— Мне кажется, вас может дернуть током, — заметила она.
— Может быть, нам понадобится ваш жесткий диск, — пояснил он. — И жесткий диск компьютера господина Рэмстеда. Тогда мы сможем выяснить, с кем она общалась по Интернету. — Он возвел глаза к потолку. — Вы же не знаете, с кем она могла переписываться, правда? С другими детьми?
Полицейский и сам казался почти ребенком. Силия вдруг подумала о его матери, о том, беспокоит ли ее опасная работа сына и как бы она сама к этому относилась, если бы оказалась на ее месте. Она сделала шаг и больно ударилась коленкой о письменный стол.