Научи меня любить...
Шрифт:
Глава 32.
Все замерли. В том числе и Алена. Она словно онемела и не могла сказать хоть одно лишь слово, ведь твердо была уверена, что Матвей всего лишь друг. О большем даже речи не может быть. Он тот, кому она может довериться, сказать о своем состоянии, поплакаться в плечо, но в этих представлениях нет никаких сцен, где было бы видно их поцелуи, объятия, признания в любви. Нет и не будет. Потому что не любит она его. Ни капельки. Если у нее и есть хоть какие-то чувства к этому человеку, то разве что только дружеские.
– Матвей, я...
–
– Я... Я не могу. Прости.
Девушка выбежала из комнаты и, оказавшись на кухне, подошла к раковине и включила кран, из которого тут же показалась холодная вода. Не раздумывая, Алена слегка намочила руки и поднесла их к своему лицу. Ведь ей так нужно было охладиться и осознать, что только что произошло. Лучший друг признался в своей любви к ней. Это нормально? Да, она знала, что когда двое людей дружат, один всегда чувствует что-то большее. Отнюдь не дружеские чувства. Но девушка и подумать не могла, что это не обойдёт ее стороной. Вот уж так точно сюрприз.
Она дотронулась рукой до маленького кармашка, который находился на ее платье чуть выше бедер и, вынула оттуда письмо. Письмо воистину любимого человека. К которому она чувствовала совершенно другое чувство, никак не связанное с дружбой, хотя раньше постоянно твердила обратное. Если бы только знала, как изменится ее жизнь, никогда бы не направилась работать в кафе. Не знала бы никаких мучений и тяжкой боли. Она не знала бы Диму...
Но подумав о Диме, девушка тут же остепенилась.
"Как бы мне не было больно, я всегда буду благодарна за то, что встретила его. С ним моя жизнь перевернулась с ног на голову, выполняя в воздухе самое сложное в мире сальто. Он показал мне самое важное в жизни. Он доказал, что любовь есть, заставил поверить в это. И я всегда буду помнить его. Всегда..."
Девушка еще раз развернула конверт и посмотрела на содержимое. Интересно, о чем он ещё думал, когда писал записку? Хотел ли он того, чтобы она знала о его смерти? Или же нет, поэтому и сказал передать письмо только после его смерти и ни слова об этом не сказать? Все эти вопросы так и останутся вопросами, ответы на которых уже не найти. Их не существует. Больше нет.
– И как это понимать?
– она успела подпрыгнуть от неожиданности и повернуться к своему собеседнику, чтобы он мог видеть ее лицо.
– Никак.
– Что значит "никак"?
– Матвей, ты хороший парень. Добрый, веселый, ты... Ты просто замечательный. Но ты не для меня.
– Что за глупости? Алена, наверное, ты пересмотрела своих романов.
– Нет, - девушке пришлось вплотную прислониться к кухонной гарнитуре, уклоняясь от парня всевозможными методами, - Матвей, я не могу так. Когда я вижу, как ты пытаешься взять меня за руку, поцеловать в щеку, я начинаю вспомнить совершенно
– Алена, он мёртв. Его нет. Все. Это конец. Прими его и живи дальше. Трудно, не спорю, но я сделаю все, чтобы ты была счастлива со мной. Дай мне только шанс.
– Я не знаю, как тебе это объяснить. Понимаешь, я все это время пыталась найти Егора. Звонила ему и Вадиму несколько раз в день. Но они словно забыли о моем существовании. Как-будто меня и не было никогда.
– О парнях Матвей знал на данный момент практически все. А как тут не знать, когда Алена каждый день говорила о них, как о самых близких. Хотя раньше пыталась это скрывать и никому об этом не говорить. Тем более, она не думала, что будет рассказывать такое своего другу и жаловаться на свою жизнь. Но время меняет людей до неузнаваемости.
– И что теперь собираешься делать?
– Не знаю, - она крепко сжала в руке бумагу, из-за чего взгляд Матвея переместился на ее грудь.
– Что это?
– Обычная записка, - С недавнего времени она стала часто носить ее с собой в кармане.
Парень странно улыбнулся и одним рывком забрал у нее послание, которое предназначалось именно ей. И только она могла его читать. Ведь это было только ее... И этим письмом она не хотела делиться ни с кем. Это была только ее тайна. Которую она могла делить только с Димой, но никак не с Матвеем.
– Матвей!
– Я всего лишь посмотрю, - он грубо развернул лист и пробежался взглядом по бумаге, несколько раз усмехаясь в ответ строчкам, написанных парнем, которого он никогда не увидит. Странно, но это больше радовало его, нежели огорчало. Но ярость все же смогла заполнить его сердце до немыслимой черноты, подкидывая совсем не пушистые идеи, - Он серьезно думает, что этим ничтожеством сможет как-то утешить тебя?
– Это моё письмо.
– Твоё письмо?
– ярость? Скорее злость и жестокая ненависть к его сопернику. Успел погибнуть, но все равно мешает и стоит у него на пути. Ну уж нет.
– А тебе разве не говорили, что с прошлым нужно кончать и уничтожать все, что может напоминать о нем?
"Уничтожать все, что может напомнить о нем... Нет, только не это письмо. Он не посмеет".
– Отдай листок, - девушка хотела забрать свою вещь обратно, но лучший друг успел увернуться и смеясь, снова встал напротив нее, искоса поглядывая на то, как она тревожно смотрит на эту проклятую записку.
– Поверь, я хочу только лучшего для тебя. Так будет правильнее, - рукой нащупал в кармане своих джинсов нужный ему предмет и вынул его, заставляя Алену судорожно ловить воздух, проталкивая его в себя с помощью рта, - Загадай желание.
– Матвей!
– Алена бросилась на него в попытках отобрать свое письмо, но парень лишь отталкивал ее от себя и снова показывал ей последнее напоминание о Диме, словно дразнил ее так, заставляя переживать все больше, - Пожалуйста... Отдай его мне. Это единственное, что у меня осталось.
– Скрипку она не считала самым важным подарком. А вот письмо... Очень даже. В последний момент Алена немного успокоилась, решив для себя, что он не сделает ничего плохого и Матвей всего лишь хочет напугать так ее, но...