Настойчивый
Шрифт:
– Терренс, второй столик, он не доволен, – чуть не плача говорит Жардин, – достал уже. Он постоянно садится за мой столик и вечно не доволен. Что я ему сделала?
Я заглядываю в ее усталое лицо, поджимаю губы, но уже заранее знаю, что сейчас начнется.
– Пойдем, разберемся. Только ты спокойно стой, чтобы он не имел аргументов, – отвечаю ей, поправляю манжеты на своей белой рубашке, единственная роскошь, купленная с первой зарплаты в дорогом бутике. Галстук-селедка серебристого оттенка ошейником сдавливает горло, заранее предупреждая
Мы подходим к клиенту, понурое настроение Жардин и потупленные в пол глаза. Она нервно сжимает поднос и тяжело вздыхает.
– Наклонитесь, мистер, – он внимательно читает бейдж, будто видит меня впервые, но это скорей для того чтобы унизить меня, чем от беспамятства, – Кинг. Вы – менеджер зала, и я в который раз указываю вам на то, что ваша официантка не умеет подавать блюда. Ее манеры желают лучшего, снова подала мне вилку не с той стороны, а салфетки, – он трясет в двух пальцах ткани, которые насобирал около себя, не меньше пяти штук, – она их не забирает, я сижу здесь в этом хламе, а она делает вид, что меня нет.
Жардин уже пытается что-то сказать, но я ее перебиваю.
– Хорошо, мистер, я обещаю вам сменить официантку, как только вы придете к нам в ресторан в следующий раз. Обещаю, что наш работник получит выговор в денежном эквиваленте, – резкий взгляд обиженных глаз, посланный мне маленькой официанткой, она еще не знает, что я задумал. – Вы почти закончили с основным блюдом. Давайте я все уберу и принесу вам подарок от нашего шеф-повара?
Мужчина недовольно сопит, но позволяет мне собрать его мерзкие салфетки и почти доеденный ужин. Жардин идет рядом со мной, когда мы возвращаемся.
– Плюнь ему в тарелку, – совершенно серьезно произношу я.
– Ты серьезно? – удивленно спрашивает меня девушка.
– Нет, конечно. Я сделаю это за тебя, – ухожу в кухню и двигаюсь к холодильнику.
Наш шеф-повар уже давным-давно ушел, приготовив все блюда для раздачи. В холодильнике стоит порция легкого десерта со взбитыми сливками и мороженым, усыпанным фруктами. Это моя порция, которую я забыл с утра съесть. Она простояла целый день, и я почти уверен, он этого не заметит. Если посчитать, сколько съела эта сволочь, и сколько дерьма он нам устроил, плевок – это жест доброй воли, особое отношение персонала к выродку. Достаю десерт и взбитые сливки, чтобы полить все сверху еще раз.
– Тер, подожди, – в кухню забегает Жардин и, не спрашивая меня, плюет на десерт. Мои брови приподнимаются, я удивленно уставился на растекающуюся жижу, все еще встряхивая баллончик в руках.
– Прости, ты не собирался этого делать? – я откашливаюсь, пытаюсь подавить улыбку.
– Вообще-то нет, я больше надеялся на несварение желудка, и по текстуре тут больше подошел бы не плевок, а сперма, но, дружок, извини, я не хочу дрочить, – она хлопает себя рукой по лбу и замолкает. – Ты уверена, что хочешь поделиться с ним своим кусочком ДНК?
– Он меня настолько задолбал, что я готова размазать все это по его
– Да иди уже. Заканчивай с ним. Никакого нахер штрафа, что я деспот, по-твоему? Тебе и так есть нечего, – отправляю ее с кухни и думаю о том, какие женщины все-таки коварные. Так запросто плюнуть.
Выхожу из открывающихся дверей, становлюсь в проходе, привычно собрав руки на груди и созерцая мерзкую картину, как мужик сладострастно смотрит на отвернувшуюся Жардин, стоящую к нему спиной, и ест свой «особый» подарок. Он обращает внимание на меня, я приподнимаю брови и слегка ему киваю на приподнятый большой палец вверх. Да, мужик, это вкуснейшая вещь. Она тебя поимела, а ты даже не в курсе. Официантки проходят мимо меня одна за другой, давая понять, что они закончили, спрятавшись в раздевалке. В зале остаемся только я, Жардин и мужик, который никак не поднимет свою жопу со стула. Оставив на лице дежурную улыбку, я подхожу к Жардин и касаюсь ее плеча.
– Ты можешь идти собираться, за вами уже приехала машина, – тихо говорю около ее уха.
– Спасибо, Терренс. Я рада, что ты наш шеф, – пропускаю мимо ушей ее похвалу и снова поворачиваюсь к клиенту лицом.
Мужчина вытягивает руку и шлепает официантку по мягкому месту с сальной улыбкой. У меня чешутся кулаки, чтобы двинуть ослу при всех по морде, после едва сдерживаемого всхлипа Жардин. Она и так уже натерпелась от этого урода. Я выхожу на один шаг вперед, перекрывая обзор на ее спину.
– Эй, почему ты ее отпустил? Я еще не доел, – возмущается он.
Выпрямив осанку я показываю, что у него есть считанные секунды до того времени, как он может получить п*здюлей. Спокойно смотрю на часы, не отвечая ему, медленно иду к стойке, где находится кнопка отключения видео, невзначай нажимаю ее, затем автоматическое отключение света по времени. На всякий случай нажимаю кнопку экстренного вызова охраны. Может хоть в этот раз у меня получится сделать все правильно. Девчонки, щебеча как маленькие птички, выходят из раздевалки, машут мне на прощание, я же продолжаю отсчитывать секунды до того, как заступлю на свою новую работу.
– Эй, козел, я тебе еще раз говорю. Ты не смеешь ее отпускать, пока я не поем, – орет мужик, я расстегиваю манжеты и подкручиваю рукава на рубашке. Пять…
– Я пожалуюсь твоему шефу, ты будешь землю жрать, но не устроишься больше никуда, – четыре…
– Ты мне не молчи тут, и нечего делать вид, что меня здесь нет. Эта сучка постоянно носит мне, – три…
Стрелки на моих часах почти соприкасаются, я подключаю снова камеры, за стойкой снимаю галстук с шеи и расстегиваю верхние пуговицы на груди. Уверенным шагом направляюсь к клиенту, все еще сидящему за столиком. Один…