Настоящее - Прошлое - ...

Ad Валентина

Благополучно добравшись домой, я уже на следующий день, впервые за несколько недель мучительных раздумий, обрела душевный покой и равновесия. Впервые за несколько месяцев я вновь стала задумываться о будущем, а не жить одним днем. Впервые за все годы своей жизни, я почувствовала себя по-настоящему взрослой и готовой ежедневно принимать «взрослые» решения.

Уволившись с работы, я задержалась на съемной квартире еще на недельку, чтобы прийти в себя и восстановить силы для грядущих перемен.

Одобрив мой аборт,

и не совсем одобрив переезд к родителям, Тома не лезла ко мне в душу. Она, как обычно, жила своей жизнью. Лишь однажды, сразу после моего возвращения из больницы, Тамара обмолвилась о том, что я все сделала правильно. Сейчас-же казалось, что с того времени прошла целая вечность, а может и вовсе ничего не было.

– Шуруп, а ты когда уже выедешь? – Тома неуверенно задала мучивший ее вопрос.

– А что, я тебе уже надоела?

– Нет, что ты. Просто ко мне должен Тимур переехать, мне нужно знать на когда рассчитывать?

Со всеми своими проблемами я совершенно не замечала всего, что происходило не в моем мире:

– А что, у вас все настолько серьезно?

– Да. – Две эти буквы били просто переполнены гордостью. – Вообще-то, мы с ним уже три месяца вместе, так что следующий шаг, вполне логичен.

Да-а-а, для моей Тамары три месяца это действительно – срок. Это нормальные люди прежде чем начать жить вместе должны хотя-бы полгода (это самый минимум) повстречаться, но Тома никогда не относилась к «нормальным». С учетом того, что самый длительный ее роман длился две недели – три месяца это все равно, что десять лет:

– Прими мои искренние поздравления, я уже завтра покину ваше гнездышко.

– Спасибо! Шуруп, ты у меня самая лучшая! – Подруга набросилась на меня с благодарными объятиями. – Подожди, а тебе хоть есть куда идти?

– Да. Я родителям сказала еще пару дней назад о своих планах. Они безумно обрадовались.

– Еще бы – их «заучка» возвращается.

– Не стоит так пренебрежительно произносить это слово. Лучше уж быть «заучкой», чем матерью-одиночкой.

– Извини. – Тома виновато прятала глаза. – Тогда я пойду, обрадую Тимура?

– Иди. Я тем временем вещи соберу.

– Может, мы завтра тебя завезем? – подруга явно хотела побыстрее избавиться от моего присутствия.

– Спасибо, но меня доставит домой Федя.

– Ну, смотри, как знаешь.

Тома удалилась, а я занялась пакованием немногочисленного багажа.

– Привет.

– Привет.

– Ну что, готова?

– А как-же.

С самого утра на пороге моей будущей «бывшей» квартиры появился мой рыцарь – Федор. Именно он стал спасательным кругом в моей жизни. В то время как мне было тяжело, и я неуверенно решалась на серьезные шаги в жизни, именно он поддерживал меня и не дал пасть духом.

Тома, не смотря на высокое звание моей «лучшей подруги» была занята своей жизнью. Она никогда не была постоянной,

и находиться в состоянии «жилетки» более чем несколько минут не могла. У нее впервые в жизни было все стабильно в личных отношениях. Я никогда не слышала от Томки так часто столько нежных и восторженных слов о мужчинах, как в этот период ее жизни. Она была в восторге от Тимура, который любил себя (соответственно отлично выглядел), был сыном не бедных родителей (соответственно считался мажором и не считал денег), трахался лучше всех (соответственно заняла первое место на возведенном Томой пьедестале) и жил по тем же принципам, что и Тамара. Все в ее жизни было просто идеально, а брать мои проблемы близко к сердцу, было не в ее правилах.

В связи со всем этим, моей опорой и «жилеткой» стал Федор. Тихий, спокойный, безотказный, понимающий и принимающий мои проблемы, как свои. Между дружбой с Дроном и мной, он выбрал второе.

Как только он узнал, что я беременна и что его другу нет до этого дела, Дрон прекратил быть его другом.

– Почему это девушка, намного младше него, должна оставаться с проблемой один на один, в которой виноваты оба?

Это был ответ на мой вопрос по поводу их дружбы. Больше мы к нему не возвращались.

Федор практически каждый день навещал меня преподнося разнообразные презенты – фрукты, шоколад, мягкие игрушки. Вечерами мы прогуливались вдоль злощастного озера, а днем наслаждались просмотром комедий, которые, по мнению Феди, должны были затмить мои грустные мысли. Он ежедневно выгуливал меня, старательно уводя как можно дальше от грустных мыслей. Он делал все возможное и невозможное, чтобы я не расклеилась. Да что там, он даже отвез меня в другой город за «избавлением». Теперь он – стал моим лучшим другом.

Загрузив весь мой багаж в машину, мы расселись по своим местам:

– Саш, ты не будешь возражать, против нашего дальнейшего общения? – тронувшись с места Федор нарушил молчание.

– А ты что, хотел прекратить со мной общаться? – я откровенно не поняла его вопрос.

– Нет. Просто ты решила изменить свою жизнь. Отречься от недавнего прошлого. Забыть все, и начать новою жизнь, – Федя нервно сглотнул. – А ведь в этом «недавнем прошлом» мы с тобой и познакомились. Я ведь тоже часть этого прошлого.

На его лице я легко прочла страх, который незамедлительно вызвал у меня улыбку и благодарность:

– Федь, ну вот о чем ты сейчас? Тебе, как никому известно, от какого прошлого я хочу отказаться и что я хочу позабыть. Ты, самое чудесное, что со мной в этом прошлом произошло. Я дорожу нашей дружбой и ни в коем случае не хочу тебя потерять.

Лицо парня расплылось в улыбке:

– Правда?

– Правда.

С этого эпизода начался новый этап моей жизни.

* * * * *

Я жила соответственно намеченному плану, и все мне удавалось.