Наставник
Шрифт:
— Теперь, когда мы решили стать семьей, нам нужно выучить имена друг друга, — сказала я. — Мы будем учиться, пока идем обратно в школу. — Я быстро разделила их на пары и заставила встать в линию по два человека. — Хорошо, у вас есть только минута с человеком рядом с вами, прежде чем мы поменяемся местами. Когда мы вернемся в школу, будет викторина, и победит тот, кто сможет запомнить больше всех имен, так что будьте внимательны.
Мы с Арчером шли позади шеренги детей, которые все болтали, пока мы двигались в направлении
— Все прошло довольно хорошо, — сказал он и улыбнулся.
— Да, пока все идет хорошо.
— Поменяйтесь местами, — крикнула я, и Соломон, который был впереди с Уиллоу, отошел назад, в то время как другие дети в его очереди продвинулись вперед.
— Когда ты собираешься им сказать? — Арчер кивнул на Хантера и Уиллоу, которые теперь шли бок о бок, представляясь друг другу.
Сначала я ничего не ответила. Я была слишком очарована видом близнецов, которые застенчиво разговаривали и обменивались именами друг с другом.
— Завтра, — сказала я. — Я скажу им завтра.
— Почему не сегодня?
— По той же причине, по которой я не хотела, чтобы Хан был здесь. Детям будет сложно справиться с таким количеством новостей.
Убедившись, что дети провели по минуте с каждым из своих новых одноклассников, мы усадили их за длинный стол в столовой, назвав имена каждого ученика в викторине.
Было несколько смешков по поводу некоторых неправильных угадываний имен, но в целом у детей была хорошая память, и Пейси, Рошель и Султан набрали стопроцентно правильные ответы.
Я подняла руку и посмотрела на трех победителей.
— Вы можете выбрать человека, с которым хотите работать на следующем задании. Однако вы не можете выбрать кого-то из своей собственной страны.
Заговорил Арчер.
— Пейси, почему бы тебе не выбрать одного из мальчиков в напарники?
Щеки Пейси покраснели, как помидоры, когда все уставились на нее, и я испугалась, что она начнет плакать, поэтому я подошла, чтобы взять ее за руку, но прежде чем я успела подойти, Натан, который сидел ближе всех к ней, заговорил.
— Ты можешь выбрать меня.
Он мне сразу понравился за искреннюю улыбку, которой он одарил ее. У мальчика было две сестры, и у него было немного больше опыта общения с женщинами, чем у остальных.
Султан выбрал Милу, а Рошель выбрала Хантера, и мы вывели всех детей на улицу.
— Мы собираемся сыграть в игру, — объяснил Арчер и направил детей.
Перл подошла и встала рядом со мной, прислонившись ко мне так, что наши плечи соприкоснулись.
— Я чую нечестную игру, — прошептала она.
— Что ты имеешь в виду? — я спросила.
— Тебе не кажется подозрительным, что ни один из этих мальчиков ни в малейшей степени не уродлив? Я имею в виду, один красивый мальчик имел бы смысл, но это… — Перл прищурила глаза. — Какими критериями руководствовался Арчер, когда выбирал их? Была ли привлекательная внешность одним из них?
—
— Наши дети — нормальные дети. Может быть, Мила и Уиллоу красивее, чем в среднем, но мальчики Севера… — Перл замолчала. — Думаю, что Хан что-то замышляет.
— Например, что?
— Я не уверена, но я собираюсь это выяснить, — сказала она с серьезным выражением в глазах. — Но давай не будем говорить об этом сейчас. — Перл взяла меня под руку и улыбнулась. — Сегодня такой замечательный день, и мы не позволим ничему его испортить.
Я улыбнулась ей в ответ.
— Ты права! Это хороший день. А завтра у детей будет первый настоящий школьный день — это будет интересно.
Некоторое время мы молча стояли, наблюдая, как Арчер и Марко ведут детей в какую-то игру, в которой для нас было мало смысла. Игра в «коробки» была моим предложением; эта игра была вступительной игрой Арчера.
— Стоит ли нам вмешаться? — спросила Перл, когда два мальчика вступили в громкую дискуссию. Но прежде чем у нас появился шанс что-либо с этим сделать, Марко стал хозяином ситуации, схватив каждого мальчика сильной рукой и растащив их в разные стороны. Он подтолкнул их перед собой, уводя прочь от группы.
— Как ты думаешь, что он им говорит? — спросила я Перл, мне не нравилось, как два маленьких мальчика стояли, опустив головы.
— Он, вероятно, угрожает им мучительной смертью или чем-то в этом роде, — тон Перл был саркастичным, но взгляд, которым мы обменялись, сказал, что никто из нас не удивился бы, если бы это действительно было так.
— Потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к их обычаям.
Мы обе нахмурились, когда два мальчика упали на землю и начали отжиматься. Марко считал, и несколько детей с Родины остановились посмотреть.
— Что они делают? — спросил Томми, который стоял ближе всех к нам.
Хантер обернулся и ответил:
— Они принимают свое наказание.
— Но это выглядит забавно! — воскликнул Томми. — Я хочу посмотреть, смогу ли я это сделать. — Секунду спустя Томми был на земле, имитируя то, что, как он видел, двое мальчиков делали рядом с Марко. Ники и Рейвен быстро последовали их примеру, и я не смогла скрыть улыбку, когда небольшая группа детей Родины отжималась ради забавы, подрывая наказание, которое Марко назначил двум мальчикам.
— Какого хрена вы, парни, делаете? — крикнул Арчер, уперев руки в бока, и его лицо сморщилось от раздражения.
Рейвен встала, отряхнула руки и подошла к нему.
— Это несправедливо, что они получают все удовольствие, и вы не должны называть нас парнями, когда некоторые из нас девушки.
— Отжимания не должны быть веселыми, — объяснил Арчер. — Марко преподал мальчикам урок, потому что они не могли перестать драться. Это наказание.
Рейвен в замешательстве нахмурила брови.