Насмешка
Шрифт:
— Сделаю, ласс, — спокойно кивнул тот. — Старец учит ценить жизнь, и мы ценим. Но он для нас стал равен Святым, и желание Вильтрана превыше жизни твоей женщины. Дай меч, пока она дышит. Иначе ты потеряешь и ее, и свой клинок.
Ласс Дальвейг мгновение смотрел на мужчину, после опустил взгляд на Лиаль, в чьих глазах застыл испуг. Слезы проложили тонкие дорожки по ее щекам, разрывая сердце Гаэрда на части. Мужчина застонал, до боли в пальцах стискивая рукоять Халидура.
— Святые, — сипло выдохнул он.
— Решайся,
Нож вновь надавил на горло Лиаль, заставив ее вскрикнуть. Гаэрд вдруг почувствовал в глазах жжение, и лаисса расплылась перед его взором. Он так ясно представил, как нож полосует ее шею, оставляя уродливую рану. Как хрипит и падает лицом на стол девушка, занимавшая его помыслы, как кровь ее разливается алым озерцом. Кровавые ручейки бегут по гладкой поверхности, достигают края и капают на его руки. Гаэрд увидел безжизненные глаза Лиаль, он так четко их увидел…
— Святые, — повторил он, рывком вытаскивая меч из ножен и кидая на стол. — Держи и будь ты проклят, слепец.
После этого вскинул взгляд на воина, но тот смотрел на старика, тянувшего костлявую ладонь к Халидуру. Наконец пальцы его сомкнулись на рукояти, и Вильтран подтянул меч к себе.
— Да-а, — прошелестел он, и нож исчез, освобождая Лиаль.
Она надрывно вскрикнула, вскочила с места и бросилась к Гаэрду. Тот поднялся ей навстречу, поймал в объятья, крепко прижимая к себе, и закрыл глаза, ощущая сейчас пустоту и облегчение одновременно.
— Они свободны, — махнул рукой старик, любовно поглаживая реликвию.
Гаэрд еще раз взглянул на него ненавидящим взором, обещая себе спрятать Лиаль и вернуться. Лаисса потянула за собой мужчину, спеша покинуть это ужасное место. Он слепо шел за девушкой, позволяя увести себя, потому что по собственной воле оставить Халидур Гаэрд был не в силах, не смотря на данную клятву. Они уже дошли до двери, когда позади, то ли закашлял, то ли закаркал старик, и разразился горестным криком:
— Пусто! Пусто, Силы нет! Меч пустой! Верните их немедленно!
Тут же за Дальвейгом и лаиссой Ренваль бросились воины «видящего», но Гаэрд уже сам остановился и обернулся, задвигая Лию себе за спину. Воины остановились, положив руки на рукояти мечей. Старик поднялся из-за стола и сделал несколько неверных шагов.
— Где? — воскликнул он. — Где Сила?!
— Мне неведомо, — ответил Дальвейг и не смог сдержать издевательской ухмылки.
— Знаешь! Знаешь! — закаркал старик.
— Я могу забрать меч? — холодно спросил ласс.
— Нет! Заприте их, — велел старик и пробормотал. — Я хочу понять. Хочу… Но не сейчас, устал.
Он вновь закашлялся. К старцу подбежала женщина, бережно обняла за плечи и увела прочь. Гаэрд оценил возможность сейчас вернуть себе Халидур, но оставил эту затею, потому что к его спине испуганно жалась Лиаль,
— Идите за нами, — велел тот, что стоял все это время в углу, лишь раз покинув его. — Старец Вильтран будет говорить с вами позже.
Гаэрд обернулся к лаиссе, обнял ее за талию, и они направились вслед за воином. Второй шел позади, отрезая путь к побегу. Ласса и лаиссу провели в другую часть дома, распахнули тяжелую деревянную дверь и задвинули засов, как только они оказались внутри маленькой каморки.
— Гаэрд, — всхлипнула Лиаль, но мужчина прижал палец к ее губам, после ласково обвел их по контуру и склонился, ненадолго приникая поцелуем.
— Ты жива, с остальным разберемся, — негромко сказал он и увлек девушку к тюфяку, брошенному на пол. — Миролюбив старец, а темницу имеет, — усмехнулся мужчина.
— Гаэрд…
— Т-с-с, — он покачал головой. — Мне надо подумать.
Лиа положила голову на плечо ласса и замерла, не мешая ему.
Глава 24
День клонился к закату. В коморке, где закрыли двух пленников, стало совсем сумрачно. Лиаль подошла к маленькому окошку и встала на цыпочки, чтобы выглянуть наружу, но вскоре зябко передернула плечами и вернулась к лассу Дальвейгу, следившему за ней рассеянным взглядом. Он протянул руку благородной лаиссе, и она без всякого страха вложила в его ладонь пальчики. Гаэрд потянул Лиаль на себя, и вскоре она сидела на его коленях, обвив шею рукой и глядя в глаза мужчине.
— Скоро ночь, — сказала девушка, чтобы нарушить молчание.
— Да, скоро, — кивнул Гаэрд. — Любопытно, где сейчас Ригн, и чем занят.
— Ох, надеюсь, с ним все хорошо, — вздохнула лаисса, прижимаясь щекой к щеке Дальвейга. — Я волнуюсь за него.
Гаэрд сильней сжал кольцо рук вокруг лаиссы. Судьба обоза волновала и его, но все-таки они были вне стен поселения и, если нападавшим не пришла помощь, то должны были отбиться. В этом Дальвейг был уверен. Но обоз мог продолжить путь, он не был нужен, ни старцу, ни его людям, а вот ласс Магинбьорн оставить сестру и друга в плену не сможет. Стало быть, он сунется в поселение, и что ожидает его здесь, предсказать было сложно.
— Гаэрд, — Лиа посмотрела на мужчину, — что они могут с нами сделать?
— Ничего такого, что уже не сделали, — ответил Дальвейг. — Слепцу нужен Халидур, я могу ответить на его вопросы, а ты не позволишь мне промолчать.
— Прости, — прошептала лаисса, повинно опуская голову.
— За что? — удивился Гаэрд, приподнимая голову Лии за подбородок. — За то, что мое сердце бьется чаще, когда я вижу тебя? Или за то, что без тебя я не могу сделать ни одного глотка воздуха? А может за то, что я не устаю благодарить Святых, что они привели моего коня под стены замка Ренваль?