Насмешка судьбы
Шрифт:
— А где меня обследовали?
— В больнице при монастыре святой Клементины.
Так, значит, сейчас она в монастыре? Энжи тщетно пыталась собраться с мыслями, но ей мешали и головная боль, и эмоциональное потрясение. Быть может, она лежит в палате для высокопоставленных пациентов?
— Ваш муж настаивал на том, чтобы были сделаны все необходимые анализы и проведено тщательное обследование, — пояснил врач. — Постарайтесь не нервничать, синьора.
— С нервами у меня все в порядке, — пробурчала она, но
Пока врач осторожно осматривал ее голову, а Энжи отвечала на его наводящие вопросы, ей вдруг почудилось, что она все еще пребывает в беспамятстве. Это странная обстановка вокруг и ее необычные собеседники не что иное, как сон. Что ж, вполне убедительно, хотя разговор экс-мужа с врачом звучал уж очень пугающе ясно.
Проводив доктора до двери, Лоренцо извинился перед ним за затянувшийся визит и пожелал счастливого пути. Ее знание итальянского языка позволило понять смысл их диалога.
Когда Лоренцо вновь приблизился к ее постели, Энжи уже полностью отмела идею о том, что ей все пригрезилось. Дрожащей рукой она взяла со стола стакан воды и сделала маленький глоток.
— Есть хочешь? — мягко поинтересовался он.
Энжи отрицательно покачала головой: ее мутило. Набрав в легкие побольше воздуха, она выпалила:
— Я хочу знать, что происходит.
— Думаю, пришло время вспомнить, что у тебя есть муж, — усмехнувшись, ответил Лоренцо. В карих глазах мелькнул золотистый огонек.
— В последний раз тебе говорю, ты мне не муж, — ледяным тоном отрезала она.
— Наш брак не был аннулирован, не было и официального развода, — чеканя слова, возразил он. — Поэтому мы все еще являемся супругами.
— Неправда! — Она вспыхнула. — Наш брак был признан недействительным!
— Ты искренна в своем заблуждении! — с невозмутимым спокойствием сказал Лоренцо, упирая на последнее слово.
Энжи вдруг покраснела.
— Это не заблуждение, — рьяно возразила она. — Я знаю, что это именно так.
— А название адвокатской конторы, занимавшейся нашим делом, случайно не «Кимберли и Уорнер»? — осведомился он.
Энжи неуверенно кивнула, поскольку всего лишь раз посетила адвоката, да и то пять лет назад. И тут ее осенило.
— Да, именно так она и называлась, и, как я понимаю, этот факт говорит за то, что ты прекрасно знаешь и саму контору, и решение суда по поводу нашего брака.
— Ты так считаешь? — Лоренцо отошел от окна и приблизился к кровати, не сводя с нее пронзительного взгляда. — Если брак признан недействительным, значит, он больше не существует ни на бумаге, ни в жизни. В таком случае, полагаю, ты согласишься со мной, что при условии аннулирования брака я освобождался и от финансовых обязательств перед тобой.
— Естественно, — подтвердила Энжи, не понимая, к чему он клонит.
— Тогда, будь добра, объясни
— Пособие? Мне? — недоуменно повторила она, пытаясь понять его слова. — Ты?
— Я ожидал увидеть перед отелем «Лацио» по меньшей мере «бентли», но никак не ту развалюху, на которой ты приехала. С теми деньгами, что я плачу тебе, ты вполне могла бы позволить себе такую роскошь, как личный шофер.
— Не понимаю, о чем это ты? — Энжи нервно рассмеялась. — Последние три года я упорно работаю и полностью содержу себя сама. Клянусь, я никогда не получала от тебя никаких денег.
— Если твои слова правда, значит, все это время кто-то совершал мошенничество в особо крупных размерах.
Энжи недоверчиво покосилась на собеседника. Как ни странно, но он не был разъярен, как полагалось бы в такой ситуации.
— Мошенничество? — Она ужаснулась, когда до нее дошел смысл сказанного. — Но кто? Скажи, кто имел доступ к деньгам?
— Твой адвокат.
— Боже, неужели он преступник? — пробормотала она, внезапно почувствовав жуткую слабость.
Лоренцо платил ей содержание все эти годы? Невероятно! И хотя она не получила ни цента из этих денег, само известие стало для нее ударом. Она ненавидела его и ни за что бы не приняла от него никакой помощи, тем более что он ничего и не должен. Сама мысль о том, что Лоренцо считал, что ежемесячно выплачивает ей деньги, была унизительной для Энжи.
— Постой-ка, возможно... Нет, давай не будем делать поспешных выводов, — предложил Лоренцо, озадаченный соображениями, что кто-то иной мог годами присваивать его деньги.
Энжи припомнила пожилого мистера Кимберли, похожего на персонажа романа Чарлза Диккенса. Единственное, чего ему недоставало, так это бухгалтерских перчаток с отрезанными пальцами. Узнав, что бракосочетание состоялось в другой стране, он явно смутился, будто люди не могли совершать подобных церемоний за пределами Ирландии. Ее мать тогда сказала мистеру Кимберли, что раз он никогда не сталкивался с подобными делами, то и церемониться особенно не стоит.
— Вероятно, — предположил Лоренцо после некоторого размышления, — это вовсе не твой адвокат, а кто-то из близкого окружения...
Кто-то на Сицилии, кто-нибудь со стороны Лоренцо, подумалось ей. При этой мысли у нее с души словно камень свалился, и она вновь ожила.
— Я бы ни за что не приняла от тебя денег, — твердо сказала Энжи.
Он тепло улыбнулся ей, отчего сердце у нее забилось сильнее.
— Я верю тебе, — тихо произнес он. — Но виновника все равно надо установить. Ты согласна со мной?
— Конечно, — с легкостью поддакнула она, радуясь, что он верит ей. Правда, ситуация оставалась все еще щекотливой.