Наследники
Шрифт:
15 октября
Два чувства. Радость: присвоили звание старшего лейтенанта. И тут же чувство тревожного ожидания. Стоим мы на месте. Больше месяца обороняем рубеж — и ни с места.
24 октября
Около моего блиндажа грохнулась громадная бомба. Чуть было не сыграл в ящик…
Немцев здесь ждет большая неприятность, пожалуй, не менее той, которую они изволили откушать в декабре прошлого года под Москвой.
26
Другой день немцы переживают ад. Несколько эскадрилий наших славных «илов» штурмует их. А вчера мы и сами познакомились с действиями штурмовиков. Я вполне понимаю немцев, называющих этот тип советских самолетов «Черная смерть». По ошибке восьмерка «илов» штурмовала нас. Несколько минут содрогалась земля.
…Еле выбрался от немецких автоматчиков. Ночь месячная, и они заметили мой силуэт.
Наши бойцы залпом из винтовок сбили «мессершмитт».
29 октября
Прочел дневник немецкого солдата. Его жадность прямо-таки поразительная: за два месяца этот поганец отправил в Германию 50 посылок!
1 ноября
Принял 12 новых комсомольцев [7] .
3 ноября
Ночью приснился мне Василий Иванович Чапаев. Сидит, обнявши нас, и, старый герой, рассказывает о своих делах на Урал-реке…
7
Во время боев под Сталинградом мне пришлось быть на различных должностях: политрук и командир минометной роты, ответственный секретарь комсомольского бюро полка, заместитель командира артиллерийской батареи по политчасти.
5 ноября
Два дня, а точнее, две ночи вел разговор с немцами. В микрофон чуть было не покрыл их матом: так противны они мне. Вчера один фриц сдался нам в плен. Худой, обросший девятнадцатилетний гитлеренок. «Гитлер капут!» — твердит он и испуганно озирается. Нашкодил, мерзавец, и теперь побаивается.
…От брата Алексея нет никаких известий. Неужели его… Нет, этого не может быть.
К нам прибыл новый командир полка — майор Попов. Впечатление произвел на нас самое хорошее.
…Мы живем сейчас втроем. Три старших лейтенанта, вчерашние младшие политруки: я, Зебницкий и Соколов. В глухую полночь, когда мы благополучно возвращаемся из опасного путешествия по переднему краю, наше подземное жилье оживает. Гремит наша песня, рвется на волю. Потом вспоминаем прошлое, девушек, работу. Вася Зебницкий рассказывает и солидно привирает, а мы смеемся. Несколько позже бьем вшей. А где-то близко, над нами, — рокот моторов, в каких-нибудь 200 метрах — немцы, там — стрекотня пулеметов и автоматов. Обычная фронтовая ночь.
Во мгле, чуть-чуть освещаемый заревом пожаров, как израненный исполин, стоит Сталинград.
6
Нахожусь в 50 метрах от противника. Беседую в окопе с командиром стрелкового отделения Воробьевым. Замечательный парень. Он уже убил 15 немцев. У него плохое обмундирование — надо сменить. Рассуждает он просто: «Вот я отправил на тот свет 15 гитлеровцев. Что было бы, если б каждый боец сделал то же самое? А было бы вот что: ни одного фрица не осталось бы на нашей земле…»
На рассвете произошел грандиозный поединок нашей милой «катюши» с немецким «ванюшей». И оказалось, что Иоганн слаб против женщины. Это и понятно, такие ли воины склоняли свои буйные головы перед женщиной и становились беспомощными.
Красноармеец Сурков полагает так:
«Фашист… это такая паскуда, что ежели его не убьешь, то на твоей же русской душе грех».
И Сурков боится принять на себя такой грех — он укокошил 20 гитлеровцев.
9 ноября
Дают мне второй батальон. А в нем тысяча безобразий. Надолго ли меня хватит? Буду тянуть, как полагается солдату, до конца. Надо подумать хорошенько, с чего начать.
Снова принял 12 новых бойцов в комсомол. Крупецков [8] доволен: наконец-то нашелся отсекр. Теперь ему снова придется искать.
Что-то долго нет писем от брата.
10 ноября
Положеньице… Быть худу!.. Икс на игрек, игрек на икс…
11 ноября
8
Крупецков — пом. нач. политотдела дивизии по комсомолу.
Никогда еще не было такого кризиса.
15 ноября
Вчера на комсомольском собрании снайпер Каимов заявил:
— Мой винтовка карош… мой убил пять немец…
20 ноября
Получен приказ о наступлении по всему фронту. Всеобщий восторг. Боец первой минометной роты Латыпов Саид сказал:
— Давно бы так, а то сидим…
Борисюк Иван сгорает от нетерпения: скорей бы, скорей бы!..
23 ноября
Четвертый день идет наше наступление. Величайшая операция удалась: вся мощная сталинградская группировка врага полностью окружена. Если удастся завершить эту широко задуманную операцию, то враг будет наполовину разгромлен. Уже в наших руках Калач, Советский, Абганерово, Зеты и ряд других населенных пунктов, уже пройденных нами однажды с боями.
На поле боя появилось новое грозное оружие. Впрочем, солдаты так его и нарекли — Иоанн Грозный. Немцы говорят: «Рус домами стреляет». Сто килограммов — одна мина. Ничего?! Иногда стабилизатором своим она цепляется за упаковочный ящик, из которого ее прямо и выстреливают гвардейские минометчики, и летит с ящиком.