Наследники легенд

Шевченко Ирина

– Я хотел всех дождаться, – развел руками Лайс. – Но Галчонок уже в курсе, а Лар от нее узнает. В общем, это не из-за работы. Мари врата не пропускают…

– Да ну! – оживился Хранитель.

– Ну да, – смущенно улыбнулся Эн-Ферро.

– И что? – не понял Сэллер.

– А то! – отмахнулся Рошан. – Сам не знаешь, в каких случаях врата не пропускают?

– Когда кто-нибудь пытается протащить что-нибудь, что по договору тащить запрещено, – отчеканил человек.

Кард с драконом переглянулись и рассмеялись.

– У Ласси будет сестричка, – нарезая очередной круг, бросила Лара. – Как я, только с хвостиком. А мне папа подарок принес, вот!

Галла

Встречали

нас такими взглядами, словно они тут с голоду умирали, а мы там втихую жареного гуся трескали. Только дети были рады и не высказывали претензий. Нет, Лара была бы не Лара, если бы не спросила о подарке, но Ил нашелся и торжественно вручил ей цветочек из осколков эльмарских реликвий. Наверное, его, как и меня, позабавила мысль о том, что «мировое господство» будет в руках у этой шустрой малявки. Она тут же воткнула цветок в волосы и умчалась хвастаться Тину. Пусть. Полудемона занимали вещи из иных миров. Тэвки, знавшие о существовании врат и драконов, ценили истории и их вещественные подтверждения из других уголков Сопределья. Так что Тин-Тивилиру повезло с новой семьей – в нашем доме таких историй и вещей было достаточно, и все ему одному. Он, правда, периодически грозился вернуться на Саатар и осчастливить собратьев рассказами, но, очевидно, ждет, когда Дэви вырастет, чтобы прихватить драконыша с собой.

Ужин прошел скромно, праздничное застолье предполагалось завтра, а сегодня все так устали от новостей и переходов, что разошлись спать чуть ли не раньше детей.

Дождавшись, пока муж уснет, все-таки стерла второй шрам – ни к чему ему пожизненное напоминание о несостоявшейся карьере божества с вытекающими отсюда правами на малолетних дочек вождей. А я еще к этой помаде прицепилась…

«Царицей соблазняли!», – вспомнилось вдруг, и я тихонько хихикнула, обнимая любимого. И сразу же взгрустнулось: хорошее кино, с удовольствием посмотрела бы. А еще с Илом бы на Навгас сходила – кар напрокат и салат из креветок. А ему море на Пантэ показала бы. Но…

Ничего, нам и тут хорошо. Главное, что мы вместе.

…Серый камень. Дикий плющ. Под ногами трава зеленым ковром…

– Отдай то, что взяла…

Высокие своды. Небо в узких окнах. Радужные блики от разноцветных витражей…

– Отдай то, что у тебя есть…

Каменный стол… Костяной нож…

– Отдай чужое, вернешь свое… Отдай!

– Ил! Ил проснись! – было важно сказать ему это сейчас, не дожидаясь утра. – Я поняла, что меня держит.

– Кто держит? Где? – всполошился спросонья муж.

– На Таре. Помнишь, ты сказал, что врата не пропускали ветвь, потому что она принадлежит миру? Так вот, у меня тоже есть то, что принадлежит этому миру. У меня сила мира, сила Велерины. Если я ее отдам, мы сможем уйти. Мы будем свободными, понимаешь?

– Отдать? Как ее можно отдать?

– Не знаю… Точно не знаю. Но мне нужно в ее гробницу. В усыпальницу Велерины, в ту самую, которую все ищут. На Саатар.

Мир драконов

В последние годы Рошан старался реже общаться с Гвейном на темы, не входящие в общий круг проблем, разбираемых советом. То есть не разговаривал с ним о Галле и ее близких.

А Хранящий Слово не донимал вопросами, предоставив событиям идти своим чередом.

Теперь от этих негласных правил пришлось отступить.

– Она думает, что сможет избавиться от силы? – переспросил старик, выслушав рассказ.

– Она думает, что ей нужно попасть в усыпальницу. Считает, что именно это место она видит в снах.

– Как давно начались эти сны?

– Около года назад, – припомнил Рошан. – Но повторялись нечасто. И Галла не понимала их значения…

– А теперь, выходит, понимает?

– Не уверен. Да и само предположение о том, что можно отдать силу… Ведь это дар.

– Вот ты сам и ответил. Дар, подарок. А подарок можно вернуть. Знать бы кому.

– Ты серьезно?

Гвейн ненадолго смежил веки и выпустил струйки дыма из широких ноздрей.

– Природа магии и прочих неординарных способностей, которые нередко с магией путают, неоднозначна. Сила может быть свойством крови и не зависеть от внешних условий: Сумрак – яркий тому пример. Но и его сила в некоторых аспектах привязана к конкретному месту. С Фреймосом не встречался? Впрочем, ты же из первых рук новости узнаешь… Так вот, способности Сумрака в его крови, и он не теряет их в условиях блокировки внешних магических источников. Сила мага, как правило, черпается извне при наличии соответствующих личных данных. Иначе говоря, маг – это проводник и преобразователь, трансформирующий энергию среды в энергию заклинаний. Он способен накапливать ее, но до определенного предела. И именно накопительные способности обычно выступают основным критерием оценки…

Горбатого могила исправит, как говорят в некоторых мирах. Но обрывать лекцию невежливым замечанием не пришлось. Сказочнику хватило одного взгляда собеседника, чтобы понять, что он опять увлекся.

– Хорошо, – зевнул, выдыхая серое облачко. – Чтобы понятней было: ты на своей Земле на чем ездишь?

– На автомобилях обычно. А что?

– Двигатель внутреннего сгорания? А топливо какое?

– Бензин. Это продукт перегонки нефти.

– Спасибо, – едко поблагодарил Хранитель Тара, – я в курсе. Значит, двигатель, топливный бак, да? А теперь представь, что, не меняя объемов бака, ты залил в него совсем другое топливо. Пусть тоже продукт нефтепереработки. Поедет? На мазуте или на керосине? Вот и некоторые маги так. Двигатель – дар. Бак – накопитель резерва. А топливо им особое нужно.

– Энергетический фон подобных миров схож, и большинство магов не испытывают трудностей.

– Большинство – да. Но в твоей девочке сила проснулась именно на Таре. Способности, доставшиеся ей с кровью, в полной мере проявились, получив подпитку из родственной среды. Образовалась некая связь. И вероятно, что именно эта связь и удерживает Галлу на Таре.

– Способности у нее проявлялись еще на Земле, хоть и не так явно. Но мы начали с того, насколько реально избавиться от дара.

– Реально, – развел крыльями Хранящий Слово. – Но поможет ли это разорвать связь с миром?

– Попытка не пытка, – решил Разрушитель Границ. – Тем более сны эти. Точно неспроста. В усыпальнице ей побывать нужно, раз уж ее так настойчиво туда зовут. Мало ли какие еще тайны раскроются?

– Некоторые тайны лучше не трогать, – нахмурился Гвейн. – Но она у тебя упрямая и решение, как я понял, уже приняла.

– Да. И я не стал отговаривать. Единственное, в чем хотел помочь: узнать у тебя месторасположение гробницы.

– Извини, но не подскажу.

– Гвейн! Я понимаю, невмешательство, но в данном случае…