Наследники графа. Армэль
Шрифт:
В гостиной сквозь шторы просвечивало солнце, падая лучом на любимый гарнитур матушки, когда-то специально заказанный отцом у какого-то именитого итальянского деревщика. Обычно мебель в замках вельмож была тяжелой, грубой, практичной. Но благодаря тонкому вкусу его матушки, а потом и жены, убранство отличалось почти такой же красотой и роскошью, как королевские апартаменты. Комнату украшал величественный камин с башенками и фризами.
Граф бросил взгляд на картину, где были изображены он с супругой и дети. Минуту смотрел, потом отвернулся и пошел по широкой лестнице наверх. Ему нужно
Какое странное чувство вызвало у него посещение замка! Все-таки Куси был невероятно красив. Но теперь пуст… Будто душу из него вынули. Граф прошел в покои детей. В комнате Александрин было идеально убрано, ничего лишнего. А Армэль словно только что покинул спальню. На стуле лежал берет с помпоном, набор для письма, когда-то подаренный ему крестным, стоял на столе. В спальне Кристиана граф увидел игрушку внука – деревянную лошадку. Александрин, помнится, не захотела забирать ее, сказав что в Испании купят новую. Когда-то похожая была у Армэля. Арман де Куси присел в небольшое кресло рядом с кроватью и задумался. Взгляд его затуманился и потеплел.
Служанка будила виконта де Куси. Кажется, мальчик приболел. Обычно подскакивавший ни свет, ни заря, сегодня он не спешил покидать постель, несмотря на то, что было уже почти одиннадцать.
– Виконт, поднимайтесь, ваш батюшка уезжает и хочет сказать вам до свидания.
– Ну мама… – Армэль открыл глаза. – А, это вы. А матушка сегодня не приехала?
– Пока нет, сеньор.
– Я по ней соскучился. Сестру вон привезли. Зачем? Мама лучше, – ребенок сел в постели, недовольно поежившись, когда служанка принялась расчесывать его спутанные локоны.
Его сестра тем временем восседала на расшитой лазурью и золотом шелковой подушке и старательно пыталась открыть чернильницу. Рядом на пуфе сидела крупная белая кошка, которая с интересом наблюдала за действиями ребенка. Неожиданно девочка услышала за дверью шаги. В этот же момент крышка чернильницы, наконец, поддалась, и содержимое флакончика вдруг пролилось прямо на платье, растекшись по бархату. Не заметив, что ее пальцы испачканы в чернила, девочка прикрыла рот ладошкой, с ужасом осознавая, что натворила.
– Сеньорита, вот вы где! – воскликнула гувернантка, недавно нанятая отцом для воспитания и обучения девочки.
Та моментально спрятала чернильницу за спину, так при этом махнув рукой, что брызги полетели прямо на снежно-белое животное, чья шерстка разу покрылась черными пятнышками.
– О, Матерь Божья… Что вы наделали! Ведь платье совсем новое! И как теперь отмывать ваше личико! О, Mon Dieu 6 !!! – от возмущения мадам Перо перешла на французский. – Как дурно! Как нехорошо! Фи! Ваш батюшка будет недоволен! Так делают только очень-очень плохие дети.
6
Боже мой.
Гувернантка шлепнула девочку и подхватила ее на руки.
– Что вы нюни распустили! Не пристало благородным девицам плакать да капризничать! Вы хотите стать такой
– Я хочу рисовать! – вопила Александрин.
– Рисуют красками!
Арман медленно поднялся и направился к выходу. Его взгляд ненадолго задержался на гравюре с изображением единорога и льва. Считалось, что единорог обладает неукротимым нравом и борется при попытке его приручить. А лев имел множество значений. Сила, власть, воскресение… Шаги графа по мраморному полу разносились в пустых комнатах гулким звуком. Он отдал слугам несколько распоряжений, сказал, что ночевать не останется и сейчас же едет в Париж.
Где же найти силы все воскресить?..
Глава IX Неожиданная встреча
В трактире было еще не так многолюдно, как обычно. Начальник охраны короля вошел и окинул ищущим взглядом зал. Здесь его уже ждали. Мужчина в низко надвинутой на глаза шляпе сидел в углу, куда почти не попадал свет.
– О, вот и вы, – сказал он при виде де Монфора.
– Приветствую вас, граф. Вы написали, что будете здесь, и я рад, что застал вас.
Друзья заказали вина и закуски. Вскоре полилась задушевная беседа, в ходе которой Арман то и дело поглядывал на друга. Ему явно нужно было поговорить о чем-то серьезном.
Но шевалье сам завел разговор о том, что волновало обоих.
– Я все знаю о замысле нашего друга.
– Да? И что думаете?
– Что он либо идиот, который не понимает, что творит, либо потрясающе наглый гений.
– Смотрите, – вдруг перебил его граф де Куси.
Друзья увидели, как в таверну вошли две женщины. Одна – в красивом бежевом плаще, обшитом по краю золотыми нитями, вторая была одета скромно – в серое платье и накидку. Арман не верил своим глазам. Он перевел взгляд на не менее удивленного друга.
– Графиня и ваша Полин? Связался черт с младенцем!
Анна, сначала направившаяся было к Монфору, вдруг застыла, пораженно уставившись на мужа. Она наблюдала, как иронично одна его бровь поползла вверх. Ну конечно, он думал, она в имении Флер Нуар, что в десяти днях езды отсюда…
Когда де Монфор поднялся, чтобы поцеловать графине де Куси руку, Арман остался неподвижен и лишь кивнул, давая понять, что ее появление замечено и принято к сведению.
– Шевалье, вы? Здравствуйте, – нарочито дружелюбно проговорила Анна, обращаясь к Монфору и сияя лукавой улыбкой. – Не ожидала вас тут увидеть. Мы пришли отведать вафель. Говорят, здесь их прекрасно готовят. Как во Фландрии, откуда родом моя подруга.
– У вас во Фландрии есть подруга? – переспросил Мишель непонимающе.
– О, нет, во Фландрии у меня друзей нет. Хотя, пожалуй… Есть одна крайне неприятная особа, она как раз сейчас там. Ну да не о ней речь.
Монфор взглянул на Армана, но лицо того было непроницаемым.
– Моя дорогая, вы ведь фламандка? – уточнила у Полин графиня.
Та кивнула.
– Вот, это моя подруга-фламандка.
Было заметно, что Анна нервничала, в то время как граф де Куси внешне казался абсолютно спокойным.