Наследник

Стародубцев Денис

Клюев и Гришин переглянулись.

— Максим, нам нужно срочно вернуться в лабораторию, — сказал Клюев. — Провести анализы. Система развивается намного быстрее, чем мы предполагали.

— А как же еда? — спросил я. — Вы даже доесть-то ничего не успели.

— Еда подождёт, — сказал Гришин, хватая меня за руку. — Когда такие вещи происходят, их нужно как можно быстрее изучить.

Мы пошли обратно к станции метро. Я вертел в руках треснутое зеркало, разглядывая тёмную трещину.

—

Оно ещё работает? — спросил я.

— Должно работать, — ответил Гришин. — Экран треснул, но нейронная привязка осталась. Починим.

— Почините? — удивился я. — Буду вам безумно благодарен… А то как я буду звонить своим новым друзьям?

Я улыбнулся, но видимо они не распознали моего сарказма.

— Каким друзьям? — удивился Клюев.

— Вам с Гришиным? Илье Ветрову, например, — я усмехнулся. — Он же дал мне визитку. Сказал, чтобы я звонил. Как я могу его обмануть?

После драки у меня было достаточно приподнятое настроение. Клюев задумчиво потёр подбородок.

Мы дошли до станции, вошли в стеклянный вагон. Я уже не так воспринимал скорость, как в первый раз. Пристегнулся, откинулся в кресле и смотрел, как город за окном превращается в размытую полосу света. Кайф.

— Максим, — сказал Гришин. — А ты не боялся?

— Чего именно? — спросил я.

— Трое против одного. Потом, ты говорил, что у них ножик был. Наш мир хоть и высокотехнологичный, но придурков хватает. Они могли тебя убить.

— Могли… — задумчиво согласился я. — Но, знаете, страшно мне не было совсем.

— Почему? — спросил профессор.

Я посмотрел на него.

— Наверное, после того, как ты был уже на волоске от смерти… Буквально в одном дне… Становится, как-то, уже не страшно. Думаю, это чувство, страх, у меня атрофировалось… как-то так. — ответил я ему.

Клюев нахмурился и задумчиво проговорил.

— Звучит немного философски…

— Знаете, а я и есть своего рода философ, — сказал я, улыбнувшись ему в ответ.

Вагон замедлился, остановился на нашей станции. Мы вышли, прошли через переулки и через несколько минут снова были в лаборатории.

Внутри было тепло, особенно после вечернего города. Горели лампы, гудели какие-то приборы.

— Садитесь, Максим, — сказал Клюев, указывая на кресло в центре комнаты. — Виктор, подготовь сканеры и остальную аппаратуру.

Гришин подошёл к стене, коснулся панели. Из потолка опустились какие-то датчики, засветились голубым.

— Снимайте плащ и рубашку, — приказал Клюев.

— А не слишком ли мы мало для этого знакомы? Хотя, в принципе, в ресторан вы меня уже сводили. — усмехнулся я, после чего разделся.

Сел в кресло. Датчики коснулись моей головы, груди, рук. Стало холодно и некомфортно, но терпимо.

— И да, друзья!

Давайте перейдём на ты? Мне так будет комфортнее, — спросил я у ученых.

— Хорошо! Не шевелись, — распорядился Клюев и отошел к панели управления.

На экранах замелькали графики, цифры, какие-то схемы. Я нихрена не понимал.

— Дельта-ритмы в норме, — бормотал Клюев. — Гамма-активность повышена. Уровень синхронизации…

— Сорок два процента, — закончил Гришин. — Неплохо. Очень даже неплохо!

— Неплохо? — переспросил я. — Что значит «неплохо»?

— Молчи, — не оборачиваясь, жёстко бросил Клюев. — Не мешай нам делать свою работу.

Я замолчал. Хотя очень хотелось понять, что же это всё значит?

Датчики гудели, экраны мигали, ученые переговаривались на своём научном языке, в котором я не понимал ни слова.

— Тета-волны стабильны. Нейронная привязка удерживается. Система адаптируется быстрее, чем мы предполагали, — наконец, нарушил, воцарившееся молчание, Клюев.

— Это хорошо? — не выдержал и спросил я.

— Это очень хорошо, Максим! — довольно ответил Гришин.

— А зеркало почините? — улыбнулся я.

— Починим! Только не мешай! — недовольно буркнул он, вновь с головой погружаясь в работу.

Я выдохнул и сказал:

— Ну и слава богу!

Наконец Клюев отключил датчики. Они поднялись обратно в потолок.

— Можешь вставать, — сказал он. — Всё в порядке.

— Что значит «всё в порядке»? — недовольно спросил я, натягивая рубашку. — Вы тут полчаса что-то мерили, а я сидел как подопытный кролик. Можете, как-то, что ли, поподробнее рассказать? Да и побыстрее. Я чертовски любопытный парень.

— Наука не терпит поспешности! — сказал Гришин.

— Наука не терпит, а я то почему должен терпеть? — продолжал возмущаться я, застёгивая пуговицы. — Ладно, что дальше будем делать?

Клюев посмотрел на свой странный прибор на запястье, который светился голубым. Видимо, это были часы.

— Уже поздно, — сказал он. — Завтра утром тебе нужно быть в родовом поместье Изумрудовых. Чтение завещания в одиннадцать, как ты нам сказал.

— Я помню, но это будет завтра, а что сегодня?

— Сегодня мы оставим тебя здесь на ночь, — сказал Гришин. — Лаборатория защищена. Никто тебя не найдёт и не причинит вреда.

— А вы? Покинете меня? — спросил я.

— Мы вернёмся утром, часов в девять, и отвезём тебя в поместье — говоря это, Клюев собирался.

— Отвезёте? — я поднял бровь. — На чём?

— На такси! — сказал Клюев. — Ты думал, у нас своя летающая машина? Увы, никто из нас не водитель.

— Понятия не имел, что у вас есть, — я усмехнулся. — Но такси тоже не плохо. Ладно, договорились.