Наследник
Шрифт:
— Думаешь, она выжила?
— Надеюсь, нет, — я повернулся к кораблю. — Но с «Призраком» никогда не знаешь… Да и не везет мне с женщинами. Вечно потом возвращаются, то отравят, то порежут.
Где-то в глубине Сети Лей, в потоке кода, мелькнула новая программа. Её сигнатура напоминала Сафиру. И «Призрака». И что-то ещё…
На краю галактики, в разломе Сети Лей, мерцала новая форма «Призрака». Он смотрел на обломки Вальтара, собирая данные. «Ошибка… или эволюция?» —
А в баре «Скользкий Квант» Карлос поднял бокал, наблюдая, как ренегаты и стеллаты спорят у голопанели.
— За хаос, — ухмыльнулся он. — И за тех, кто в нём выживает.
Иван же стоял на палубе «Грома», глядя на звезды. В руке он сжимал чип Z-7 — напоминание о том, что война никогда не кончается. Она просто меняет маски.
Орбита Селесты, дипломатический крейсер «Согласие»
Я сидел в кресле из полированного черриума, наблюдая, как голограммы представителей трех империй материализуются вокруг стола. Запах сандаловой смолы, которую Древние использовали для «очищения пространства», щекотал ноздри. Над головой висел их флаг — спираль, заключенная в треугольник. Символ бесконечности в клетке. Или наоборот.
— Герцог Мик Селестийский, — заговорил первый голос. Из тумана вышел Эльдар, посол Древних. Его кожа переливалась, как перламутр, а глаза были лишены зрачков — лишь мерцание, словно далекие звезды. — Вы уничтожили угрозу Сети Лей. Но трещины остались.
— Трещины можно залатать, — ответил я, намеренно отломив кусок кристаллизованного меда с тарелки. Еда Древних была слишком сладкой, но отказываться — значит проявить слабость. — Вопрос: чем?
Эльдар наклонил голову, и его тень на стене изогнулась, приняв форму дракона.
— Вы хотите технологий. Мы предлагаем знание. Но взамен… — он провел рукой по воздуху, и проекция галактики вспыхнула красными точками. — Эти сектора будут нейтральными. Ни ваши корабли, ни корабли ваших… союзников… не войдут туда.
Я усмехнулся. «Нейтральные» на языке Древних означало «под их контролем».
— Вы забываете, — я ткнул пальцем в голограмму, активируя свои метки. Зеленым загорелись заводы, доки, рудники Селесты. — Это не война за территорию. Это война за выживание. Если ваши «нейтральные зоны» станут убежищем для ренегатов…
— Мы уничтожим их, — перебила второй голос. Из тени вышла Вейра, командор Реликтов. Её броня, покрытая рунами, скрипела при каждом шаге. Реликты не любили голограммы — предпочитали являться лично. Даже если для этого приходилось лететь через полгалактики. — Но нам нужны гарантии. Ваши технологии очищения Сети… они будут общими.
Третий участник, представитель Империи Келлари — существо, напоминающее кристаллического скорпиона, — застучал клешнями по столу:
— Келлари предлагают ресурсы. Взамен — эксклюзивные права на гиперпространственные коридоры в секторе Альфа.
Я откинулся
— Вы все хотите одного, — я поднял руку, и проекция сменилась — теперь это была карта разломов реальности. — Стать новыми богами. Но боги, как показывает опыт, имеют привычку… умирать.
Эльдар замер. Вейра сжала кулак, и её броня зашипела, выпуская пар. Келлари заскрежетал клешнями.
— Мы предлагаем альянс, — сказал Эльдар. — Не рабство.
— Альянс? — я встал, подойдя к окну. За ним висел «Селестийский Гром», окруженный кораблями Древних. Их эскадры напоминали серебряные иглы, готовые пронзить любую защиту. — Тогда начнем с малого. Обмен технологиями: ваши щиты от импульсов Сети — за наши данные о «Призраке».
— Неравноценный обмен, — прошипел Келлари.
— Согласна, — Вейра ударила кулаком по столу, оставив вмятину. — Но Реликты добавят к этому свои арсеналы. При условии: мы получаем доступ к архивам Древних о Первородных.
Эльдар повернулся к ней, и в его глазах-звездах вспыхнули красные точки:
— Архивы закрыты.
— Тогда переговоры окончены, — я нажал кнопку, и голограммы начали распадаться. — Наслаждайтесь войной с обломками «Призрака».
— Ждите! — Эльдар поднял руку, и его проекция стабилизировалась. На секунду я увидел нечто странное — его мерцание замедлилось, словно он… заколебался. — Древние допустят вас в Архив. Но только вас.
Вейра зарычала, но я уже знал, что победил. Реликты и Келлари никогда не доверяли друг другу, а Древние боялись лишь одного — остаться в одиночестве.
— Договорились, — я кивнул. — Но мои советники — со мной.
Архив Древних, станция «Вечность»
Архив оказался не зданием, а живым существом. Стены пульсировали, как легкие, а вместо терминалов из пола росли кристаллы, реагирующие на прикосновения. Иван шел за мной, сжимая в руке нейтрализатор.
— Это похоже на желудок, — пробормотал он.
— Молчи, — Ашшар, шагавший слева, провел рукой по стене. Камень отозвался мелодичным звоном. — Здесь всё — память. Даже воздух.
Эльдар появился перед нами, его форма теперь была полупрозрачной.
— Что вы ищете, герцог?
— Правду, — я тронул ближайший кристалл. Он ожил, показав голограмму войны — древнейшей, до Древних. Существа, напоминающие теней, сражались с чем-то… невидимым. — Кто они?
— Первородные, — голос Эльдара дрогнул. — Они создали Сеть Лей не как инструмент. Как тюрьму. Для себя.
Иван фыркнул:
— Зачем сажать себя в клетку?
— Потому что они осознали: их сила уничтожит всё, — Эльдар приблизился, и его проекция вдруг исказилась, приняв черты «Призрака». — Мы — их наследники. И мы повторяем их ошибки.