Наследник

Седых Александр Иванович

— А ведь и верно, советская профессура готова за одни лишь продовольственные карточки и отсрочку от призыва в армию поднатаскать иностранцев в науках, — довольно заулыбался казачий экономист, Андрюха.

— Ну, многие патриоты тоже рвутся на фронт, — заступился за интеллигентскую прослойку владыка. — Однако столь неэффективно использовать научный потенциал страны расточительно. Пусть лучше мозги учёных сэкономят большевикам золото, которым бы пришлось оплачивать квалифицированный труд наёмных рабочих.

— А если для некоторых иностранцев задачка окажется не по зубам? — вспомнил собственный

горький опыт недоучившийся студент.

— Не сдадут экзамен — не получат диплома, — развёл руками владыка и хитро подмигнул. — Но ведь это выяснится нескоро, к тому же казаки оплачивают проездной билет только в один конец. Ведь и лотерейный билет не каждый окажется выигрышный, но люди готовы рискнуть в погоне за счастливым случаем. Мы лишь дадим молодёжи возможность, которую в своей стране им никто не предоставит. Кроме того, не стоит сбрасывать со счетов идеологические мотивы — прогрессивные пролетарии будут на трудовом фронте сражаться против фашизма. Ну, а не очень идейные, избегут воинского призыва в буржуазные и колониальные армии.

— Парагвайцам придётся часть персонала из торговых казачьих домов отправить в качестве переводчиков, — сразу начал развивать план атамана деловой завхоз Андрюха. — Хотя, для китайских лесозаготовителей это будет лишним. Первый миллион работяг мы без труда переправим из Китая, Ирана и Турции, а вот для доставки партии студентов–заочников из стран Северной и Южной Америки потребуется время. Пожалуй, задержка пойдёт им даже на пользу — русский язык поучат на подготовительных курсах. И транспортировка через океан должна обойтись не слишком дорого, потому как пассажирские лайнеры простаивают из–за войны в Европе. Кстати, а кого мы потребуем у Сталина в обмен на предоставленный трудовой ресурс?

— Ну раз не все зэки хотят записываться в штрафники, то мы предоставим желающим возможность отслужить на трудовом фронте, — придумал, как заполучить партию новых добровольцев, Алексей. — Думаю, что разменять десяток лет в таёжных лагерях на пару годков службы в прифронтовом стройбате, найдётся немало охотников. Главное оружие в стройбате — лопата, поэтому старых иностранных винтовок с куцым запасом патронов им хватит. Надеюсь, триста тысяч «окопных кротов» сумеют быстро возвести неприступный рубеж обороны на северном фланге Парагвайского фронта. К тому же, мы им ещё и всю инженерную технику из Абиссинии сможем скоренько перебросить. А кто не проявит бурного энтузиазма в рытье окопов и возведении блиндажей, отправится в них сидеть в качестве штрафников. Кстати, в качестве караульных взводов для стройбата и бойцов заградотрядов можно использовать подразделения африканцев и китайцев — вот и ещё один источник пополнения армии.

— На южном фланге немцы используют итальянские дивизии, — задумчиво погладив подбородок, подсказал начальник разведки. — Абиссинские светоносцы охотно схватятся с чернорубашечниками. Можно до ста тысяч паладинов поставить против итальянских оккупантов даже в боевой строй.

— Поддерживаю предложение, — кивнул начальник штаба. — Абиссинские воины отлично подготовлены и уже имеют боевой опыт. Идея со стройбатом тоже полезная, но вот набирать туда нужно только «политических» и осуждённых по «бытовым» и «хозяйственным» статьям. А вот уголовников выпускать из

зоны не следует, из рецидивистов ударников труда не сделаешь, и без конвоя блатная публика сразу разбежится.

— Для лихих людей у меня есть более заманчивое предложение, — показал ладонями успокаивающий жест коварный владыка. — Сталин охотно выдворит из страны опасных бузотёров, а мы из этого дерь… — Алексей кашлянул в кулак, — дармоедов вылепим бойцов невидимого фронта. Вон, у господина Ситного весь контингент с гнильцой в душе, а пользу казачьей экономики контрабандисты приносят весомую.

— Помилуй, владыка, зачем мне за рубежом русские урки, незнающие местного языка и нравов, — протестующе замахал руками глава европейских «неформалов». — Да и сам я зону не топтал, живу не по понятиям и по блатной фене не ботаю. Не в масть мне шайкой русских уголовников рулить.

— Твоё дело будет обеспечить взаимодействие иноземной криминальной агентуры с русскими ударными отрядами. Ты же сам жаловался, что в европейских странах стало невозможно работать, вот и перебирайся со своими людьми на новый плацдарм.

— О чём речь? — насторожился Ситный.

— Будем подбирать выпавшие из лап европейцев жирные куски, — потёр ладони парагвайский владыка. — Африканские колонии остались без присмотра. Север континента и самый его восток трогать не будем, пускай там англичане с немцами и итальянцами сами грызутся за колонии. А вот всю центральную и западную часть Африки приберём к своим рукам.

— Смею заметить, что генералу Шарлю де Голлю силами воинского контингента «Свободной Франции» ещё не удалось отбить у профашистского режима Виши ни одной колонии, — постучав кончиком указки по карте мира, напомнил начальник штаба. — Десантная операция континентального масштаба Парагваю тоже не по силам. В каждой колонии располагается сильный гарнизон с артиллерией и крепкой тыловой базой. Власти могут дополнительно рекрутировать местных колонистов или даже лояльные им племена аборигенов.

— Могут, отбиваясь от нападения вражеского морского десанта, — подняв палец, усмехнулся Ронин. — Колониальные войска также могут подавить восстание части угнетённого населения. — Алексей разогнул второй палец. — Власть не пошатнётся и от внезапного набега из–за рубежа крупной банды. — Ронин разогнул большой палец, а затем, сделав паузу, сжал пальцы в фигуру кукиша. — Но если корсары блокируют морские пути, партизаны и разбойники перекроют дороги, вожди угнетённых племён получат стрелковое вооружение, а лидеры местных колонистов выступят за отделение от метрополии и создание независимого государства, то узурпаторский режим падёт, как гнилая фига, сбитый ударом палки.

После столь неожиданного предложения раздербанить бесхозные европейские колонии, старые революционеры думали недолго.

— У нас теперь есть полмиллиона свободных винтовок с достаточным запасом патронов, — хищно оскалился батька Махно. — Во всех колониях располагаются казачьи торговые дома, персонал которых тесно связан с местными лидерами. Мы можем поставить во главе национального восстания энергичных вождей, при этом не суть важно, будет это амбициозный вождь аборигенов или уважаемый предводитель из европейских колонистов — главное, что они поднимут революционную волну.