Наследник Рода
Шрифт:
Щеки Вероники покраснели: хорошо, что на улице темно, и ее конфуза никто не заметит. Как она не разглядела в неброском здании уникальный комплекс, где все – трещины на красном кирпиче, сучок, вывалившийся из облицовки двери, приглушенный свет, окутывающий таинством церемонию входа – каждая деталь имела смысл и находилась именно там, где и должна быть! И даже сколотые камни на ступенях, безусловно, являются не случайным изъяном, а олицетворением вкуса и величия автора!
Глаза Пустыниной торжественно засияли,
– Май, посмотри! – она махнула рукой, подзывая подойти ближе, будто сделала открытие и хочет, чтобы он разделил ее восторг. – Посмотри на вывеску! Надпись на картине… Это же рука… подожди, не могу разобрать… Да-да… Невозможно! Это же Рерих!
– Вот видишь, – он стоял очень близко, почти касаясь телом ее спины; теплые руки легли на ее плечи, – это всего лишь дурное настроение не позволяет увидеть действительно красивые вещи.
– Но как?! Как я могла не знать об этом месте? Чей это ресторан? Кто владелец? – Вероника огляделась; она была слишком возбуждена. – Где мы, черт побери, вообще находимся?
Май прикоснулся к волосам женщины.
– Давай зайдем внутрь.
– Да, конечно… пошли, но… Май, откуда ты узнал про это место?
Внутреннее убранство не произвело столь яркого впечатления, как вход, хотя все было довольно мило, уютно и со вкусом. Во всяком случае, теперь Вероника не сомневалась, что здесь готовит хороший повар.
Несколько небольших – на три-четыре столика – залов, в каждом по нескольку гостей, выглядящих весьма достойно: действительно, место для избранных.
Администратор – немногословный и немолодой, подчеркнуто вежливый. Вероника решила, что на работу в «Титу Бету» он попал после службы дворецким в доме лондонского сэра – слишком уж сдержан, учтив и важен.
Они преследовали в зал с одним-единственным столиком. Расположившись, Вероника тут же начала изучать обстановку. Хотелось увидеть что-нибудь эдакое, удивительное, дорогое, изысканное, чтобы еще раз испытать восторг, охвативший при входе – увы: да, все со вкусом, радует глаз, но до удивления очень далеко.
Слегка расстроившись, она взглянула на Мая, который делал заказ «английскому дворецкому», причем на странном языке, похожим на украинский, польский и татарский одновременно.
«Интересное местечко», – подумала Пустынина, но высшая степень восхищения была пройдена, и теперь даже японская гейша в доспехах средневекового рыцаря не смогла бы удивить: ну говорят на тарабарском языке, что такого – каждый с ума по-своему сходит.
Продолжая крутить головой по сторонам, Вероника не обращала внимания на Мая, который с каким-то восторженным умилением наблюдал за ней.
– Что? – наконец спросила она, заметив взгляд спутника, и по привычке провела руками по волосам: все ли в порядке?
– Я
Она махнула рукой.
– Да ради бога… ой… – смущение отразилось на красивом лице, – прости, я имела в виду, что доверяю твоему выбору… И вообще… – Вероника наклонилась к столику, чтобы сообщить Маю по секрету: – я будто бы пьяна, хотя не притрагивалась к спиртному. Здесь что, через вентиляцию распыляют веселящий газ или какие-то наркотики?
Май улыбнулся шире обычного.
– Ну конечно же нет… Здесь вообще нет спиртного крепче трех градусов, и, разумеется, категорически запрещены любые наркотики, даже крепкий чай.
– Это что, место для трезвенников?
Май пожал плечами.
– Здесь нет спиртного в традиционном смысле. В напитках есть градусы, но лишь из-за естественного брожения – для лучших вкусовых качеств. Спиртного для расслабления тут не предлагают.
– Как же здесь расслабляться? – спросила Пустынина и неожиданно зажала рот рукой, будто чуть не взболтнула лишнего.
– Совершенно точно! – продолжил за нее Май, – здесь никто не напрягается. Само место расслабляет не хуже любой выпивки, – он заглянул в глаза Вероники. – Разве нет? Разве тебе хочется выпить?
Она кокетливо прикрыла глаза, показывая, что не прочь пригубить, но секунду подумав, отрицательно замотала головой.
– Нет, не хочу. Я и так какая-то слишком… расслабленная.
Они рассмеялись.
Потом принесли заказ, и гости ели и пили что-то очень вкусное, но что?.. Да какое это имело значение? Пустыниной было так здорово и легко, что даже ненавистная вареная курица показалась бы ананасами в собственном соку. Все переживания и страхи остались где-то далеко – так далеко, что и не понять, с ней ли это происходило.
– Послушай, Май, – Вероника начала привыкать к благодушному состоянию и почти смирилась с веселящим газом в воздухе. – А зачем ты нашел меня? У тебя ведь нет проблем с деньгами, и компенсация за машину – только повод?
– Да, – коротко и понятно.
– Тогда зачем?
– Я обязательно должен ответить на этот риторический вопрос?
– Нет.
– Тогда я не стану отвечать.
– Почему?
Май задумался.
– Потому, что… я испытываю к тебе чувства, хотя и затрудняюсь с точным определением.
– Ты говоришь об этом так просто?
– Да.
– Странно… Ты вообще очень загадочный человек, – Вероника сложила руки подставкой и оперлась на них головой. – Кто ты такой? Чем занимаешься? Есть ли у тебя семья? Почему у тебя такое странное имя? Расскажи…
Май тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Так назвали… А если хочешь знать обо мне правду, то вынужден предупредить…
– Ты бандит? – Пустынина блеснула глазами. – Главарь мафии – или как правильно – авторитет?