Наследник Рода
Шрифт:
– Что?!
– Занять все их основное время другими мыслями. Например о работе.
– Ну да.. У нас все стараются как-то заработать денег и стать чуть богаче, чуть успешнее, чем другие.
– согласился Мир.
– А это ты назвал еще одну отрицательную причину. В общем деньги портят людей, а их заработок отнимает у большинства из них, фактически все время. И для того чтобы просто жить, времени-то совсем не остается. Вся жизнь так проходит...
– Старик, но это же нормально. Есть же производства молока, железа и так далее.. Для них же нужна рабочая сила. А такая
– Такая модель развития только стравливает людей, развивая в них отрицательные качества. Пусть я знаю об этом только из текстов заморских свитков, но тут все очевидно. Мы же живем по-другому!
– Как по другому?
– Мирослав искренне заинтересовался философским подходом к жизни этих людей.
– Когда нет денег, нет и желания их много заработать. Следовательно отнять у кого-то. Наше общество построено на взаимопомощи. Мы не желаем друг друга обманывать, обеднять, обкрадывать. Каждый просто занимается своим делом. Либо участвует в общем.
– Это как так.
– Ну допустим ты выращиваешь скот. И сосед твой выращивает скот. На народном вече определяется потребность деревни в этом виде провизии. Вы с соседом делаете столько продукции, сколько можете. Если не укладываетесь по силам, этот вопрос поднимается и решается. На помощь присылаются еще люди. В итоге вы обеспечиваете едой не только себя, но и остальных. Другие же, допустим кузнецы, изготавливают изделия из металла: оружие, петли, дворовую утварь, садовый инвентарь. Они потребляют в пищу и мясо, и молоко в том количестве, которое им необходимо. Взамен делятся своими изделиями с другими жителями деревни.
– Получается вы сами себя обеспечиваете всем необходимым?
– Ну да.
– Но есть же те вещи, которые вы не можете изготовить. Какие-то уникальные украшения, либо сплавы металлов, которых нет поблизости.
– Начнем с того, что потребность в таких вещах крайне мала. Людям они попросту не интересны. Основной упор у нас делается на взаимоотношение, общение. Развлечения такие же.
– В принципе, когда я был соврем маленький, нам с другими детьми не нужно было каких-то особенных вещей для счастья. Играли и обычными сорванными с дерева ветками.
– Именно! Суть в том, чтобы самому определять, что для тебя есть счастье, а не позволять другим навязывать тебе определенные ценности.
– У Мирослава в этот момент почему-то всплыла в голове мысль про "Айфон", которые старались купить себе все, но при этом если месяцами чуть ли не одни "бич-пакеты".
– Кажется я понимаю, что ты имеешь ввиду, старик. Но у вас же бывают гости? Они что, как и мы, бесплатно едят, спят и так далее?
– Нет. Тогда бы их тут было больше чем нас. С заморских гостей мы берем золотом. Оно всегда было универсальным обменным средством. А когда у нас намечается какая-то экспедиция, допустим торговая, то мы обмениваем его вместе с нашими другими товарами на те вещи, которые нам необходимы.
– Хорошо. А как же старики? Либо те люди, которые не могут принести пользы в качестве рабочей силы?
– Принести пользу могут все при желании. Пусть эта работа будет и гораздо
– Да уж.. Ведазар, ты прямо про утопию рассказываешь.
– Хватит тебе! Самое главное какие цели преследуются. Если уважать друг друга, помогать и делать все возможно для общего блага, то все вполне достижимо.
– Возможно...
– кратко ответил ему Мир и задумался.
К этому времени нисходящая через лес дорога вывела наших героев к небольшой заводи в которую где-то вдалеке впадала мелкая речушка. Видимо этот участок был акваторией той огромной реки, по которой выжившие приплыли к поселению.
– Кажется мы пришли к нужному месту!
– первым выкрикнул Олег, который шел впереди группы.
– Чего он сказал?
– спросил старец у Мирослава.
– Говорит, что пришли.
– А. Ну да, он прав. теперь нам нужно завернуть и обойти заводь по левому берегу. Видишь вон там, на противоположном берегу, по левую сторону от речушки, на просвет на возвышенности?
– Ага. Вот там моя изба.
– Все понял.
– ответил Мир.
– Ребята нам на противоположный берег, вон к тому просвету!
– он указал пальцем на ту часть леса, где находилась избушка.
– Ну наконец-то дошли!
– с облегчением вздохнула Катя.
– Не так то уж и долго шли.
– заметила Вика.
– Кстати, я совсем не видела поблизости живность.
– обратившись к Мирославу, продолжила она с тем намеком, что что-то тут не чисто.
– Ведазар, а почему тут кроме птиц, больше ни какой живности не видно. Лес вроде дикий.
– Я же тебе говорил...
– недовольно бурча, произнес старик, затем добавил, - Кто рядом со мной живет?
– Охотники, рыболовы.
– Вот именно! Они по правую сторону от бухты расположились. Так что тут умный зверь близко не подходит.
– Охотники рядом живут. Перестреляли все поблизости.
– Мир добросовестно передал полученный ответ Вики.
Спустя еще минуть десять группа добралась до заветной цели. Небольшая поляна была огорожена живой изгородью. Правда кустарники давно не стригли, но тем не менее эффект вызывали приятный. Избушка была совсем не большая. Маленький пристрой служил, видимо, сенцами и дополнительным воздушным барьером в холода. За сенцами возвышалась двускатная крыша, выходящая своим фронтоном прямо к порогу. По центру фронтона размещалось небольшое окошко для дневного света. Крыша, так же как и у большинства построек была закидана грунтом с густым травяным покровом.
– Добро пожаловать в мое скромное жилище.
– с нотками гордости произнес старик, на секунду остановившись перед порогом в дом. Не прибегая к ключам, замкам или другим видам закрывания дверей, он просто схватился за ручку и открыл ее, чем вызвал откровенное удивление у остальных.
– У вас что, даже замка на двери нет?!
– недоумевающе спросил Мир.
– А зачем он мне?
– переспросил у него старик.
– Ну как зачем. Чтобы утварь из дома не украли. Вещи чтобы не попортили.