Наследница
Шрифт:
У девчушки от обиды затряслись губы и сама она вся побледнела. Стоит, смотрит на меня вдруг покрасневшими глазами, да воздух ртом глотает.
Давид... ну что ты, в самом деле. Будешь своим дурным характером детей пугать?
Глубоко вздохнул, возвращая себе контроль. Никто не виноват, что ты принимаешь идиотские решения, а потом маринуешь их осадок в алкоголе. Тем более эта девчонка. Прочистив горло, заговорил ровным тоном.
– В мой кабинет без стука входить запрещено, как и в любой другой. Уяснила?
– Но... я
– Просто кивни, - настоятельно порекомендовал, отпивая из низкого стакана для виски.
Помощница покаянно замотала головой и зажевала губу.
– Давид Юрьевич, я что пришла-то... к вам посетитель. Назвался Рокоссовским. Мы его предупредили, что вы не принимаете сегодня, но мужчина настаивает...
А этого ещё какой черт принёс? Отхлебнул ещё немного из стакана и устало прикрыл глаза.
– Пусть войдёт.
Когда в мой кабинет вошёл Демид, я все так же сидел с закрытыми глазами, развалившись в кресле. В последние деньки что-то столько дерьма навалилось, что его визит напрягал и вряд ли сулил наступление в моей жизни белой полосы. Напротив меня, у противоположной стороны стола, скрипнуло кресло.
Я поднял веки и уставился на хмурого Рокоссовского.
– Приветствую, Давид Юрьевич. Как жизнь молодая?
– Полна красок и развлечений, - отсалютовал ему стаканом и выразительным взглядом предложил составить мне компанию.
Демид немного сморщил нос и отрицательно покачал головой:
– Спасибо. Я на работе не пью.
– Значит, визит носит не дружеский характер, - понимающе кивнул и откинулся на спинку кресла.
– Ну и кому на этот раз приглянулась моя задница?
Вопрос Рокоссовский бессовестно проигнорировал. Вместо этого перевёл взгляд на полупустую бутылку из-под виски, выразительно изогнул брови и забасил:
– Пытаешься совесть утопить или глас здравого смысла?
– У меня был сложный день и, как видишь, я не в настроении разгадывать ребусы. Выражайся яснее, - недовольно проворчал, уставившись на старого друга.
Демид снисходительно вздохнул, словно перед ним неразумный ребёнок.
– Речь о девушке. Анне. Вспоминаешь такую?
Спрашивает!
Я вообще-то сейчас занят как раз сеансом стирания памяти. Пью, уговариваю себя, но все бестолку. Перед глазами раз за разом всплывает ее женственный образ, а потом и воинственный, когда во дворе своего дома колошматила меня кулаками. Мало мне. За то, что я делаю можно и по голове палкой настучать. Но так надо. Уехала и слава Богу.
– Вот же, какое у жизни чувство юмора. Из тысячи адвокатов она обратилась именно к тебе, - иронично хмыкнул с легкой улыбкой и убрал недопитый стакан в сторону. Похоже, разговор намечается серьёзный.
– Не может же ей постоянно не везти с мужчинами, - как-то самодовольно заявил друг и пристально уставился мне в глаза. А те мгновенно налились кровью. За долю секунды
Резко подскочил с места, опрокидывая назад своё кресло, а затем облокотился на стол и близко наклонился к Рокоссовскому.
– Слушай ты, если хоть волосок упадёт с ее головы, я..., - договорить мне не удалось. Демид поднялся со своего места и с вызовом уставился мне в глаза.
– Вы только взгляните на это торжество лицемерия. А сам-то ты, что ей обещал за оставление наследства, м?! Тебе можно, значит, попользоваться, а мне нельзя?!
Это он зря. Последние слова сняли мои собственные предохранители. Одним ловким прыжком я перескочил через стол и с размаху вмазал уроду по физиономии. Демид в долгу не остался. Прямой левой зарядил мне по челюсти и яростно зарычал:
– С каких это пор любимец женщин стал заполучать их шантажом?!
– С каких пор тебя волнует кто-то, кроме своей жены?!
Кажется, я задел его за живое. Демид гневно сверкнул глазами и с каким-то особым упоением вцепился в меня. Наша потасовка могла продолжаться бесконечно, если бы ни голосовой автоответчик Рокоссовского.
«Вам новое сообщение» - оповестил женский голос, короткий пик и из кармана адвоката заговорила Аня.
– Здравствуйте, Демид Алексеевич! Я хотела бы перенести нашу встречу на понедельник, если это возможно. Буду ждать звонка, спасибо!
Снова пик и телефон умолкает.
Демид первым отпускает меня и отдёргивает измятый пиджак. Глаза прячет. А я медленно моргаю, пытаясь сообразить: какого хрена, мать вашу, здесь происходит!
– Она же села! Села в этот чертов самолёт! Я собственными глазами видел списки!
Рокоссовский напряжённо кряхтел, ощупывая припухлость на своей щеке. Показательно разрабатывал челюсть, хмуря чёрные брови. Я тяжело дышал, но уже не от произошедшего конфликта. В крови забурлил страх. Лютый. Всепоглощающий. Животный. Несколько дней эта маленькая лгунья виляет своим очаровательным задом без какого-либо присмотра!
Дьявол!
Ей снова захотелось в лапы к Тагиру?! На этот раз он точно воплотит в жизнь все свои гнусные угрозы!
Хмель моментально выветрился. Вынул телефон из кармана и набрал номер Зазы. Пока мобильный нудно гудел в ухо, я сам себе доказывал:
– Вот почему ей нужно было уехать! Вот почему надо было собственными руками усадить ее в чертов самолёт! Никому нельзя доверять! Меня окружают одни идиоты!
– Заза? Брат, срочно найди Аню. Нет, не улетела. Похоже обвела вокруг пальца Олега. Глаз с неё не спускай, выстави суточную охрану и скинь мне ее координаты. Заза? Головой за неё отвечаешь.