Наследница Минелеи
Шрифт:
– Чудесно!
– от восторга захлопал в ладоши Ар.
– А теперь придумай что-нибудь с этими матрасами. Я категорически отказываюсь на них спать.
– С этим я поделать ничего не могу. Но зато земля посоветовала мне несколько цветов, чей аромат приятен для человека, но отпугивает насекомых. Так что, вши и комары нам теперь не страшны.
Не успела произнести это Леарна, как в палатку втиснулась Марфа с некой доской, которая имитировала поднос. На этой доске стояли глиняные миски с парящей из них едой, несколько кусков хлеба из грубой муки и большой кувшин, по всей видимости, с водой. Сама же Марфа представляла собой высокую
– Занятные у вас тут цветы выросли, - задумчиво произнесла она, ставя поднос прямо на землю. – Весенние желтые первоцветики прекрасны в борьбе с всякими тварями кусачими. Очень уж я горевала, когда поняла, что в этом огромном лесу, первоцветики не растут. Как ни искала, не могла найти. Земля тут им не очень подходит.
– Если желаете, мы можем с вами поделиться соцветиями. Если их подсушить, они еще долго будут пахнуть, - предложила Леарна.
– Буду очень благодарна, девочка, - тут же согласилась Марфа.
Девушка сорвала несколько цветков и передала в руки знахарке. Та с улыбкой приняла их, а затем, внимательно посмотрев на Леарну, произнесла:
– Мой муж, Матвей, сказал, что вы выдаете себя за наследницу истинного Манжора.
– Мне все равно никто не верит, - пожала плечами наследница.
– А вы пытались доказать свою правоту? – спросила знахарка, выразительно показывая взглядом на преображения внутри палатки.
– Все могли подумать, что я просто маг. И тогда мне стало бы намного труднее выбраться отсюда.
– Но насколько я понимаю, не невозможно?- лукаво улыбнулась старушка
– Нет. Не невозможно, - рассмеялась Леарна. – Нам, как видите, предоставили свободу передвижения, развязали руки. И я, и моя фемина не нежные чувствительные дамы, и если нам будет нужно, мы уйдем, как только захотим. Но я решила остаться, потому что люди этого лагеря тоже мой народ. Я хочу понять, что произошло с каждым из них, чтобы попробовать помочь.
– Тогда, во-первых, не следует выдавать свои способности, - назидательно произнесла Марфа. – Хорошо, что только я знаю, что первоцветики не могут быть здесь. Я попрошу Роя, чтобы он приказал никому не заходить к вам в палатку, кроме меня. И так он лишил вас своей защиты. Поэтому еду буду приносить я. Выходите наружу только по крайней нужде, вы не найдете здесь никого, кто сочувствовал бы вам.
– Но я здесь, не для того, чтобы прятаться в куске ткани.
– В этом лагере каждый убежден, что высокородные, это выскачки, эксплуатирующие на остальных людях. Они ненавидят вас и будут всячески изводить. Поэтому стоит вести себя очень осторожно.
– Нет, - непреклонно ответила Леарна. – Я не стану избегать людей.
– Хорошо, - сдалась Марфа, тяжело вздохнув. – Тогда приходите на ужин сами трапезную поляну. По вечерам мы разводим большой костер, Настасья варит какую-то свою очередную баланду. Предупреждаю, что готовит она не очень. Но никто кроме нее этим заниматься не желает.
Все это время молчавший Ар, при разговоре о еде вдруг оживился и устремился к подносу.
– Я такой голодный, Марфа, что съем, пожалуй
– Вот и хорошо, - улыбнулась пожилая женщина, по-матерински гладя Ара по голове. – Если захотите помыться, то у нас есть небольшое озерцо, идти надо по тропинке на южную сторону лагеря. Но мыться там лучше после заката, когда все уснут. Или рано утром, пока еще никто не встал. Уж больно наши мужики охотчи до красивых девок. Тебе, сынок, можно и сейчас. Ты в отличие от подруг на богача и не особо похож, так что тебя за своего примут. Вечером же мой дед еще с двумя людьми из лагеря уходит на дежурство. Будут обход в лесу делать, и я с ними, травок пособираю, а то одна заблудиться могу и дорогу обратную не найду. Здесь останется только Хриплый и Рой. Главный наш, скорее всего теперь у себя просидит с девкой своей, а с Хриплым лучше не связывайтесь, не нравится он мне.
Еще поговорив немного о быте в лагере, Марфа наконец покинула гостей. Девушки остались в палатке, чтобы поесть, а Ара отправили на разведку, заодно он решил помыться и найти сменное белье для всех троих. Вернулся он через несколько часов, чистый, румяный и веселый. Он переоделся и сейчас походил на местных бандитов – в просторной льняной рубахе и штанах из звериной кожи. В руках он держал охапку простыней для всех и ситцевые платья для девушек.
– Это все, что мне удалось добыть, - как бы оправдываясь, произнес он и протянул платья. – Но они чистые и должны быть вам в пору.
– Спасибо, Ар, - поблагодарила Миела, забирая одежду. – Эта тифара пропитана грязью, а пыли больше, чем на моих ногах. Так что я с удовольствием надену это платье, когда, наконец, смогу помыться.
– Да уж, вы, честно говоря, выглядите ужасно, - прыснул от смеха парень. – У тебя, Миела, волосы цвета тряпки, которой моя бабушка обычно мыла полы в доме. А у тебя, Леа, не прическа, а гнездо какое-то! Не говоря уж про разводы грязи по всему лицу.
Девушки сердито посмотрели на Ара и, не сговариваясь, начали обходить его с двух сторон.
– Эй, вы чего? – забеспокоился парень. – Знаете, я же пошутил. Миела, ты как всегда великолепна. Твои прелести никакая грязь не скроет! Леарна, а когда смотришь на тебя, то видишь только твои прекрасные изумруды глаз, которые затмевают все остальное. Вы даже в таком состоянии первые красотки во всем лагере! Здесь одни бабы сорокалетние, да старухи. Но я обладаю харизмой и очарованием, которые помогли мне достать для вас платья. Ведь вы не забыли, надеюсь, что их для вас достал я?
– Мы простим тебя, если ты еще и воды немного добудешь, чтобы умыться, - смилостивилась Леарна.
– Без проблем, - тут же согласился Ар, и быстро юркнул между девушками к выходу.
Приведя себя кое-как в порядок, до вечера они решили отдохнуть и пока не начинать своего знакомства с обитателями лагеря. С приходом сумерек же они застегнули полностью юбки своих тифар, и отправились на ужин. У выхода из палатки их поджидал Хриплый.
– А вот и наши гости! – воскликнул он своим скрипучим голосом. – Рой запретил входить к вам в гости, поэтому я решил подождать вас снаружи и проводить на трапезную поляну.