Наследница империи
Шрифт:
– Не мог, но поступил, – грустно усмехнулась леди Сирин. – Драконы оказались более выгодными союзниками, так что договор с ними будет скреплён за твой счёт.
– И когда мне об этом собирались сообщить?
В душе царило смятение. Я всегда знала, что мне уготован политический брак, но одно дело выходить замуж за того, кого знаешь всю жизнь, как Руэл… И совсем другое – за крылатого ящера. Не зря про их братию говорят, будто они безжалостны и холодны как лёд на горных вершинах Северных отрогов. Брак с таким – это последнее, чего бы мне хотелось.
– Как раз сейчас я и хотел с тобой об этом поговорить, –
– Не так, брат. Мне просто захотелось предупредить племянницу о том, что планы её разлюбезного папеньки поменялись. Ты же этого сделать не соблаговолил.
– Тебе не кажется, что ты суёшь нос не в своё дело? – угрожающе прорычал Его Величество, неспешно подходя к сестре, словно хищник, подбирающийся к жертве, но та даже не сдвинулась с места.
– Нет, не кажется, – холодно ответила она. – Всё, что касается семьи – касается и меня.
– Моей семьи, не забывай!
– Другой у меня нет, – процедила она, и уже тише добавила: – Твоими стараниями.
– Каждый раз убеждаюсь, что поступил правильно, – взревел отец, на что Сирин лишь фыркнула, и с торжествующей улыбкой посмотрев на меня, вышла из комнаты, гордо расправив плечи.
Значит, она говорила правду по поводу того, что ей запретили выходить замуж. Такого от отца я не ожидала. Но что если не солгав в одном, она сказала правду и по поводу всего остального? Кто на самом деле мой отец – мудрый правитель или тиран и самодур?
Вот сейчас, похоже, мне это и предстоит выяснить.
Глава 2
Захлопнув перед носом нянюшки дверь, отец прошёл в комнату, с любопытством оглядываясь по сторонам.
– А ты времени зря не теряла, как я погляжу, – усмехнулся он, остановившись перед картой нашей империи, украшавшей одну из стен. – Где же единороги и лесные феечки, которые так нравились моей малышке?
– Они украшали мою спальню лет десять назад, – проворчала я, подойдя к отцу и устремив взгляд на карту, где были отмечены магические источники, а так же разломы, из которых время от времени в наш мир проникали тёмные сущности. – Да и твоя малышка давно уже выросла.
– Ты всегда будешь моей малышкой, – отец хотел коснуться моей щеки, но передумал. – Хотя, конечно же, права: я слишком давно не навещал тебя здесь. А помнишь, в детстве ты забиралась ко мне на колени и слушала древние легенды про демиургов, создавших наш мир, про доблестных драконов, защищавших империю от жителей топи?
– С каких это пор драконы из твоих легенд стали доблестными? Помнится, ты сдабривал их описание совсем другими эпитетами.
– Каждый может ошибаться, милая, даже твой старик-отец, – подмигнув мне, родитель снова устремил задумчивый взгляд на карту. – И да, ты права, я уделял тебе слишком мало внимания, и сейчас сожалею об этом.
– Я уже привыкла, что дела империи у тебя всегда на первом месте, впрочем, как и у мамы, – с горечью, произнесла я. – Поэтому на единственную дочь у вас редко хватало времени.
– Не ворчи, – улыбнулся Его Величество, но как-то уж слишком натянуто, словно в это время был мыслями далеко
– Тогда почему ты отдаёшь меня драконам? – сил на светскую беседу больше не осталось, и я решила перейти прямо к делу, чтобы не ходить вокруг да около. – Что-то в этом поступке я не вижу ни капли заботы с твоей стороны. Почему нарушаешь данное Руэлу обещание? Я знаю его чуть ли ни с самого рождения, я доверяю ему, именно ему, а не дракону, которого ты выбрал мне в мужья. Я не вещь для размена и имею право голоса. Разве нет?
Взгляд отца заледенел, а лицо превратилось в маску, за которой явно скрывалась нарастающая ярость.
– Не стоит судить о том, о чём ты не знаешь, – едва сдерживаясь, произнёс он. – Сейчас это вынужденная мера. Ты жила как хотела всё это время, не ущемляя себя ни в чём. Каждое твоё желание выполнялось беспрекословно, каким бы сумасбродным оно не было. Ведь так? – отец задал вопрос, но отвечать я не спешила, пытаясь осознать тот факт, что мой любимый папочка, которого считала примером для подражания, сильно изменился за последнее время, а может просто я не замечала того, каким он был на самом деле. – Не слышу ответа, – рявкнул он.
– Мои желания не были сумасбродными, – сдаваться я не собиралась.
– Да неужели? А когда ты начала собирать по всей округе раненых зверей и птиц, притаскивая их с собой во дворец, разве я не выделил тебе место под зверинец? Разве не нашёл целителя специально для твоих питомцев? А твои званные обеды для бедняков, когда собиралось возле моста всё отребье из близлежащих селений, которое тебе хотелось накормить… Разве я сказал хоть слово против? Нет, не сказал. Я шёл тебе навстречу все эти годы и хочу, чтобы теперь навстречу пошла ты. Пришло время платить по долгам. Но если не желаешь подумать о благе семьи, то подумай о народе, о котором ты проявляешь такую заботу, о тысячах людей, жизнь которых зависит от твоего решения.
– А при чём тут народ? – опешила я.
– Если мы не заполучим более сильного союзника, от наших плодородных земель останутся лишь выжженные пустоши, – отвернувшись к окну, уже более спокойно ответил отец. – Как думаешь, долго ли протянут обычные люди при таком раскладе? Моё решение вынужденное, не блажь, не самодурство, а необходимость. Поверь. Или ты думаешь, я готов пожертвовать счастьем единственной дочери в угоду своим амбициям? И вообще, я же не заставляю тебя выходить замуж за вдовца-императора, мы сговорились с кронпринцем, героем, чьё имя знает в драконьей империи и стар, и млад.
– Но я его даже ни разу не видела, – возмутилась, не понимая, то ли отец говорит правду, то ли тренируется в красноречии, проверяя на мне своё умение убеждать. – А как же любовь? Или хотя бы минимальная симпатия, основанная на уважении?
– Стерпится – слюбится, – повысив голос, заявил родитель. – Нужно лишь немного притереться, пообвыкнуться… Что же касается внешности – вот его портрет, – отец бросил на стол медальон с изображением молодого дракона и направился к выходу, по всей видимости считая, что объяснил достаточно и разговор можно считать оконченным. – Именно он скоро станет твоим мужем. Смирись и не делай глупостей.