Наследие
Шрифт:
Разум сложно одолеть. Когда кто — то входит в твой разум, ты не понимаешь, что происходит, но Дастин был другим. Он входил в разумы других людей, и его разум делался слабее. Мы с Дастином ощущали, когда кто — то проникал в наши головы, потому что управляли своими разумами. Сложнее было одолеть то, что проникло в голову, пока ты был в чужом разуме. Дастину приходилось управлять двойными мыслями в голове. Это могло погубить его.
— Дастин, — тихо прошептала я. Леди рядом со мной дремала. Я надеялась, что мы ее не разбудим. — Послушай. Ты должен
Слеза покатилась по его щеке, он смотрел на кресло. Я ощущала, как взрывается его голова.
— Слушай свои мысли, Дастин, — настаивала я. — Перекрой его. Не слушай его.
Дастин задышал глубже. Он боролся или проигрывал? Я не могла понять, что он делал. Его хватка на коленях ослабла, и взгляд смягчился. Дастин моргнул пару раз, потер голову. Его боль рассеивалась, но что — то все же задержалось в теле.
— Аманда, — выдавил он, посмотрел мне в глаза. — Он думал о таком. Это… это было… — он не закончил, оставив две сильные эмоции у меня в голове.
Дастин ощущал отвращение к Маратаке, но сильнее был страх. Он не ожидал, что что — то такое сильное будет терзать нас. Маратака мог убить нас с Дастином, если бы хотел, но он почему — то ждал. Мы знали, что он не убил родителей, он не хотел убивать нас. Чего он хотел? Казалось, он хотел своей смерти, но Маратака был самым умным существом из всех, что я встречала. Я знала, что у него был козырь в рукаве, и ничего хорошего там не было.
Дастин повернул голову к окну, молчал. Самолет летел тихо, потому что Дастин спал, прислонив голову к окну, а я слушала, как люди спали вокруг меня. Я хотела закрыть глаза и задремать, но не могла. Я не хотела рисковать атакой Маратаки. В следующий раз он мог сделать со мной то, от чего я не оправлюсь.
Самолет приземлился в Нью — Джерси, и мы схватили вещи и сели в такси до дома. Было странно быть дома без родителей. Мы были близки с ними. Они научили нас всему, а теперь их там не было. Впервые мы сражались, охотились и убивали одни. Я представила гордость отца за Тревора, Дастина и Джека. Они могли сражаться без родителей, не рисковали жизнями. Отец не гордился бы мной, ведь не хотел, чтобы я сражалась. Я почти ощущала его недовольство в голове, и мне было не по себе. Что это будет? Неужели так ощущалось участие в наследии? Если так, то тогда моя жизнь ничего не значила. Пустая ячейка. Бремя и вечная роль помехи.
Глава 11
— Спасибо, — хрипло сказал Джек и дал таксисту деньги. Мы выбрались из машины и встали перед нашими домами. На домах была желтая лента. Я тут же ощутила смесь эмоций. Я повернулась к Дастину, голова кружилась от напряжения.
— Дастин, — прошептала я. Судя по глазам, он тоже это ощутил. Джек с подозрением посмотрел на меня.
— Что происходит? — спросил он.
Дастин
— В наших домах существа. Думаю, они устроили лагерь и ждут нашего возвращения.
Тревор игриво рассмеялся.
— Сложно не будет. Справимся за пять минут, — существ убивать было просто, но Тревор не ощущал то, что ощущала я.
Дастин покачал головой.
— Их много в обоих домах, — объяснил он. — Я не уверен, сколько их там, но больше парочки.
Эмоции Джека кипели. Его настороженность и трепет пропитали меня. Это ощущение приходило, когда он думал о плане.
— Ладно, — заявил Джек, повернувшись к нам. — Вот, что мы сделаем. Мы с Дастином проверим дом Винтеров, а Тревор — дом Челси. Когда мы закончим, встретимся на кухне Челси.
Тревор и Дастин одновременно кивнули. Они пустили Тревора одного, потому что стрелял он лучше всех.
Джек посмотрел на меня.
— Аманда, можешь пока пойти к друзьям, — он слишком защищал меня. Джек прогонял меня.
— Я хочу помочь, — возмутилась я. Они постоянно отстраняли меня.
Джек закатил глаза, мои действия его раздражали.
— Ты не можешь, — выдавил он. — Как ты будешь держать пистолет с костылями?
Я задумалась. Я осторожно убрала костыли и отдала Джеку.
— Убери их, — ответила я. — И я смогу держать пистолет.
Джек стиснул зубы, пока держал мои костыли.
— Тогда ты не сможешь идти.
— Смотри, — парировала я и пошла от середины улицы к нашему почтовому ящику. Боль молотом била по колену. Я не пускала эмоции на лицо, но внутри все словно рассыпалось на кусочки. Это не выразило бы даже слово «ай».
Я повернулась и идеально прошла к ним. Когда я вернулась, Дастин тряхнул головой.
— Ни за что, — пробормотал Дастин. — Тебе очень больно. Ты не сможешь идти.
Я хмуро посмотрела на него.
— Я только что прошла, — возразила я. Он должен быть на моей стороне, а не Джека.
— Я буду на твоей стороне, когда ты не будешь вести себя так глупо, — выдохнул Дастин. — Ты себе навредишь.
«Я спрашивала мнение отца? Нет. Я хочу помочь, и все».
Дастин повернулся к Джеку за поддержкой. Джек смотрел на меня. Его нерешительность заполнила мое тело.
Джек покачал головой.
— Нет, — он призвал оружие Тревору и Дастину. — Ты навредишь колену сильнее, — я не понимала, куда уже сильнее, но не хотела говорить это ему.
— Это твое колено? — холодно рявкнула я. Джек не ответил, дал Дастину ружье. — Ладно, мне не нужно разрешение. Я пойду туда, хотите вы или нет.
Я пошла к дому с пустыми руками, без ножей или пистолетов. Они убьют меня, как только я открою дверь. Джек тоже так подумал, его эмоции гремели в моей голове. Он быстро побежал ко мне, я подошла к желтой ленте. Я едва миновала почтовый ящик Челси, когда Джек, Тревор и Дастин догнали меня.
— Ладно, — Джек сдался. — Вы с Тревором идите в дом Челси, но осторожно, — Джек дал мне мой пистолет и убрал костыли в другой руке.