Наследие

Крэйн Эри

— И почему тогда ты здесь? — я решила поддержать Райзара, так самозабвенно рассказывавшего о своей жизни, вниманием. Мужчина хищно оскалился и, выбросив правую руку вперед, разукрасил небо стрекочущими молниями, свернувшимися в клубок, выпускающий короткие вспышки.

— А вот почему, — сгусток молний исчез, распустившись на гаснущие лоскутки. — Всего парочка укротителей молнии в Республике могут подобное. Не считая тебя.

Райзар внезапно помрачнел и судорожно сжал перила. Его волосы зашевелились, хотя на балконе царило абсолютное безветрие.

— Но сколько бы я ни старался и как силен не был, Ассамблея и члены высоких Домов всегда будут смотреть на меня с презрением, как на выходца

из низов, сумевшего забраться слишком высоко. Ты только представь, — слова Райзара зазвучали металлом, внутри которого поселилась молния, готовая испепелить всякого, кто посмеет прикоснуться к ее убежищу. — Древний род, издавна силой удерживавший место у самой верхушки, пользующийся почетом и уважением. Но сила его представителей с каждым поколением неизменно чахнет, становится жалкой и убогой. И вот ныне живущие или вовсе лишены умения укрощать стихии, или вынуждены довольствоваться ее смехотворным подобием. Как Лорис, например. Даже не знаю, что из этих двух вариантов хуже. И больше никто не преклоняется перед ними в страхе перед сгинувшим могуществом, и вместо восторженных взглядов их преследуют жалостливые и насмешливые перешептывания за спиной. А когда перед глазами постоянно отирается маг из низов, чьи силы превосходят их в десятки и сотни раз, — это же просто плевок в благородное лицо! Берегись Ассамблеи, Оника. Они спят и видят, что в их руки попадет Наследие Первого мага, и они вернут себе власть над стихиями.

Взгляд Райзара уперся в меня, и я почувствовала себя неловко. Возможно, все дело было в непослушном ветре, таки умудрившемся бесстыже проскользнуть под рубаху и покрыть кожу морозными мурашками.

— Факторий говорил о том, что подобное ожидается от меня. Ты думал, твои слова меня удивят? — я поборола чувство скованности, напомнившее мне онемение мышц, когда в меня угодил первый разряд молнии, выпущенной Райзаром.

— Мастер имел в виду, что ты сможешь наделить силой всякого, кого посчитаешь достойным того, но нужно быть безумцем, чтобы полагать, будто тебе дадут этот выбор, — с этими словами выражение моего лица сравнялось с чрезвычайным недовольством на лице Люфира. — Мир в Республике невероятно шаток. Очень многие талантливые маги не принадлежат к высшему сословию, и условия их жизни далеки от идеальных. Удивительно, что на островах до сих пор не начался передел сфер влияния. В любом случае, Ассамблея не заинтересована в том, чтобы среди «отбросов» общества появлялись новые укротители стихий. Сила, которую ты сможешь дать другим, пригодится и самим Мастерам, и представителям подчиняющихся им Домов.

Чем больше Райзар говорил, тем больше у меня возникало вопросов и сомнений, касательно его намерений. Или он действительно настолько глуп и болтлив, что разрушает так старательно выстроенную Факторием идиллическую картину Республики, или же за этим скрывается что-то более весомое.

— Ты не очень-то лестно отзываешься об Ассамблее, Мастером которой является твой покровитель. С чего такое доверие? Что помешает мне рассказать об этом разговоре Факторию или той же Ассамблее? — я решила перейти в наступление, чтобы получить если не ответы, то хотя бы подсказки, касательно стоящего передо мной мага.

— Здравый смысл, нет? — Райзар рассмеялся, будто бы ждал от меня этих слов. — Мастер точно не удивится, а доносить Ассамблее — тебе от этого какая польза? Им известно мое отношение к ним, и этим ты не купишь их доброжелательность. Но дело не в том, что наша беседа никак мне не повредит. Даже не будь все так гладко, я бы в любом случае пришел, — теперь Райзар, до этого все время смотревший на меня, первым отвел взгляд и посерьезнел, нахмурив тонкие брови. — Факторий — утопист. Его Дом всегда чтил память Первого мага, помнил его

наставления и учил подвластные Дома тому же. Находясь в таком окружении с рождения, Мастер наивно верит в чистоту давно прогнивших сердец остальных членов Ассамблеи, но мои глаза не застилает бессмысленная надежда. Я всего-то хочу справедливости и мира. К кому мне идти с этим, как не к Наследию Первого мага? В тебе заключена его сила и его идеалы, ради которых он и становился могущественнее: честь, достоинство, справедливость. На кого магам этого мира полагаться в ненастные дни смятений, как не на потомка самого первого укротителя стихий? Если же ты предашь мое доверие… Что ж, тогда все старания тщетны. Мир погрузится в туже разруху, в которой он был до появления Первого.

Проникновенная речь Райзара напомнила о возложенном на меня грузе ответственности, от которого все это время я трусливо пряталась, сначала в Храме Первого, затем за своим пацифизмом и принимающим все решения отцом. Зная о своем долге и роли в обществе, я не осознавала всей серьезности моего положения, пока слова Райзара не вторглись в сознание безудержной вспышкой молнии и не заставили посмотреть на все по-другому.

— Что-то я заболтался, — внезапно стушевавшись, Райзар отступил к дверям в комнату. — Отдыхай. Мастер поднимет вас завтра ни свет ни заря.

Когда нас оставили наедине, Люфир понимающе посмотрел на меня, а я понуро опустила голову, глядя на очередной мотоцикл с одиноким всадником, отъезжающий от дома. Теплые руки легли на мои плечи и проводили к кровати, помогая забраться под мягкое одеяло. Люфир не проронил ни звука, как никто другой, зная, что сегодня было слишком много слов и непозволительно мало тишины.

* * *

Выскочивший из-за угла беспросветно черный корпус замер у аллеи, гостеприимно распахивая двери. Их называли электромобилями, но тело этого было в два раза длиннее, чем у виденных мною ранее, а изнутри он походил на небольшую комнатку с мягкими светлыми сидениями и низким потолком.

Наперекор словам Райзара Факторий предусмотрительно дал мне и Люфиру выспаться после утомительных суток без сна, прислав Зофи, когда короткая стрелка на часах, украшавших стену, коснулась одиннадцати. Контрастный душ помог взбодриться, а горячий завтрак напомнил о домашнем уюте.

В этот раз Факторий провел нас через парадный вход, где мы имели возможность рассмотреть тех немногих посетителей, что топтались у стоек в холле. Мастер объяснил, что в выходные дни, один из которых и был сегодня, в здании Дома не бывает людно. Завернувшись в пальто поверх одежды, оставленной домоправительницей, я вышла вместе с лучником под начинающийся снегопад.

На улице нас уже дожидались Райзар и Лорис, покинувшие трапезную еще до окончания завтрака. Райзар играл крохотными молниями, сплетая их нитью между пальцами и сматывая в клубок, чем вызывал непомерное раздражение на лице Лориса.

Внутри электромобиля было сухо и тепло, так что я раскрыла пальто и немного послабила мягкий шарф, подаренный мне смущенно улыбающейся дочерью Фактория.

— Что ним движет? — томимая любопытством спросила я, определив, что за перегородкой впереди находится еще один человек, вероятно управляющий электромобилем.

Лорис открыл было рот, но прищурившись взглянул на меня, задумался над ответом.

— Сила молнии. Электричество. Колеса приводятся в движение путем его подачи на определенные структурные элементы электромобиля, и повозка движется, — несмотря на то, что Лорис неспешно выстраивал фразы, заменяя ничего не объясняющие мне слова на понятные, в его голосе не было и намека на насмешку.

— Откуда тогда он получает его? — за окном мелькали подножия зданий, закутанные в снег деревья и люди.