Наследие
Шрифт:
За прошедшие две недели я почти не выходила за пределы корпуса Смиренных, и ни разу не видела отца. Большую часть времени я проводила в обществе Дэрка, всюду таскавшего меня за собой и приказывавшего стоять в сторонке и делать отсутствующий вид. Когда у меня начало получаться скрывать свою силу от его внутреннего взора, церковник потребовал, чтобы я научилась поддерживать это состояние даже во сне, и каждый раз, когда мои навыки давали осечку, он, не смотря на присутствующих добровольцев и магов Ордена, кричал: «Я вижу тебя!».
Но он был доволен моими успехами, и еще больше
Мое смирение было вознаграждено в один из вечеров, когда за стенами корпуса разгулялась настоящая снежная буря. Отец позвал меня к себе, где я встретилась с взъерошенным Люфиром. На воротнике его плаща блестели растаявшие снежинки, а с сапог натекла целая лужа.
— Я хочу, чтобы завтра с рассветом вы двое отправились к Колодцам на Север, — сказал отец, отложив в сторону бумаги. — Ни от отряда Фьорда, ни от отправленных туда раньше Смиренных так и не пришло вестей. В обеих группах были подготовленные бойцы, но никто из них не вернулся. Разузнайте, что там происходит, но не встревайте в неприятности. Я отправляю вас двоих, чтобы не привлекать лишнего внимания. Дэрк сказал, что ты хорошо справляешься.
Я коротко кивнула.
— Даже вдвоем мы не останемся незамеченными. В те края не ходят торговцы, там нет поселений кроме деревни церковников, — заметил Люфир.
— У вас двоих шансов больше, чем у кого-либо. Если я отправлю еще людей, они будут только мешаться. Если во всем этом замешаны ментальные маги, то люди Ордена станут легкой наживой и средством манипуляции единственным оставшимся боеспособным магом, — отец указал на меня кивком головы. — Если что-то пойдет не так, Оника сможет вывести только одного человека. Не вижу смысла в дополнительных потерях. Это все. Будьте предельно осторожны.
Люфир увлек меня за собой прежде, чем я успела сказать хоть слово. Отрицательно покачав головой, он снял тяжелый от влаги плащ, повесив на руку.
— Что происходит? Почему ты не дал мне поговорить с ним? — вопрошала я, пока мы нога в ногу шли в столовую.
— Помнишь, я говорил тебе, что он давно не избавлялся от энергии огненного мага? С каждым днем этот срок только увеличивается. Не стоит говорить, если он не просит этого, тем более, когда завтра нам предстоит оставить Берилон. Прости, я знаю, что это важно для тебя, но тебе лучше подождать с беседами.
— Хотела бы я поспорить с тобой, но глупо отрицать, что ты его знаешь куда лучше моего, — я невесело улыбнулась и сощурилась, входя в ярко освещенный, переполненный трапезничающими магами зал.
— Я тебя вижу! — проорал во всю глотку Дэрк и помахал рукой, приглашая присесть за стол, где он расположился в полном одиночестве. За время пребывания в Берилоне я заметила, что большинство магов сторонится Крайснера, а некоторые откровенно негодуют по поводу его присутствия в Ордене. Оно и понятно: стихийные маги испокон веков не жаловали ментальных, считая тех предателями и подхалимами,
Я посмотрела на Люфира, скривившегося при виде церковника. Лучник, ответив мне взглядом, вздохнул и направился к столу Дэрка, по пути захватив две порции ужина.
— До меня дошли слухи, что моя ученица покидает меня в обществе своей прелестной подружки, — съехидничал Дэрк, уплетая недосоленную кашу.
Я покосилась на Люфира, молча опустившегося за стол и принявшегося ужинать. По тому, как напряглись его пальцы, сжимающие ложку, я поняла, что он сдерживается изо всех сил.
— Да, придется тебе злопыхать над своими новобранцами, — я постаралась увести разговор в другое русло, волнующее церковника не меньше, чем внешность Люфира.
— А, чтоб их всех хасс сожрал, как же мне надоело копаться в их пустых котелках. Трусливые, мелочные создания. И они называют себя магами! Ты думаешь, много из них пришли сюда, чтобы навести порядок в государстве? Или ради совершенствования собственных способностей? Порой мне кажется, что эти горе-укротители стихий не заслуживают свободы и достойного отношения.
— Тогда что ты здесь делаешь, раз все вокруг тебе не по душе? — я рефлекторно глотала безвкусную кашу, вспоминая разнообразие еды в Храме Первого и в доме Фьюриен.
— Я бы сказал, что мне было слишком скучно в предместье Этварка, но это было бы ложью. Твой отец попросил моей помощи. И вот я здесь. В этом мире мало толковых магов. А достойных людей среди них — и того меньше. Я не знаю, верен ли путь, которым идет твой отец, но не мне судить о правильных и неправильных делах, ты и сама это знаешь. Так что я полагаюсь на решения Сапфира, а там будь что будет. Хотя решение держать подле себя такого смазливого мальчишку продиктовано явно не благочестивыми намерениями.
Я с ужасом приготовилась к всплеску гнева со стороны Люфира, но тот лишь замер с ложкой в руке, уставившись в стол перед собой.
— Оставь его уже в покое, Дэрк. Как-нибудь ты доиграешься со своими шуточками и будешь лежать в канаве с простреленной головой, — я искоса поглядывала на так и не шелохнувшегося Люфира.
— В том-то и вся загвоздка, что нет, — церковник утер ладонью губы и хлопнул по коленям от переполняющего довольства. — Будь оно так, гнить мне в земле-матушке уже не один год. Но наш бравый стрелок только и может, что давиться беззвучной злобой: моя смерть, боюсь, огорчит его любимейшего Командора. Как уж такое допустить! Вот и получаем бесконечную индульгенцию.
Скамья с грохотом отъехала назад, когда Люфир вскочил на ноги, скидывая с плеча лук. Красный дымок обвил стрелу, уставившуюся в лицо Дэрку. Прежде чем церковник успел отпустить очередную шуточку, наконечник стрелы заскользил вниз, а пальцы отпустили тетиву.
В заполнившей столовую тишине раздался треск расколовшейся столешницы, а вместе с глухим ударом от застрявшей в толстом дереве стелы, в воздух взлетел фонтан щепок. Внимание всех присутствующих было обращено к нашему столу.
Дэрк медленно опустил взгляд на скамью, из которой, войдя до половины древка, в миллиметре от развилки ног церковника торчала стрела.