Наследие
Шрифт:
«Этого еще не хватало… Расплакаться… Когда и где угодно – но только не сейчас!»
А потом она услышала звуки. Кто-то двигался напролом сквозь темный зимний лес навстречу ей, стряхивая снег с белых, словно покрытых ватой кустов.
Элли остановилась и прислушалась. Звук приближался. Тогда она приняла боевую стойку и приготовилась отразить нападение.
Неожиданно на тропинку выбежала лисица и тоже остановилась, глядя на Элли темными бусинками глаз. Ее пушистый ярко-рыжий, почти красный хвост казался особенно красивым и ярким на фоне белого снежного покрова.
Потом
Неожиданно на глаза Элли набежали слезы, и она смахнула их резким быстрым движением.
– Ты такая красавица, – прошептала она и протянула к животному свою посиневшую от холода руку, чтобы погладить его.
Лиса снова оскалилась и, отпрянув, присела на задние лапы.
А затем с пронзительным воем прыгнула на нее, целясь зубами в горло.
Вскрикнув, Элли проснулась и вскочила с постели. И лишь окончательно придя в себя, обнаружила, что стоит, босая, на холодном полу, содрогаясь от страха и прижимая к груди покрывало. С расширившимися, как у безумной, глазами она подбежала к настольной лампе и несколько раз слепо хлопнула ладонью по кнопке выключателя. Наконец зажегся свет, и она смогла осмотреть комнату, но в ней, как и следовало ожидать, никого, кроме хозяйки, не оказалось.
Облегченно вздохнув, Элли закрыла окно на щеколду, снова легла в постель и до самого подбородка натянула на себя покрывало, как если бы это была некая броня, способная защитить ее от всех опасностей.
– Спасибо за ночной кошмар, – пробормотала она, обращаясь к своему подсознанию. – Я теперь вообще никогда спать не буду. Ты этого добиваешься, да?
И она действительно довольно долго не могла заснуть, а когда все-таки начала засыпать, намеренно оставила лампу включенной.
Глава тринадцатая
После ночного кошмара Элли спала плохо, часто просыпалась и проснулась окончательно, когда за окном еще было темно. Поэтому она спустилась на первый этаж много раньше семи и сидела за столом в почти пустом зале, глядя на то, как обслуживающий персонал расставляет на столах и буфете тарелки и большие кофейники с горячим свежесваренным кофе. Рейчел появилась в столовой несколькими минутами позже. Надо сказать, что подруги в последнее время виделись редко, поскольку Элли проводила почти все время после дневных занятий в Ночной школе.
– Мда… Выглядишь не самым лучшим образом, – констатировала Рейчел, швыряя портфель с учебниками на стул рядом. – Предлагаю для начала как следует поесть. Надеюсь, ты расскажешь за завтраком, как дошла до такой жизни?
Обставившись тарелками с яичницей, тостами и чашками с кофе и чаем, девушки принялись за еду во все еще почти пустой столовой. Элли есть не хотела, но все-таки решила позавтракать, поскольку ее ждал очередной трудный день. Ну и кроме того, она чувствовала себя в компании Рейчел куда лучше, чем в Ночной школе, и, признаться, основательно по ней соскучилась. Хотя она не могла рассказать
Складывалось впечатление, что они общаются, как в добрые старые времена, когда Элли еще не посещала Ночную школу.
– Не знаю, как ты, а я жутко проголодалась, – заявила Рейчел. – Обед вчера, по моему мнению, обладал несколько странным вкусом. Особенно суп. Так что я проглотила всего несколько ложек, да и то с трудом. Все-таки наши повара слишком любят экспериментировать. Говорят, это в духе времени, но мне их эксперименты нравятся далеко не всегда. Кстати, а с чего ты сегодня так рано поднялась, если не секрет?
– Плохо спала и все время просыпалась, – сказала Элли, зевнув. – А главное, страшный сон приснился. Я бежала сама не знаю куда по заснеженному лесу. Тут из-за кустов выскочила лисица, набросилась на меня и вцепилась зубами в горло. Возможно, даже отъела кое-что… Я уже точно не помню. – Элли поморщилась и сделала несколько глотков чая, словно желая смыть мерзкий привкус страха, все еще остававшийся во рту.
– Лисица хотела тебя сожрать? – Похоже, рассказ подруги произвел на Рейчел сильное впечатление. – Она что – взбесилась? И много успела отъесть? Больно, наверное, было…
Элли, вспомнив, как стояла босыми ногами на холодном полу и тряслась от страха, ответила:
– Говорю же – точно не помню. Я проснулась, когда она начала обгладывать мне лицо.
– Хм… начала обгладывать лицо? Вообще-то, лисы людей не едят, и это, так сказать, исторический факт, – заметила Рейчел, отправив в рот кусок яичницы, но поскольку Элли даже не улыбнулась в ответ на ее ремарку, добавила: – Полагаю, это надо толковать иносказательно. Возможно, есть некто, считающий тебя чрезвычайно лакомым блюдом. Не в прямом смысле, конечно. Из чего следует, что он тебя очень любит.
Хотя Элли до сих пор вспоминала о ночном кошмаре с содроганием, но при этих словах не смогла сдержать улыбки.
– Он? А вдруг это была лиса-девочка?
– Какая ты у нас, оказывается, испорченная… Лесбийские эротические сны с лисицей – это что-то! Интересно, что сказал бы по этому поводу дедушка Фрейд? – пробормотала с набитым ртом Рейчел.
– Я бы предпочла, чтобы это оказался эротический сон. – Элли подняла глаза от тарелки и пристально посмотрела на Рейчел. – Кстати о сексе… У тебя с Лукасом ничего такого не происходит? А то мне все время кажется, что между вами что-то есть. И неудивительно: вы всегда вместе. И это, уверяю тебя, замечаю не одна я.
Рейчел вспыхнула. Да что там вспыхнула – покраснела как рак.
У Элли от удивления и любопытства расширились глаза.
– У вас точно что-то было! Я по лицу вижу. Ты просто обязана рассказать мне об этом во всех подробностях. Сию же минуту!
Рейчел застенчиво посмотрела на подругу.
– Да, мы с Лукасом действительно вместе. И сейчас я официально об этом заявляю!
– О Господи! – Элли взвизгнула, вскочила со стула и заключила Рейчел в объятия.
Рейчел, задыхаясь от смеха, пробормотала: