Наследие
Шрифт:
При этих словах Элли ощутила весьма болезненный укол в сердце, как если бы то, что сказала Рейчел, оказало на нее воздействие в физическом плане.
Потом, бросив взгляд на часы, поморщилась.
– Слушай, мне пора бежать. Этот урок у меня ведет Желязны, а на его уроки, как ты знаешь, опаздывать не рекомендуется.
Повернувшись вокруг своей оси, Элли полетела по коридору в класс преподавания истории, где, как она знала, Джу заняла для нее место. Девушка плюхнулась на свой стул рядом с Джу как раз в тот
– Вижу, что сегодня все пришли вовремя. – Вынув из папки бумажный лист, он поставил на нем некую отметку и вернул на место. – Очень мило с вашей стороны. Добро пожаловать в мир античной истории. В этом семестре мы сосредоточим внимание на истории классических цивилизаций Греции и Рима.
Продолжая говорить, он ходил по классу и выкладывал на стол перед каждым учеником сборник материалов по упомянутой теме. Выкладывая книгу, он намеренно слегка пристукивал ею по столу, словно стремясь тем самым подчеркнуть важность античной истории. Потом возвращался к своему столу за следующей стопкой учебных пособий.
– Посещение занятий несомненно отразится на балле, который будет выставляться в конце семестра, – со значением сказал он, положив учебник на стол перед Джу. – Так что я рассчитываю на регулярную посещаемость, ибо это в ваших же интересах. Кроме того, прошу учесть, что мы будем работать по расширенной программе, так как ученики вашего класса относятся к продвинутой группе.
Когда Желязны перешел к следующему столу, Джу быстро записала что-то в своей тетради, а потом пододвинула Элли, чтобы та могла прочитать запись:
А ЖЕЛЯЗНЫ ОТНОСИТСЯ К ГРУППЕ МЕТАЛЛОВ
Не сумев сдержаться, Элли прыснула, после чего сразу же громко закашлялась, чтобы замаскировать таким образом вырвавшийся у нее из уст смех. Желязны тем не менее повернулся к ней и одарил ее строгим взглядом. Элли села на стуле прямо, не без труда придав лицу серьезное выражение. Что касается Джу, то та все это время выглядела как сама невинность и, спокойно перевернув страницу тетради, приготовилась делать записи на чистой стороне.
Когда Элли во второй половине дня направлялась на урок английского языка, который вела Изабелла, ее сумка раздулась от различных учебников и сборников материалов, а тетради украсились записями огромных домашних заданий по каждому предмету. Оставалось только задаваться вопросом, где найти время, чтобы все их выполнить. Это не говоря уже о том, что в десять вечера она должна явиться в Вечернюю школу, следовательно, сделать уроки ей предстояло до этого. Сказать по правде, Элли плохо представляла, как все это совместить.
Шагая по коридору с опущенной в задумчивости головой, она неожиданно столкнулась с каким-то
– Извини, – механически сказала она, подняла голову и увидела Картера. – Привет! – воскликнула она с засветившимся лицом и потянулась, чтобы поцеловать его в щеку. Картер, однако, быстро сделал шаг в сторону.
Элли смутилась.
– В чем дело?
Он промолчал, хотя был зол, как черт, и даже не пытался этого скрыть.
– Послушай! Неужели ты все еще переживаешь по поводу того, что я тренировалась с Сильвианом? – спросила Элли, отказываясь в это верить. – Надеюсь, это не всерьез, Картер?
– Все еще переживаю? – повторил он, отходя к окну, чтобы не оказаться на пути у двигавшейся по коридору толпы учеников. Потом, понизив голос, произнес: – Что ж, можно и так сказать, Элли. А ты бы не переживала? Поставь себя на мое место. У тебя не получился прием, и ты, вместо того чтобы подойти ко мне и попросить о помощи, отправилась за утешениями к Сильвиану. Тебе бы понравилось, если бы я при подобных обстоятельствах договорился о встрече с какой-нибудь из своих бывших подруг?
В этих словах, несомненно, имелось рациональное зерно, но Элли была не готова принять его логику.
– Это несправедливо, Картер. Я вовсе не отправилась к нему за утешениями, а встретилась с ним совершенно случайно. Просто ему сказали, что я в подавленном состоянии, и он отправился меня разыскивать, чтобы успокоить. Ну а потом, когда мы встретились, он предложил мне помочь отработать этот прием.
– Несомненно, такая версия случившегося выглядит куда лучше, – бросил Картер. – Но ты случайно не задавала себе вопрос, какого черта он отправился разыскивать близкую подругу другого парня?
– Картер, взгляни наконец на это дело без предубеждения. – Элли чувствовала, что у нее внутри начинает закипать гнев, но старалась говорить спокойно. – Во-первых, я не просто чья-то близкая подруга, а Элли Шеридан – вполне самостоятельная личность, которая вольна поступать, как ей хочется. А во-вторых, Картер, между нами ничего не было. Ничегошеньки. Надеюсь, ты мне веришь?
– А должен? – спросил он. – Ты сама поверила бы мне при таком раскладе? Если честно? Застань ты меня ночью в лесу за подобными упражнениями с Клер, что бы ты подумала?
Элли поморщилась, поскольку считала Клер самой красивой из его бывших подружек.
– Этого бы не случилось, потому что Клер не ходит в… ну, сам знаешь, куда. Так что ты описал совершенно нереальную ситуацию. – Картер закатил глаза к потолку и хотел было что-то сказать, но, прежде чем он успел ее перебить, она добавила: – Но вот если бы ты тренировался с Джулией, я бы и бровью не повела. Да хоть бы и с Клер – если бы она ходила туда, куда ходим мы. Можешь не сомневаться: моя реакция нисколько бы не изменилась. Потому что я тебе доверяю.