Наследие

Доэрти Кристи

К тому времени, когда наконец щелкнул замок ремня безопасности, лимузин уже летел по городу на скорости около шестидесяти миль в час.

Глава вторая

Самое интересное, вечер начинался очень даже неплохо.

Впервые за долгое время Элли отправилась на тусовку со своими старыми друзьями Марком и Хэрри. Прежде она всегда проводила с ними время, и, что любопытно, почти всегда они попадали в какую-нибудь передрягу. Так, всего пару месяцев назад их с Марком арестовали, и им пришлось

провести ночь в полицейском участке.

Нечего и говорить, что ее родители терпеть не могли Марка и Хэрри. Так что Элли не сомневалась, что родители не одобрят ее намерение встретиться со старыми приятелями. Но, как ни странно, этого не случилось.

– Постарайся вернуться до полуночи, – только и сказала мать, и на этом все кончилось.

Элли заметила, что с тех пор, как она вернулась из Киммерийской академии, предки стали относиться к ней по-другому. С уважением, что ли.

Выходя из дома, не поцапавшись предварительно с родителями, Элли испытывала странное ощущение. Как-то это было непривычно.

Еще более странное ощущение она испытала, когда, войдя в парк, где они с Марком и Хэрри имели обыкновение проводить вечера, увидела приятелей на старых детских качелях. В этот момент они сами показались ей похожими на детей-переростков.

– По-моему, вам пора браться за ум и устраиваться на работу, – сказала она, подходя к Марку и Хэрри.

– Элли! – крикнули они хором, заметив девушку, и устремились ей навстречу.

Поначалу она очень обрадовалась, увидев ребят, улыбка не покидала ее лица. Парни хлопали ее по плечу и предлагали выпить с ними уже тепловатого сидра.

Но как только все они уселись – Марк и Хэрри на сиденья детских качелей, а Элли на лавочку напротив, – неожиданно выяснилось, что разговор не клеится. Когда парни принялись хвастаться, как в ее отсутствие прогуливали уроки, бегали на станцию и болтались там по железнодорожным путям, горланя песни и задирая обслуживающий персонал, а также лямзили всякую мелочь из супермаркета «Фут Локер», Элли отмалчивалась, не зная, что сказать.

Она вдруг поняла, что сейчас все это ей совершенно не интересно.

Более того, навевает смертную скуку.

Прошло всего два месяца с тех пор, как они виделись в последний раз, но ей казалось, что за это время она повзрослела на годы: так много всего случилось во время летнего семестра в Киммерии. Она помогла предотвратить большой пожар в академии, спасла жизни многим ученикам, а сама едва не погибла во время этой заварушки… И еще – она нашла труп одной из своих подруг. Собственными глазами видела вблизи смерть.

При этом воспоминании у нее по спине пробежала холодная дрожь.

Кроме того, она не испытывала уверенности, что парни поймут ее, если она попытается объяснить им, что такое Киммерийская академия. Так что когда ребята спрашивали ее об этой школе, она отделывалась общими фразами, типа: «очень странное, но крутое заведение».

– А правда, что ученики там – сплошные пижоны, модницы и задаваки? – спросил Хэрри, раздавив в

кулаке опустевшую жестянку из-под сидра и швырнув ее в сторону. Элли проследила за полетом зеленой баночки и за тем, как она мягко упала в траву.

– Что ж, и так можно сказать, – ответила она, не отрывая взгляда от баночки из-под сидра.

«Тем не менее, – подумала она, не озвучивая свои мысли, – я их всех очень люблю. Ну, почти всех».

– Уж не относились ли они к тебе, как к обслуге? – В голосе Марка прорывалось сочувствие, и он смотрел на нее в упор, ожидая увидеть ее реакцию, но Элли старательно избегала его взгляда.

– Некоторые – да… – протянула Элли, вспомнив Кэти Гилмор и ее компанию. Но как бы то ни было, в конце семестра они с Кэти работали рядом, спасая школу от огня, и после этого стали хотя бы уважать друг друга.

– Впрочем, если разобраться, не такие уж они плохие люди, – закончила она фразу.

– Не знаю, что бы я сделал, если бы мне пришлось посещать школу, где учатся одни пижоны и снобы. – Хэрри встал на сиденье качелей и начал раскачиваться. Поэтому его голос то приближался, то удалялся. – Наверное, переругался бы с ними в конце концов или, хуже того, надавал бы им тумаков, и меня в результате вышибли бы оттуда.

– Скорее, это они первым делом начистили бы тебе физиономию, – фыркнул Майк, наблюдая за приятелем, который с каждым толчком все выше взлетал к темному вечернему небу.

Потом посмотрел на Элли.

– Ты, как я понимаю, возвращаешься в эту свою новую школу? – спросил он с неожиданно проступившей в голосе серьезностью.

– Да. Во всяком случае, предки говорят, что это необходимо… Что же касается меня, то если быть до конца честной, мне там даже понравилось. – Элли наконец подняла глаза и посмотрела на Марка в надежде, что он ее поймет.

Жизнь Марка значительно отличалась от ее собственной. Отец Марка бросил их с матерью, когда тот был еще ребенком, и с тех пор они жили вдвоем в крошечной квартирке в дешевом многоквартирном доме. Впрочем, он и мать-то видел не часто, поскольку после работы она имела обыкновение отправляться в компании подруг в какой-нибудь ночной клуб или бар. Тем не менее это его не испортило, и он стал для Элли кем-то вроде брата, когда ее родной брат неожиданно исчез из семьи. Девушка знала, что Марк очень скучал по ней после ее отъезда в Киммерию. Она же, проучившись в этой школе пару недель, все реже и реже вспоминала о нем, а потом почти совсем вычеркнула из памяти.

– Я буду писать тебе, – пообещала она с энтузиазмом, возникшим из-за ощущения вины.

Появившаяся на губах Марка саркастическая улыбка на мгновение напомнила ей Картера.

– Правда? – Он откупорил еще одну жестянку с сидром и, встав ногами на сиденье качелей, тоже стал раскачиваться, напевая под нос какую-то глупую песенку.

Элли подумала, что еще минут пять – десять таких упражнений – и качелям конец. Предназначавшаяся ей банка с сидром так и осталась стоять нетронутой на скамейке.