Наследие Рипера
Шрифт:
Вокруг курсировало много девиц, включая и блондинку с кухни Ругера. Она поприветствовала меня средним пальцем. Они все подходили и подходили, плодясь, словно кролики. На самом деле, большинство из них казались вполне милыми, но я уже приняла для себя решение ненавидеть их.
И все гадала, скольких из них трахал Ругер.
А вот старухи — их в общей сложности было около десяти — были абсолютно другими. Они мне очень нравились, и я сожалела, что не смогу узнать их лучше. Мэггс и Мари, должно быть, рассказали всем о моей ситуации, потому что никто не задавал надоедливых
И я узнала несколько интересных вещей.
Первое, Мэггс поделилась со мной, почему Болта посадили. Отвратительная история. На самом деле его обвинили в изнасиловании девушки, работающей в «Лайн». Мы сидели на складных стульях у площадки, присматривали за детьми, когда Мэггс начала говорить об этом так буднично, что я сперва подумала, что не расслышала ее.
— Э... — произнесла я, отчаянно пытаясь найти что-нибудь, на что можно отвлечься.
А что можно ответить, когда кто-то рассказывает тебе, что ее мужик в тюрьме за изнасилование?
— Он этого не делал, — она пожала плечами. — Его подставили.
Я посмотрела в сторону, думая о том, как такая, казалось бы, умная женщина может быть так глупа. Как можно оставаться в отношениях с насильником? Если его посадили, доказательства против него были достаточно вескими.
— Нет, — сказала она, беря меня за руку и пожимая ее. — Я вижу, о чем ты думаешь. Но все не так. Я была с ним, когда все случилось.
— А ты копам это рассказывала? — округлив глаза, задала я вопрос.
— Конечно, — отозвалась она. — Но девчонка его опознала, и был еще один свидетель, который видел, как они вместе садились в машину. Они так и не провели анализ на ДНК, хотя наш юрист и требовал этого. Он сказал, что вытащить Болта из тюрьмы станет лишь вопросом времени. Анализ ДНК будет отрицательным, но чтобы в криминалистической лаборатории штата зашевелились, должно произойти чертово чудо. Копы говорят, что я вру, пытаясь прикрыть своего мужа. В суде выставили меня настоящей преступницей и шлюхой.
— Вот же черт, — сказала я. — Мэггс, это ужасно.
— Ты мне об этом говоришь? — горько заметила она. — Черт, я так сильно его люблю. Болт прекрасный человек. Он делал некоторые безумства, но он не гребаный насильник. А вот быть старухой байкера? Для копов это означает, что ты не больше, чем клубная шалава. Когда они закончили меня допрашивать, мои показания уже ничего не значили. В любом случае, через год его должны освободить по условно-досрочному, но я хочу очистить его имя.
— Почему же они не проверили ДНК?
— Хороший вопрос, — пробормотала она. — Каждый день новые оправдания. Чертовы обвинители.
Да уж...
Я понятия не имела, что на это сказать, поэтому молчала. Но вот чего я не сделала, так это не ушла и не отвернулась, потому что как только я познакомилась с Мэггс, я ей поверила. Глупой она не была, и слабой тоже.
Страшно даже при одной мысли, что система может быть настолько прогнившей.
— Они точно подставили Болта, — сказала Мари, плюхаясь на стул рядом, — но не все местные обвинители такие
Я с любопытством таращилась на нее, но, кажется, она уже потерялась в своих мыслях. Я решила, что эта история может подождать и до другого дня. Если такой день будет. Девочки, безусловно, мне помогли, но сможем ли мы стать хорошими подругами на продолжительный срок — это еще вопрос. У меня сложилось впечатление, что, однажды покинув клуб, тебя вычеркивают из его жизни... а я его покинула, даже не успев вступить.
Мы начали болтать о другом, небо становилось все темнее. К девяти все дети уже ушли, а события начали развиваться более дико. Музыка становилась громче, с женщин начали пропадать футболки, что совершенно не расстраивало моих новых друзей. Парни развели огромный костер и вынесли еще один бочонок выпивки. Парочки начали исчезать в темноте. Я старалась не сильно присматриваться, боясь, что Ругер уже нашел себе кого-нибудь нового для траха. Он был свободен делать то, что ему взбредет в голову. Но это не значит, что я должна смотреть на это.
Кажется, настал самый подходящий момент для моего отъезда, если не считать, что я так и не поговорила с Баком о работе. Чем больше я думала о работе в «Лайн», тем менее реалистичным мне все это представлялось. Наверное, стоит просто забыть об этом... Я упомянула об этом, когда помогала Мари, Мэггс и Эм убирать со столов. Дансер забрала своих мальчиков домой к своей матери некоторое время назад, и пока так и не вернулась.
— Почему бы не поговорить с Баком и не решить после этого? — предложила Мэггс, складывая недоеденные пачки чипсов в картонную коробку. — Я помогу тебе его найти. Но для начала закончим тут. Все это дерьмо нужно отнести на кухню.
— Давай мне коробку, — предложила Мари, подходя к ней. — Софи, можешь взять вон ту?
— Конечно, — ответила я, поднимая коробку.
Мари действительно была милой. Она полвечера проговорила про свою свадьбу, которая должна была состояться через три недели. Она очень четко дала понять, что хочет, чтобы я пришла, независимо от того, что у нас с Ругером.
Теперь я следовала за ней в Оружейную, проходя через заднюю дверь и мимо нескольких уборных, входя в огромную кухню. В ней не было ничего особенно, никакой профессиональной техники. Но, тем не менее, она была большая, как в церкви. Три холодильника, много стоек и большой, круглый мусорный бак, который был переполнен, а мусор рассыпался по полу.
Мы обе остановились, глазея на это.
— Господи, поверить не могу, какими же свиньями могут быть мужики, — пробормотала она. — Вынесите чертов мусор, если бак полон. И дураку должно быть понятно.
— Думаешь, мы справимся? — спросила я, оценивая бак.
Он был так заполнен, что с трудом закрывался.
— Есть только один способ выяснить, — ответила она.
Мы убрали еду, засунули в бак столько мусора, сколько было возможно, и каждая ухватилась за свою сторону. Легко не было, но мы вынесли бак с кухни в большую гостиную Оружейной, которую я еще не видела.