Шрифт:
КЛОВ
Звук двери, закрытой со всей силы, послужил точкой, которую поставила Атана в конце ссоры с матерью. Роджер покачал головой:
— Ничего страшного. Обычный подростковый бунт.
— Подростковый! — фыркнула женщина. — Ей только восемь!
— Не забывай, она общается с двойняшками. И практически находится на уровне развития тринадцатилетней…
— Ох… — Арика задумалась. Услышав стук в несчастную дверь, подскочила от неожиданности.
Роджер отреагировал первый:
— Войдите!
Увидев
— Добрый вечер.
— Вам того же. Хотя в свете бунтов подрастающего поколения подобное пожелание выглядит забавно. Твоя тоже устроила скандал?
— А что и твои?
Вошедший, усмехнувшись, движением руки передвинул одно из кресел и сел.
— Только что высказали мне претензии в чрезмерной опеке с моей стороны и тоже хлопнули дверью.
Арика рассеяно кивнула и пробормотала:
— В одном Ата права…
Подняв голову, женщина мрачновато оглядела собеседников:
— Вообще-то, тут собрались все заинтересованные лица… Так что вопрос можно ставить на голосование хоть сейчас, — в ее тоне слышалось ехидство, но и порядочная примесь раздражения.
Жорот приподнял брови, а Роджер чуть улыбнулся. Арика вздохнула и сказала — как всегда — в лоб:
— Роджер, извини пожалуйста, насколько ты будешь против нашей с тобой женитьбы?
У колдуна на лице появилось странное выражение то ли изумления, то ли сдерживаемого смеха.
Роджер спокойно кивнул:
— Необходимость в чем-либо подобном действительно назрела. В этом мире слишком сильное значение имеет общественное мнение, и неопределенность твоего положения отрицательно сказывается на всех…
— Сама знаю! — огрызнулась она.
Жорот, не выдержав, тихо рассмеялся:
— Все хорошо, но я тут при чем? В смысле, почему ты считаешь необходимым мое присутствие?
Арика со злорадным торжеством повернулась к нему,
— А как же? Теперь тебе придется делить твоего любовника еще и со мной — твое согласие тоже имеет какой-никакой вес — по крайней мере, для Роджера!
— До сих пор мы это прекрасно делали…
— До сих пор я не претендовала на Роджера в смысле секса! Или ты воображаешь, что я рассматриваю замужество чисто формально?
На лице колдуна появилось сначала ошалелое выражение, потом озорное:
— Поздравляю с коренной переменой твоих взглядов!
— Не такой уж коренной! — парировала женщина. — Любовницу я пока себе не завела!
Жорот с задумчивым видом покивал головой,
— Ничего, я не тороплюсь. Судя по всему, вероятность сего события становится все больше…
Арика сощурилась,
— Ага, лет эдак через четыреста-восемьсот… Если доживу, — вызов заключительной фразы прозвучал диссонансом общему настрою разговора, и Роджер мягко перевел беседу в более спокойное русло.
— Если ты спрашиваешь мое мнение, то я, конечно, не против… — он неожиданно улыбнулся, — потому
Колдун хохотал, а Арика только головой покачала:
— Ну вас всех к черту… Ладно. Если уж никто сильно не против, поехали в мэрию. По-моему, мы успеваем… Кстати, Жорот, ты тоже нужен — как свидетель. Роджер, и, если ты не против, заодно удочери Ату. Будет знать… — последние слова Арика пробормотала чуть слышно.
Когда они вышли из мэрии, Жорот повернул лицо в сторону заходящего солнца, явно наслаждаясь его последними лучами и заметил:
— Все сделано максимально быстро и рационально. У кого еще могла быть такая свадьба? Ни торжественности, ни обрядов…
— Только не говори, что это не доставило тебе удовольствия! — буркнула Арика, — я ж видела — ты разве не мурлыкал.
— Весьма изысканное экзистенциальное переживание — не скажу, что не с чем не сравнимое, но никогда прежде не испытанное — это точно, — ироничным тоном заметил Жорот. — Подписывать свадебный контракт собственного любовника!
— Как-нибудь переживешь, — ехидно отозвалась Арика. — Кстати, не забудь, у нас с Роджером сегодня первая брачная ночь…
— Понял. Удаляюсь… — Жорот действительно, кивнув на прощание, быстрым шагом пошел куда-то в сторону центра.
— Что это он? — Арика встревожено взглянула на Роджера.
Тот пожал плечами:
— Не обиделся, это точно.
— Я знаю… Может, что случилось?
Роджер поднял брови:
— Он взрослый и вполне самостоятельный мужчина, ты не заметила?
— Да кто против! — досадливо отмахнулась она. — Только… слишком уж на него непохоже. Впрочем, его дело.
Кафе было очень уютным — полумрак, колеблющиеся язычки свечей на столиках, негромкий разговор посетителей.
Роджер пересказывал в лицах свой последний поход на званый вечер. Арика, увильнувшая от приглашения под каким-то благовидным предлогом, с удовольствием слушала занимательный обзор происшедшего. Когда Роджер замолчал, она мягко и чуть насмешливо улыбнулась:
— Ты как всегда… Очень осторожно и аккуратно обошел все углы, в том числе факторы, благодаря которым Вирика сейчас по всему городу рассылает приглашения на крестины…
Роджер, играя в возмущение, поднял брови:
— Могу дать честное слово, что к ее ребенку не имею никакого отношения!
— А в этом тебя никто и не обвиняет… Кроме местных сплетников, — усмехнулась Арика. — Но вот то, что Вирика решила не отдавать младенца в приют — твоя прямая заслуга… Ты не задумывался о карьере психолога? Какие деньги зарабатывал бы…
Роджер усмехнулся и поддразнил ее:
— Зачем оно мне, если я у тебя на содержании?
— Выкрутился… Кстати, ты в курсе, что тебя, в очередной раз, приглашают стать крестным?