Наследие чародея
Шрифт:
Лисята под колодой поддержали эту идею радостным визгом.
«Я скоро умру». Мысль эта прозвучала в голове коротко и ясно. Бриджит покрепче ухватилась за свою дубинку.
— Если вы мне угрожаете, — произнесла она, — значит, я имею право защищаться любыми способами, так?
Это заявление вызвало лишь новый приступ тявкающего, визгливого смеха.
— Отличная мысль, — сказал рыжий лис. — Ну, кто решится попробовать на своей шкуре мастерство великой колдуньи?
Белый лис презрительно фыркнул:
— Да что она может? Она не знает ни того,
— Она даже не знает, кто она такая! — подхватил серый лис, приглаживая усы лапой.
— Она знает, кто она такая, — возразил белый лис. — Она не знает, какая у нее кровь.
— Давайте посмотрим, давайте проверим! — пискнул какой-то лисенок.
— Возьмем ее кровь, — сказал серый лис, на секунду оторвавшись от умывания. — И избавим ее от забот.
— А может, дать ей новую кровь? — предложил белый лис. — Покажем, как много ей еще нужно узнать.
— Я — Бриджит Ледерли, хранитель маяка Песчаного острова, — процедила Бриджит сквозь зубы. — Вот и все, что мне нужно знать.
— Какая мы самоуверенные! — сказал рыжий лис.
— Какие мы гордые! — вторил ему белый. — Ну точь-в-точь как папочка.
Бриджит почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Да что же это такое! Откуда они знают ее отца? Откуда они могут знать Эверета Ледерли?
Или они имели в виду кого-то другого?..
«Не бойся правды. Она не изменит твою любовь к Эверету Ледерли, зато может помочь тебе».
— Хватит! — закричала Бриджит, пытаясь заглушить собственные мысли. — Если вам не терпится расправиться со мной, так делайте это быстрее. А если нет — я пойду своей дорогой.
— Она не должна кричать, — заметил лисенок, высунув кончик носа из-под колоды. Бриджит видела, как блеснули его зеленущие глазенки. — Она не должна быть такой грубой.
Бриджит пошатнулась от нового приступа дурноты, но внезапно в голове прояснилось и откуда-то пришло решение. Бриджит не знала, с чего она взяла, что нужно поступить именно так, но была уверена, что это единственно правильный шаг.
— Лучше бы вам не задерживать меня. А то ваша матушка будет недовольна.
У рыжего лиса, что стоял ближе всех к Бриджит, шерсть на загривке встала дыбом.
— Наша матушка? А что тебе известно про нашу матушку?
Лисы поплыли у Бриджит перед глазами. «Перестаньте!» Она сжала лоб руками. «Оставьте меня в покое!»
«Не бойся…»
— Лисица послала за мной, — сказала Бриджит, — и я пришла.
— Да, ты пришла.
Лисья толпа заволновалась: звери перешептывались, принюхивались и поскуливали от страха. Затем живая стена расступилась, и в образовавшийся проход из леса вступила новая тень. Легкой походкой к Бриджит приближалась лиса — такая огромная, что даже тот серый, что стоял в отдалении на страже, в сравнении с ней казался карликом. Шуба у нее была такого же сочного оранжевого цвета, как скалы на острове Дьявола, а кончик хвоста и пятнышко на груди белели так ярко, что слепили глаза. Напряженно поднятые треугольники ушей находились на уровне плеча Бриджит. Изумрудно-зеленые
— Ты знаешь меня, Бриджит Ледерли? — спокойно спросила огромная лисица.
Черные когтистые лапы почти упирались в стоптанные башмаки Бриджит, но она с дрожью заметила, что не чувствует дыхания зверя.
— Полагаю, вы — Лисица.
— Ты догадлива. — В голосе Лисицы зазвенела насмешка. — Но что ты обо мне знаешь?
— Ничего, мэм, — покорно ответила Бриджит. — Ничего не знаю.
— Я тоже так думаю, — усы Лисицы дрогнули. — А вот я знаю о тебе очень много.
Бриджит медленно подняла глаза:
— Что именно?
Лисица оскалила пасть в усмешке и обошла Бриджит кругом.
— Знаю, что ты совсем одна, что ты заблудилась и что ты не имеешь ни малейшего представления о том, в каком опасном месте находишься.
Бриджит охватил страх. Он окутывал ее, как холодный душный туман, подавляющий мысли. Бриджит вцепилась в знакомую шероховатую материю передника, словно утопающий за соломинку.
— Спасибо, мэм, — вежливо ответила она. — Но как раз это мне известно.
— Надеюсь. Ты ведь умная девочка. — Лисица остановилась прямо перед Бриджит, и ее зеленые глаза сверкнули. — Наверное, такая же умная, как твоя мать.
Бриджит еще сильнее стиснула уголки передника.
— Спасибо, мэм.
Лисица чуть-чуть отступила назад и, склонив голову набок, оглядела Бриджит с ног до головы.
— Умная девочка, — повторила она. — Хочешь, чтобы я тебе помогла?
От этих слов у Бриджит мурашки побежали по коже.
— Простите, мэм, но с чего это вы, такая важная особа, станете мне помогать?
— Потому что я думаю, что ты можешь помочь мне. — Лисица села прямо, и оба ее уха развернулись к Бриджит. — Ты кое-что понимаешь в целительстве, я это чую.
Бриджит заставила себя разжать кулаки и поправила смятый передник.
— Верно, мне приходилось ухаживать за больными и ранеными.
— Мои сыновья серьезно ранены, и я ничем не могу им помочь Если ты вылечишь их, я позабочусь о том, чтобы ты смогла вернуться в мир живых.
В глубине ее зеленых глаз опять загорелся огонь. Он был похож на тот свет, что появлялся в глазах Калами, когда тот проникал в сознание Бриджит, но только был в тысячу раз ярче.
— Вернуться живой и невредимой? — уточнила Бриджит. — И я ничего не потеряю?
Она вдруг вспомнила того лиса, на кладбище, который посмотрел на нее зелеными глазами и забрал все ее страхи, сомнения и даже саму память о них. Он сделал это, чтобы она попала сюда! Бриджит задохнулась от гнева, но сдержалась и прогнала его прочь. Гнев ей не поможет, во всяком случае не здесь и не сейчас. Не в этом мире, подвластном Лисице. И снова Бриджит не знала, откуда взялось это знание, однако решила ему доверять.
Лисица удовлетворено кивнула:
— Живой и невредимой. — Свет в ее глазах засиял еще ярче. — А еще я позабочусь о том, чтобы ты узнала то, что от тебя скрывают.