Наследие чародея
Шрифт:
Ричика осмотрела витой шнурок так же тщательно, как старшая швея осматривала шов, в котором он скрывался. Только теперь Бриджит поняла, что это был за шнурок. Это было заклятье.
У Бриджит упало сердце. Это было заклятье, зашитое в платье, предназначенное для нее…
Ричика глянула на нее с озорной улыбкой:
— Госпожа, вы должны быть польщены.
— Да? — натянуто произнесла Бриджит.
Кивнув, Ричика подняла зажатый в пальцах шнурок так, чтобы все его видели:
— У вас есть поклонник. Это приворотное заклятье.
Бриджит почувствовала, что бледнеет:
— Что?!
— Заклятье,
— Видите, вот это ваши волосы. — Ричика провела пальчиком по золотистым нитям, вплетенным в шнурок. — А это волосы вашего воздыхателя. — Она указала на жесткие черные пряди. — Все это, как видите, связано вместе, переплетено с нитями цвета страсти и привязанности и замкнуто в кольцо.
Сердце Бриджит невольно затрепетало. Черные волосы, переплетенные с ее прядями… Черные волосы — такие же, как у Калами!
— Кто… Кто мог это сделать? — запинаясь, спросила она.
— Такую вещицу может, конечно, сделать всякий, — небрежно ответила Ричика, — но вот наложить заклятье под силу только колдуну.
Так и есть.
— Госпожа, я приношу вам наиглубочайшие извинения. — Старшая швея поклонилась: руки сложены на груди, пальцы сжаты в кулаки. — Я сейчас же выясню, кто допустил это.
Молодая швея побелела.
Бриджит так решительно подступила к ней, что остальные женщины едва успели отдернуть свои юбки.
— Кто дал тебе это?
— Госпожа… Я…
Бриджит схватила девушку за плечи и стала трясти, так что у нее на поясе зазвенели ножницы и подушечки для булавок.
— Кто это сделал? — кричала Бриджит, в приступе ярости забыв о том, что в комнате слишком много свидетелей. — Отвечай, а не то вылетишь отсюда, и не через дверь!
— Он сказал… Он говорил… — Девушка зарыдала, и щеки ее покрылись мокрыми дорожками слез.
— Кто?
— Лорд-чародей, — со слезами пробормотала она.
Калами. Бриджит похолодела. Значит, правда. Это действительно сделал Калами.
Юная портниха хотела закрыть лицо руками, но Бриджит крепко сжала ее запястья.
— Что еще он тебе приказал? — Бриджит пристально всмотрелась в лицо девушки, проверяя, не появится ли на нем отражение, уличающее ее во лжи. — Сколько таких штук он тебе дал? — Она ткнула пальцем в сторону шнурка на ладони Ричики.
— Он хотел еще сделать пару подвязок, — сказала она. — Этот шнурок должен был действовать, пока подвязки не будут закончены, и тогда…
«И тогда я его полюблю. Он заставит меня полюбить. — Бриджит отвернулась. — Почему он решил это сделать?»
Потому что понял, что она сомневается. Потому что ей не хватило ума и лицемерия, чтобы перехитрить его, и он заметил в ее голосе фальшь. Она нужна ему, он столько раз это повторял. Конечно, он не станет рисковать и не позволит ей переметнуться на сторону врагов. Он собирался изнасиловать ее чувства, снова втолкнуть ее в водоворот желания и смятения, который однажды уже закружил ее, водоворот, о котором она
Комната закачалась у Бриджит перед глазами.
— Госпожа, вы чересчур взволнованы. Присядьте-ка сюда и отдышитесь. — Ричика взяла ее за руку и подвела к креслу. Бриджит, негодующая, оскорбленная и отчаявшаяся, машинально в него уселась. Словно в тумане, она услышала, как Гали сказала портнихам:
— Пока что вы свободны. Вас позовут.
Бриджит не видела, как они ушли. Она сидела, наматывая подол платья на стиснутые кулаки, и невидящим взглядом смотрела прямо перед собой.
— Госпожа, вы зря так расстраиваетесь. — Руки Бриджит оказались в плену мягких ладоней Ядвиги. — Это чрезвычайно лестно. Сам лорд-чародей так очарован вами, что хочет таким образом приблизить вас. Это знак его уважения и любви…
— Любви?! — воскликнула Бриджит, отдергивая руку. — Любви, которая не оставляет выбора и свободы воли? Боже всемогущий, уж лучше вечная ненависть, чем такая любовь!
Дамы не нашлись, что ответить. Очевидно, эта мысль никогда не приходила в их хорошенькие головки.
«Что мне делать? — Бриджит стиснула зубы. — Высказать ему все, что я об этом думаю? Но если он узнает, что его затеи провалилась, что еще он придумает? Приворотное зелье? Заговоренный хлеб, как Сакра? Я же не могу ничего не есть. Бежать? Я смогла убежать от Сакры. Ну и как далеко я ушла? Дороги я не знаю, да и Лисица подстерегает где-то там, за стенами дворца. — Бриджит так яростно сжала кулаки, что ногти больно впились в ладони. — Что же мне делать?!»
— Госпожа! — обратилась к ней Ричика. Бриджит взглянула девушку. Та казалась обеспокоенной. — Госпожа, что мне деть с этим?.. — она протянула заколдованный шнурок.
— Брось его в огонь, — с отвращением ответила Бриджит. Ричика сделала реверанс и направилась к очагу. — Постой! — крикнула Бриджит. Ричика замерла, удивленно распахнув глаза. — Постой, — повторила Бриджит немного спокойнее. — Это ведь разрушит заклятье, да? Калами это почувствует?
— Да, госпожа, — отозвалась Ричика уже более уверенным голосом, так как разговор опять зашел о знакомых вещах. — Колдуны всегда чувствуют, когда их заклятья разрушаются.
— Откуда ты все это знаешь?
Щеки Ричики чуточку порозовели.
— Вот уже три поколения моей семьи служат в императорском дворце, госпожа. Как же не знать, как делаются такие вещи…
Бриджит задумалась. Ее познания в магии были весьма скудны. Конечно, в далеком детстве она читала братьев Гримм и Андерсена… Ей оказывали знаки внимания, ей лгали, ее сажали под замок — и все это потому, что считалось, будто она обладает огромной магической силой. И вот теперь, когда ей так нужна эта сила, она и понятия не имеет, как с ней обращаться. Взгляд Бриджит упал на дверь, от которой исходило слабое свечение волшебства, и она вспомнила, каким плотным стал воздух, когда она так неосторожно произнесла обещание. Она действительно под замком. Она не посмеет даже открыть эту дверь.