Наследие 2
Шрифт:
— Что вы планируете предпринять, Леонид? — Виолетта обернулась к Малевичу. — Нам забирать вещи из грузовика?
— Ещё чего! — вскинулся тот. — Этот инвазивный выскочка-переросток ничего не смыслит в военном деле! Мы прекрасно отбуксируем ваш грузовик до Железногорска и обратно, БМП с этим легко справляется! Я предусмотрительно позаботился о том, чтобы топливные баки были заполнены полностью, так что перерасход топлива нам не страшен. А он просто трус! Расписал тут угрозу, будто мы едем не во всеми заброшенный жалкий городишко, а в какой-нибудь Дарвинский заповедник, кишащий лигами! Тут нет никого вокруг на десятки километров! — он обвел рукой грязный гнилой
Движение продолжили через пятнадцать минут. Ещё через полчаса беспрерывной тряски у машины вырвало передний мост, и она с размаху уткнулась в землю. Лопнул карданный вал, двухсотлетняя несущая рама не выдержала удара, и машина разломилась надвое. Оставшийся без кабины кунг едва не рухнул набок, устраивая свалку среди сидящих внутри археологов. Один из ящиков с инструментами оказался плохо закреплен и сорвался с места, врезавшись в ближайшего человека. Тот уцелел лишь волею Шаро Предрекшей, заработав сломанное ребро и шок от испуга.
— Как только… скафандр… не порвался! — пострадавшего трясло, словно ядовитый сорняк на шквальном ветру. — Повезло, спасибо Шаро!
Его положили возле развалившегося грузовика, пока остальные вытаскивали из обломков машины вещи, оборудование и инструменты. Виолетта, тщательно ощупав грудную клетку пострадавшего, пришла к выводу, что ничего совсем уж страшного ему не грозит. Ребро поболит пару недель и срастется.
— Топливо слить! — раздался в эфире знакомый бас. — Шепелев! Канистры давай!
Она подняла голову. Инвазивный лейтенант что-то говорил одному из своих солдат напрямую, соприкоснувшись с ним шлемами. Закончив, Ершов окинул взглядом развалившийся грузовик и молча пошел к головной БМП. На Малевича он даже не посмотрел. Пока закончили перегружать всё необходимое, пока распределяли археологов по военным грузовикам и сталкивали тягачом загородившие путь обломки машины в сторону, прошел ещё час. Когда колонна продолжила движение, был уже полдень. Человек шесть или семь из штурмового взвода, которым не хватило места в автомобилях, влезли на броню БМП и прямо так поехали дальше. Виолетта через обзорное устройство армейского грузовика наблюдала, как силуэты их скафандров то исчезают, то появляются в облаках токсичной пыли и тучных роях ядовитых насекомых, вздымающихся в воздух от ломающихся под гусеницами боевой машины гнилых деревьев, и признавалась самой себе, что вряд ли отважилась бы отважиться на такое. Конечно, скафандры рассчитаны и на подобные испытания, специально для этого и существует герметичная заслонка, запирающая дыхательный фильтр, и баллон аварийного кислородного запаса, но спокойнее от этого не становится. В голову лезут разные мысли, одна страшнее другой: вдруг заслонка окажется недостаточно герметичной или кислорода не хватит…
Через час лес вокруг стал редеть, и колонна остановилась. Малевич, не произнесший после потери грузовика и десятка фраз, провел короткие радиопереговоры с Ершовым и в ответ на вопросительный взгляд Виолетты пояснил:
— Впереди Сосновоборск. Надо провести разведку местности. Гражданскому персоналу оставаться на своих местах! — он с важным видом покинул грузовик.
Виолетта переключила радиостанцию скафандра на армейскую частоту и услышала, как он отдает своим солдатам приказ занять круговую оборону. Рота охраны заняла позиции, и минут сорок ничего не происходило. Потом из леса появились бойцы Ершова, и инвазивный лейтенант махнул рукой Малевичу, подзывая его к себе.
— Надо
— Поселок давно выгорел подчистую, — сообщил инвазивный лейтенант. — С нашей стороны одни руины, всё сильно заросло мутафлорой, мы насчитали семь колоний ядовитой мошки, в двухстах метрах дальше по пути прямо на дороге заросли «очаровашек». Их надо проходить в режиме полной герметичности, деревьев там нет, «очаровашки» сожрали всё, так что это быстро. Но один из грузовиков придется гонять дважды, чтобы не везти людей через облако на броне. Если пыльца застрянет в складках скафандра, а позже попадет в дыхательный фильтр — думаю, не стоит объяснять?
— Извините… — неуверенно прервала его Виолетта. Злить инвазивного не хотелось, но, судя по растерянному взгляду Малевича, объяснение не помешает не только ей. — А что это такое, «очаровашки»? Красивое название, я никогда не сталкивалась…
— Это растение, — Ершов не стал дослушивать вопрос. — Кустарник, если точнее. Распространен по всей планете. Цветет всё теплое время года, во время цветения выделяет облака пыльцы объемом в десятки кубометров. Пыльца разъедает дыхательные фильтры очень быстро, после чего продолжает разъедать всё, до чего доберется. Резинопластик скафандра выдерживает воздействие, но лучше не ставить экспериментов, здесь нет ветра, нечем выдуть пыльцу из щелей и складок.
— У меня на грузовиках есть компрессоры, — буркнул Малевич. — Один из них рабочий, я видел.
— Это хорошо, — одобрительно кивнул Ершов. — Пригодится, если кто-то всё-таки попадет в облако. Если верить старым картам, то поселок тянется километров на пять. Проверять его полностью мы не стали, слишком долго. Вряд ли там живут, но через него точно ходят. Натоптанных троп много, ведут либо на север, либо на восток.
— На востоке Подгорный! — воскликнула Виолетта. — Он совсем рядом, там раньше был химический завод! По официальным данным, там должно быть сильное радиоактивное заражение, после теракта в Железногорске облако сильнорадиоактивной пыли ветром снесло на поселок. Но если там живут лиги, значит, никакой радиации нет, и это подтверждает мою теорию!
— Странно всё это, — нахмурился Ершов. — Обжитых развалин нет, но тропы широкие. Значит, либо ходят часто, либо большими группами. Получается, что где-то в округе есть крупное поселение лигов, не меньше тысячи-двух особей. Это уже не шутки. Наше приближение явно заметили, шум моторов разносится далеко, а у слепых лигов очень хороший слух. Дальше надо продвигаться с максимальными мерами предосторожности, возможна засада. Но если понижать скорость движения, к вечеру назад не вернемся, ночевать придется в Железногорске. Так что решайте сейчас: идем дальше или возвращаемся, пока есть время. Я бы порекомендовал вернуться. Ночевать посреди леса в незнакомой местности чревато.
— Надо добраться хотя бы до Подгорного! — торопливо заявила Виолетта, опасаясь, что Малевич побоится рисковать. — Мы уже рядом, зачем поворачивать назад? Столько сил потратили! Давайте дойдем до поселка, а там решим, что делать дальше! Я уверена, что у Леонида Львовича и вас достаточно солдат и умений, чтобы…
— Это тебе не игрушки! — грубо отрезал Ершов, впиваясь в неё злобным взглядом. — Если попадем в засаду к обычным лигам, то отобьемся. Если столкнемся с «вояками» и их не будет много, то, скорее всего, тоже. Но потери будут. Несколько человеческих жизней стоят вашего любопытства?!