Наши в Блонвуре
Шрифт:
— Вик, знаешь, — немного грустно улыбнулась Клео, — как ты, ко мне не относился ещё ни один мужчина – даже из числа тех, что уверяли меня в своей любви. Прошу тебя – не зарекайся. Быть может, мне ещё удастся отогреть твоё сердце…
Он снова помотал головой:
— Нет. Я не имею права мучить тебя напрасными надеждами. Хотя, не стану скрывать, мне тоже хорошо с тобой – и не только в постели. Но я не могу дать тебе главного – того, без чего отношения не имеют смысла – любви.
Клео поднялась со стула, подошла и обняла его сзади
— Вик, я же не требую от тебя каких-то обещаний. Пускай всё идёт как идёт. Но я хочу, чтоб ты знал – в твоей нелюбви мне теплее, чем в «любви» всех прочих вместе взятых.
— Мда, не везло тебе, похоже, с мужчинами… — невесело усмехнулся он.
— Это ещё мягко сказано. Козёл на козле. Последний, правда, был ничего. Вот только его желания завести любовника я как-то не сумела переварить.
Вик невольно хохотнул:
— Что ж, по крайней мере, парень был с тобой откровенен.
— Действительно. Другие заводили любовниц, но всё больше втайне от меня.
— Ладно, Клео, — Вик положил ладонь на её руку, обнимавшую его за шею, — пускай всё идёт как идёт. Если тебе лучше так, чем никак. Но обещать я ничего не могу. Готов гарантировать лишь одно – что не собираюсь заводить ни любовников, ни любовниц.
— Уже праздник, — улыбнулась Клео.
Вик потянул её за руку и усадил к себе на колени. Затем провел пальцем по следу от укуса на её шее:
— Пойдёшь гулять с Рэем, не забудь надеть шарф или свитер с высоким воротом.
— А ведь, как пить дать, забыла бы, потому что совершенно не болит, — призналась Клео. — Как долго заживать-то будет?
— Сутки.
— Так быстро? — в изумлении распахнула она глаза.
Вик кивнул… и прильнул губами к месту укуса.
***
Клео зашла в кабинет:
— Доброе утро, Вадим Денисович. Можно?
Романов неохотно оторвал взгляд от каких-то бумаг и строго посмотрел на неё:
— Если вы с отчётом по займам, его следовало оставить у секретаря. Разве Людмила Васильевна вам не объяснила?
Конечно, главбухша сказала Клео отдать отчёт именно секретарше директора, однако ей нужно было ещё и как-то вручить Романову письмо Вика, а вот доверять секретарше его она точно не собиралась. Оставалось работать под дурочку. Ну, или под новенькую, ещё не усвоившую заведённых здесь порядков. Поэтому Клео и не подумала ретироваться в приёмную, а, напротив, решительно двинулась к столу генерального.
— Вадим Денисович, посмотрите, пожалуйста, отчёт, — она положила бумаги перед директором, сдвинув верхний лист в сторону так, чтобы из-под него показалось письмо. Клео вовсе не была уверена, что полярные копы не понаставили в кабинете двоюродного дядюшки Вика жучков, а потому предпочитала не произносить ничего лишнего вслух. — Вдруг вам ещё какие-то цифры понадобятся. Не хотелось бы снова сидеть на работе до ночи.
Взгляд генерального заледенел:
— Клеопатра Михайловна, если вы так дорожите своим свободным временем – никто вас не
Продолжить игру на грани фола, то есть увольнения, Клео не решилась и поспешила покинуть кабинет разгневанного начальства. Только бы он не ушёл куда-нибудь, бросив бумаги на виду.
Весь день она провела как на иголках. Однако до самого вечера Романов её так и не вызвал. Видимо, вовсе не нашёл времени, чтобы заглянуть в принесённые ею бумаги. Или же Вик переоценил своего родича, а тот и не думает помогать ему. А что ещё хуже, в этом случае Романов наверняка поспешит уволить с работы её. И на что им тогда жить?
79-2
Без двух минут шесть зазвонил телефон. Клео сняла трубку.
— Клеопатра Михайловна? — услышала она голос Екатерины Алексеевны, директорской секретарши. — Зайдите к Вадиму Денисовичу.
— Хорошо.
— Да издевается он, что ли?! — простонала Людмила Васильевна, выронив из рук сумочку. До звонка она уже успела надеть плащ и фактически находилась на низком старте. — Ну почему нельзя давать задания в начале рабочего дня! Если его домой не тянет, это ж не значит, что и нам никуда не нужно!
— А что вы хотите от человека, похоронившего всех своих детей!.. — вздохнула Маргарита Львовна, бухгалтер-кассир, работавшая в фирме уже лет двадцать пять. И как только умудрялась не замечать, что её начальство совершенно не старится? — Когда девочки были живы, Вадим совсем другим был. Людмила Васильевна, если бы вы их видели!.. — Главбухша устроилась сюда раньше Клео, но тоже лишь несколько месяцев назад. — Умницы, красавицы… Вадим их просто обожал, — Маргарита Львовна утёрла платочком слезу.
Клео чуть тоже не всплакнула вместе с ней, хотя из рассказов Вика знала, что умницы-красавицы живы и теперь.
— Он же меня вызывает. А вы идите домой, — предложила она коллегам, обернувшись на пороге.
С Екатериной Алексеевной – уже в верхней одежде, Клео столкнулась в дверях приёмной. Значит, Вадим остаётся здесь один – есть надежда, что вызвал он её не по работе, а по поводу письма Вика. Потому и тянул до самого конца рабочего дня – чтобы поговорить без свидетелей.
Клео постучалась в кабинет:
— Вадим Денисович, можно?
— Проходите, Клеопатра Михайловна, — Романов указал ей на стул. Тон у него был ничуть не добрее, нежели утром. — Я просмотрел ваш отчёт. И с тех пор, признаться, пребываю в некотором недоумении.
У Клео оборвалось всё внутри. Оказывается, вызвал он её всё-таки по теме отчёта, да ещё и явно недоволен им.
— Вы вообще уверены в своих цифрах? — продолжал Романов. — Лично мне обстановка виделась несколько иначе.
— Вадим Денисович, в своих цифрах я уверена ровно настолько, насколько успела разобраться в бардаке, оставленном моей предшественницей.