Нашествие
Шрифт:
"Дураки на махорке зарабатывают"
Следователь военной прокуратуры докладывал руководству:
– Странный груз обнаружен на полигоне в Уручье... Чуть ли не пацаны местные нашли. Выехали мы, вскрыли контейнеры. Какие-то моторы... Может, НЛО на Уручье опустились?
Прибывшие на полигон военные специалисты выяснили, что в контейнерах находились шесть новых двигателей для МИГ-29 стоимостью 2 миллиона долларов каждый. Расследование показало, что двигатели попали в Уручье из Бреста. Владелец не выяснен. По некоторым данным, конечным пунктом следования был Алжир. Дальнейшее расследование было прекращено по команде из Совета безопасности...
* * *
По дороге на минский автозавод, где должна была состояться
– Выкладывай главное, - сказал Лукашенко, зная характер друга. Иногда замкнет, слова не вытянешь.
Шейман выложил перед ним пакетик с белым порошком.
– Как ты думаешь, сколько это стоит?
– А что там, сахар?
– Героин... Слышал, что это такое?
Лукашенко встрепенулся:
– А где взял?
– Мои ребята изъяли. Так вот, этот пакетик, весом два с половиной килограмма, стоит сто тысяч долларов, - с паузами, чеканя каждое слово, сказал Шейман.
– Ни хрена себе?! Вот это заработок...
– Дураки на махорке зарабатывают. А здесь люди умные... Розничная цена героина в тысячу семьсот раз выше его себестоимости. В тысячу семьсот раз! Ты знаешь, за счет чего Рахмонов живет? А Пакистан за какие бабки ядерное оружие создал? Если бы не этот порошок - наши войска в Афгане и сейчас бы стояли... Ты не волнуйся. Наша задача им не мешать. Они возили и будут возить. А за воздух, за территорию пусть платят нам. Кстати, по оценкам "Интерпола" ежегодно в мире отмывается 500-800 миллиардов долларов, полученных от наркобизнеса. А если учесть, что доля транзита порошка через Беларусь в Европу составляет около 18% от общего количества, то прикинь, какие бабки мы теряем. Я недавно встречался с одним человеком из правительства Таджикистана, он из кулябского, то есть рахмоновского клана. Они предлагают очень выгодное сотрудничество. Там живут по-восточному мудрые люди. У них установлено почти легально одно правило: такой-то процент от оборота наркотиков должностное лицо присваивает лично, в соответствии со своим рангом, а другую долю прибыли должен отдать вышестоящим инстанциям. Все довольны. Бюджет пополняется исправно, чиновники верно служат Президенту, власть на месте, а оппозицией даже не пахнет.
– А как реагирует на это Россия?
– глухо спросил Лукашенко.
– Нормально. Все что происходит в Таджикистане - это внутреннее дело Таджикистана. Главное - обеспечиваются геополитические интересы России. Российские войска стоят на границе - их надо кормить и поить, да и генералы есть хотят. Как ни крути - деньги нужны, чтобы самолеты взлетали и садились. Ну а деньги, как известно, не пахнут. Впрочем, это нюансы. Что скажете, Александр Григорьевич?
– госсекретарь неожиданно перешел на "вы".
– Какие будут указания?
Лукашенко внимательно посмотрел на Шеймана и ничего не ответил.
Ему в ту ночь не спалось. Новые приступы головной боли сжимали виски. Надо сказать Ирине, пускай заменит лекарство. Не помогает... А Шейман прав, это упускать нельзя. Нехай орут, гвалт устраивают. Лукашенко такой, Лукашенко сякой. А что они мне оставили? Разграбленную и добитую страну, да дурных и пьяных грамадзян, как говорят эти дерьмократы. А я буду идти на Восток и на Запад.
Пускай меня обвиняют, что я дружу с диктаторами и езжу в страны, где у власти наркодельцы. В чем меня обвиняют? Это я, что ли, обобрал до нитки эти страны? Это я или международный империализм и сионизм сеют смуту и голод?! В чем провинились эти люди? Разве они виноваты в том, что у них не осталось ничего, кроме этой травы? Я не буду цепной собакой у Запада на пути этих обездоленных. Пусть Запад нанюхается этого зелья сполна. Я им мешать не буду...
Ему
* * *
Причмокивая языком, Лукашенко уминал драники со шкварками. "Как ловко забрасывает он их в рот", - подумал Шейман, вяло ковыряя вилкой в тарелке.
– Ты давай, жри веселее... Распанели, крестьянские харчи в вас не лезут. А они силу дают. Особливо мужчинскую...
Как бы не слыша его слов, Шейман сказал:
– Может зря Заметалин отвечает у нас за восточное направление? Не верю я ему... С тех пор, как деньги умыкнул, которые Кебич московскому депутату Гончару за свою поддержку послал.
Лукашенко отпил кефира, обтер рот ладонью:
– Да ладно... Он у нас вот где, не пикнет и не украдет, - он сжал огромную ладонь.
– Главное, чтобы у тебя дыры надежные на границе были. И нехай они жрут это зелье.
– За границу не волнуйся. Все контролируется с обоих концов. Сам знаешь, проколов не было. Фуры с медью улетают, а тут ручная кладь: фрукты да кеды. Да и люди у меня работают проверенные. Я с ними в Афганистане и не такое возил.
– Да подожди ты!
– резко прервал его Лукашенко.
– Это тебе не Кандагар, а центр Европы. Проколов не должно быть. Всех отсечь от темы. Встречи только у тебя в Крылове. Сам не влазь. Людей посади, пусть работают. Дел у нас и так невпроворот. Тут у нас одно такое есть - ахнешь. Мы с Леней Синициным уже обсуждали. В Америку срочно ехать надо. Пускай визит готовят
* * *
Дыры в границе заработали на полную силу. На даче у него завертелись "высокие" гости: представители чеченских группировок, югославские и пакистанские курьеры. Как-то Лукашенко затряс перед лицом Шеймана газетой "Свобода".
– Ты такого публициста Захаренко знаешь? Он тут про твою дачу расписывает и про гостей. Говорю я тебе - спокойнее и осторожнее. Захаренко много знает. Вытащил я его из грязи, а он на меня нож точит. Запомни - этот опасен вдвойне...
* * *
На конспиративной квартире Шейман ждал своего агента. Одного из опытнейших. Найф Хуссейн Тариф, гражданин Ливана. Давно обосновался в Беларуси. В разное время был агентом турецкой и российской разведок. Сейчас работает на него, Шеймана. Эта стоило больших денег. Но зато он имеет доступ к самой засекреченной сети. Одного его желания достаточно и все потоки товара и денег перед его глазами. Ничто не проскочит мимо. Ни то, что уходит через дыры в границе, ни то, что остается здесь... Чтобы Президент делал без него в этой непростой игре, провал в которой может стоить головы? Да что стоит человеческая жизнь? Ничего... Он навиделся смертей. Сам в Афгане столько положил восточных братьев... Зато он при деле, да еще каком! Никогда в жизни представить такого не мог. И этот Тариф тоже его достижение. Вырвать такого человека из лап крупных разведок! Он привык с ними работать. И стрелять одновременно. Он там еще узнал цену порошка... Как будто судьба уготовила ему стать последним звеном в этой страшной цепи...
Скрипнув дверью, мягкой восточной походкой в комнату вошел Тариф.
– Ну что, что с товаром?
– спросил Шейман.
– Все в порядке, дорогой. Товар в Анвере, в Бельгии. Вот номера счетов. Открыты в лондонском банке.
– На ком деньги?
– Я этого не знаю. Вы должны встретиться с Мининым.
– Хорошо.
– Где мой аванс?
– Ах, да, - Шейман открыл дипломат и выложил на стол несколько увесистых свертков.
– Остальное потом.
Когда Тариф вышел, он вдруг подумал: "Что делать с ним? Скоро придется решать... Много знает, очень много... Перебежал ко мне, перебежит к другому, кто больше даст". Он вспомнил слова Лукашенко: "Никто ничего не должен знать. Иначе нам конец!" А этот знает, знает...