Нас нет
Шрифт:
Следом за этой фразой послышался новый щелчок фотоаппарата. И в проеме двери, в профиль, показался сам фотограф. Долговязый парень с длинными волосами, стянутыми в хвост. И босой.
– А что нам делать, если ты лучший?!
Я не собиралась заглядывать в зал. Павел прислал сообщение, что он и его команда опаздывают. Спешить было некуда. Но после вопроса девушка сама бросилась на шею фотографу. А отвернуться я не успела.
– Гриш, ну мы же друзья?
Полная женская грудь, обтянутая лишь тонким лоскутком
– Вик, даже не упрашивай!
Парень опустил фотоаппарат и еще раз устало вздохнул.
– Ну я очень хочу сделать ему подарок. – Девушка захлопала длинными ресницами, и на красивом, словно кукольном лице появилась такая мольба, что даже кот из «Шрека» снял бы шляпу.
– Бантик на шею себе повяжи! Отличный подарок получится! – без особого энтузиазма попытался отмахнуться фотограф.
– Бантик мы уже проходили. Без бантика и все остальное – тоже. Хочу выслать ему на работу фото, чтобы каждую минуту думал обо мне. И хотел.
Красавица одним движением стянула с груди шелковую ленту и обхватила ладонями молочно-белые полушария. Настолько совершенные, что даже завидовать не получалось. Только восхищаться.
– Ты за его крышу не боишься? – хмыкнул фотограф. – Вдруг припечет, а тебя рядом нет?
– Глупости!
– Ну почему же? Вот спасется кем-то другим, потом пожалеешь.
– Я всегда рядом. – Поправив полупрозрачные трусики, девушка отошла вглубь зала. – Под ним. С ним. На нем. А, если ты будешь котиком и не станешь тянуть с фото, буду еще и в голове. Как навязчивая идея!
– Вика, это уже клиника! – Щелчки теперь доносились один за другим. Без пауз.
– Нет, Гриша. Таких, как он, на земном шарике больше нет. Он лучший! А я не дура, чтобы упустить такого мужчину.
Последние слова девушка произнесла чуть громче, чем прежние. Будто точку поставила. Для себя, для этого Гриши. Просто точку…
В принципе, ничего особенного в этих фразах не было. Чужие откровения. Чужая жизнь. Яркая, в отличие от…
Но находиться здесь и дальше я не смогла. В фойе почему-то стало душно. Захотелось пройтись. И не нашлось ни одной причины остаться.
Опоздавший на полчаса Паша схватился за голову, когда увидел меня у двери здания. Стая визажистов, костюмеров и прочих дружно заохала, словно они заставили ждать кого-то важного.
Я чуть не рассмеялась от их реакции. Чепуха вокруг княжеского титула, похоже, действовала даже на пиарщиков.
– Мы можем не спешить. – Лишь возле лифта мне удалось успокоить свою свиту и попросить Павла сбавить обороты. – Там у вашего фотографа сейчас какая-то девушка.
Будто уткнулся в стену, Павел резко остановился.
– Какая еще девушка? – спросил у меня, будто я могла знать ответ.
– Не знаю. – Пожала плечами. – Блондинка.
– Вика?.. – Павел закатил глаза и громко цокнул.
– Так называл ее ваш фотограф. – Я уже пожалела, что ввязалась.
– Зараза, – прошипел пиарщик.
Похоже, для идентификации ему хватило одного имени.
– Что-то не так? – Двери кабинки открылись. Можно было ехать. Но я тоже остановилась. – Вы знакомы?
Сразу вспомнились слова этой Вики о фотографиях и мужчине, который стоил любых усилий. Шацкий не производил впечатления такого мужчины. Но с моим опытом вряд ли можно было делать какие-то выводы.
– У нас с Гришей есть только одна Вика. – Подхватив под руку, Павел повел меня в лифт. – Бывшая мисс столицы. Мы с Гришкой как проклятые пахали, чтобы выбить для нее контракт с французским модельным агентством. Кучу денег угрохали. А она кинула нас всех.
– И что же случилось? – спросила я исключительно ради приличия.
На самом деле не интересовали ни сама девушка, ни ее прошлое. Внутри словно блок стоял на любую информацию о ней, а интуиция так и шептала: «Не лезь, тебе не нужно!»
– У меня ничего. А вот у нее… Мужчина у нее случился!
– Может быть, это что-то серьезное?
– Скажете тоже! – Будто растаял, Павел улыбнулся одним уголком губ. – Конечно, серьезное, – усмехнулся. – Они четыре месяца уже вместе. Насколько я знаю, у босса еще ни с кем не было таких длительных отношений. А я работаю на Дениса Романовича почти пять лет.
Глава 8
В иерархии зол, которые могли на меня свалиться, проблемы с партнером стояли на последнем месте.
Костя был со мной уже десять лет. Именно благодаря его гениальным мозгам я заработал состояние, о котором и не мечтал. Только он знал обо мне то, что я давно похоронил и забыл. Встреча с ним была самой большой удачей.
Но иногда из-за отшельнического образа жизни Костю хотелось прибить.
– У меня всего тридцать девять градусов. До критической, сорок два, еще далеко, – возразил этот умник, когда я поставил перед ним стакан воды с растворенным жаропонижающим.
– Предлагаешь сидеть тут, рядом с тобой, и следить, когда поднимется до критической?
В офисе уже ждали дела и встречи. Работа по испанскому и питерскому проектам пока велась под моим руководством. Передавать бразды управляющим было рано. Но после звонка секретарши пришлось перестроить планы и вместо офиса приехать за город к Косте.
– В случае приближения критической появятся характерные признаки. Я не пропущу, – с видом профессора выдал партнер, и его пальцы снова запорхали над клавиатурой ноутбука.
– От твоего дома до ближайшей больницы полтора часа езды. И это без пробок!