Нас не догонишь...

Москаленко Юрий

– не знаю!
– мне самому стало на душе очень муторно, как будто предчувствия карябают нутро, предупреждая о предстоящих неприятностях... больших таких неприятностях.

– оп-па! Малыш, а назад-то я сдвинуть уже не могу.
– наполненный ужасом возглас достиг моей головы.
– Я в капкане. Беги малыш!!!

Я от неожиданности резко подался назад. Я ничего не чувствовал, ни давления на мозги, ни тем более ничего не мешало мне спокойно двинуться, а вот Хэрн делая словно через силу движения спускался по лестнице вниз. Я видел, как Хэрн уходит в темень, что характерно светляк, который я создал, давал очень мало

света, хотя как раз в него я вливал максимально возможное количество манны и сил, словно что-то поглощало свет в этом подземелье.

– Хэрн остановись, стой, это приказ!

– не могу, малыш меня словно тянут как на аркане. Прощай и беги отсюда...
– прощальный полный ужаса и непонимания возглас достиг меня.

А вот фиг вы угадали, дорогие друзья, Хэрна я вам не отдам. Я влил максимум манны в лежащий в ложе арбалета болт, и буквально скатился по ступенькам вниз вслед за Хэрном.

Стены коридора расступились в стороны, открывая взору пространство большого каменного мешка. Я послал светляк вперёд в надежде осмотреться и если повезёт увидеть вероятного противника.

Большая комната даже скорее зал метров так под пятьдесят в длину и не менее десяти в ширину. На полу высушенные тела людей, все в доспехах, валяется оружие и ещё что-то. У дальней стены небольшое возвышение, рядом с которым ещё одно тело, только оно находится в сидячем положении и именно туда тянет непонятная сила Хэрна, и именно там постепенно разгораясь, светится небольшая каменная плита.

– ну наконец-то, хоть кто-то смог.
– раздался голос в помещении. Я заозирался вокруг. Но, похоже, что слова раздались в моей голове, а не в ушах.

У мумии, сидящей около возвышения, начали разгораться красным светом глазницы.

О господи! Волосы дымом поднялись на голове. Жуть, от страха скрутила живот, и только усилием воли удалось не испачкать штаны от быстро решившей выйти наружу детской неожиданности. Мне-то удалось удержаться, а вот Хэрну, похоже, что нет. Уж очень пакостно запахло, но вот как раз осуждать я его не намерен, я-то стою шагов за двадцать от него, а вот его подтащили вплотную к самой главной мумии.

– ты упокоил павших и спасибо тебе за это, - снова раздался безразличный мёртвый голос лишенный, каких либо эмоций.
– Но есть ещё одно. Наши обязательства наша клятва. Ты позаботился о телах как нападавших, так и защитников, а вот души последних покоя никак не найдут. Спаси воин. Обещаю, что твоя жертва не будет роковой, как она стала для нас. Много времени прошло, очень много. У нас тут сокровищ нет, все, что есть ценное это доспехи, оружие и всякие безделушки, что были на нас в тот момент, когда на нас напали. Но вот, то, что до сих пор держит нас, то, что мы тогда защищали, цены не имеет. Оно бесценно. Смотри, это часть алтаря Долов, из их головного храма. Если ни его найдут...

– и что тогда будет?
– внешне спокойно спросил Хэрн, продолжая всё также пованивать.

– они могут возродиться. Просто возродиться, а тогда противовеса их последователям в мире не будет. А что станет из того, сам понимаешь.

– хаос и смерть.

– и это тоже. Нам удалось завладеть храмом и разрушить алтарь. Разбив его, мы растащили части и каждый клан забрал, доставшийся кусок, с собой поклявшись спрятать осколки. Но наш клан настигли, результат видишь сам. Атака была молниеносной, город был обречён и только монастырь великого

Зэра мог какое-то время сопротивляться. Здесь в этом подземном зале укрылась вся знать, их дети и жёны, здесь мы все и встретили свой последний час. Дверь закрыли заклинанием и до сих пор никто так и не смог снять его.

– а как же мы?
– задал закономерный вопрос Хэрн.

– а вот вы - первый раз в голосе проступили что-то вроде эмоций - вы не делали различий между павшими. В ваших захоронениях останки защитников простых гражданских и агрессоров покоятся вместе. Вы не делили на правых и виноватых и твой обряд... он основан на знаниях ещё более древних хотя и произносишь ты слова древней молитвы нисколько о ней не задумываясь, потому что не понимаешь языка.

– они красивые слова и читаются словно стих.

– это так и есть, вот это, и примирило нас. Удивительно, тысячелетия лежат эти останки, тысячелетия вражда и злоба разъедают эти земли. Тысячелетия духи защитников берегут города и посёлки некогда великого государства. Многие из тех, кто пытался проникнуть сюда ради наживы вместо золота и богатства обрели смерть. Увы, но по-другому мы не умеем. Вы смогли повернуть вспять вражду и ненависть, огорчает только одно, что удалось это сделать только на этом маленьком пятачке зараженной ненавистью земле. Но толчок дан. Кто знает, может, пройдёт ещё пару тысячелетий и опять на берегах великого моря зацветут сады, и раздастся звонкий детский смех.
– пауза. Мумия видно печалится, хотя разве она может чувствовать?
– Теперь всё зависит от вас. Мы не можем вернее не хотим больше быть частью этого бездушного камня, мы хотим уйти. Хотим, обрести вечный покой и его можете нам дать вы. Эти земли навсегда останутся под нашим вниманием, но вот вмешиваться больше в дела живых мы не хотим, если конечно не произойдёт вновь повторение подобное прошлому. Мы будем на страже, а вам...
– опять пауза - вернее тебе канн я предлагаю..., нет, не так, я прошу тебя, позаботься об этом ненавистном осколке. Спрячь его! Тебя ничто не будет держать, ты просто отнесись к этому со всей серьёзностью. Подумай, сейчас тобой легко управлять, а если ты согласишься, то клянусь, никто и никогда больше не сможет заставить против воли что-нибудь сделать кроме естественно твоего сюзерена, которому ты добровольно дал клятвы. Подумай

– Вы хотите сказать, я обрету ментальную невосприимчивость?
– изумился Хэрн.

– да, и это щедрая награда. Твоему другу она не нужна, она у него врожденная, а ты сам уязвим. Вот только есть одна неприятная способность, которая будет развиваться в тебе..., повышенная чувствительность. Управлять тобой не смогут, а вот давить на твои чувства, эмоции сильные маги смогут, пока ты сам не научишься давать отпор и ставить защитные барьеры на пути чужого разума. Решай. Силы у меня на исходе. От твоего решения зависят наши души. Вам мы не хотим наносить вреда, вот только заклинание может снова сработать, а тогда...

– мы останемся здесь без возможности выбраться наружу?
– испугался Хэрн.

– возможно, я не знаю!
– раздался в голове слабый шёпот видно и, правда, сил у нечто осталось совсем мало.

Я уже хотел обсудить предложение с Хэрном, но канн неожиданно быстро согласился.

– я согласен!
– не успел утихнуть эхо от его голоса как от каменного осколка, что за время разговора налился красным кровавым цветом, вырвался сгусток энергии или плазмы, обрело вид шара, и медленно расширяясь в пространстве, накрыло возвышение, около которого стоял Хэрн.