Нарушая правила
Шрифт:
Я наклоняюсь и опорожняю желудок. Зря я выбрала высокие каблуки и такое короткое платье. Заднюю поверхность бёдер ласкает прохладный воздух. Я устраиваю шоу, но у меня нет сил прикрыться. Неподалёку от меня несколько мужчин обмениваются пикантными шутками по поводу моей попы.
Меня трясёт, боюсь, что они захотят подойти ближе.
Когда рука задевает моё плечо, я резко выпрямляюсь, готовая защищаться. К счастью, это Мэг. Мило улыбаясь, она отводит мои волосы от лица.
— Никогда не пей шампанское после крепких спиртных напитков. Сразу видно, что
Голос подруги успокаивает. Я улыбаюсь, но улыбка исчезает, когда чувствую в затылке новое покалывание. Я оглядываюсь по сторонам, уверенная, что за мной кто-то наблюдает, но никого не вижу. Мужчины, которые курили, вернулись в бар, и переулок опустел.
Мэг берёт меня за локоть, поддерживая.
— Я вызову такси и отвезу тебя домой.
— А как же Пол?
— Он представился как «адвокат, который любит дарить дорогие подарки», помнишь? Я оставила ему свой номер и сказала, что если захочет увидеть меня снова, он должен сделать мне сюрприз, — отвечает с улыбкой Мэг.
Не знаю, из-за её ли шутки, но мне, кажется, стало немного легче.
Когда такси останавливается перед моим домом, Мэг предлагает подняться вместе. Уже очень поздно. Если я позволю ей помочь мне, она будет вынуждена вернуться в университет пешком. Я и так уже испортила ей вечер, не могу допустить, чтобы подруга рисковала попасть в руки не тех людей, поэтому говорю ей, чтобы она не волновалась.
Как только выхожу из машины, воспоминание о мужчине посреди танцпола, заставляет мой желудок сжаться.
Я с силой прижимаю к животу руку.
— Джилл, — обеспокоенно зовёт Мэг. — Всё в порядке?
Я заставляю себя улыбнуться.
— Я в порядке, не волнуйся, справлюсь.
Это полуправда. После того как меня стошнило, я чувствую себя лучше, но мне далеко до нормы. У меня дрожат ноги, тело покрылось холодным потом. Я прощаюсь с Мэг и спешу в квартиру. Скидываю туфли и бросаюсь на диван. Голова раскалывается. Я была неправа, когда накануне начала новой работы в Rules Corporation пошла в бар и так много выпила. Подняв мобильный телефон, чтобы посмотреть, который час, я замечаю, что есть несколько пропущенных вызовов, а также сообщение.
Шэрон: Напиши мне, когда будешь дома.
Зная Шэрон понимаю, — она не успокоится, пока не убедится, что я в целости и сохранности, поэтому быстро набираю ответ.
Перед отправкой перечитываю. «Я дома» не выражает того, что я чувствую. Это то, что сестра хотела бы прочитать, и это правда. Но реальность совсем другая.
Возможно, так на меня действует алкоголь, и поэтому испытываю беспокойство, растерянность. Я всё думаю, действительно ли произошло то, что увидела в «Голубых нотах», или это галлюцинация. Я не в первый раз путаю фантазию с реальностью, вижу в лицах окружающих людей лицо человека, который мучит меня каждую ночь.
Я пьяна, чтобы делать какие-то выводы, поэтому отправляю Шэрон неопределённый ответ и бросаю мобильный телефон на журнальный столик. Я провожу руками по лицу, массируя его. Мне жарко и я потею. Нужно поспать, но в таком напряжённом
Врач, кто их назначила, рекомендовала использовать лекарство эпизодически и только в случае необходимости.
Я не послушала её.
В последние недели я принимала по одной таблетке каждую ночь, чтобы прогнать кошмары. Какое-то время это помогло, потом снова начались кошмары, и я увеличила дозу.
Тогда начались галлюцинации.
Мне казалось, что за мной следят. Наблюдают.
Но никогда так, как сегодня.
Никогда с такой интенсивностью, чтобы я чувствовала опасность.
Аккуратными шагами иду в комнату. Небрежным движением бёдер сбрасываю на пол платье и босиком подхожу к зеркалу. Несколько мгновений я смотрю на своё отражение, погружаясь в себя.
Сегодня на меня смотрели многие.
Бармен. Сэм.
Он.
Сердце пускается галопом, когда в сознании проносится образ мужчины в центре танцпола. На мгновение я задаюсь вопросом, что он увидел, глядя на меня.
Я не отвечаю.
Проскальзываю под одеяло и натягиваю его на голову. Через несколько мгновений я чувствую, как веки закрываются, а голова становится лёгкой. Таблетки начинают действовать, но я всё ещё слышу тонкий, неосязаемый шум.
Это звук открывающейся двери.
Шесть лет тому назад
Мне холодно. И страшно.
Меня привели в комнату, которая совсем не нравится. Она так похожа на камеры для допросов, которые показывают в кино. Стены гладкие и голые, неоновый свет ослепляет. Ощущаю себя натянутой стрелой, мне неспокойно и страшно. В носу чешется от проникающего в ноздри дыма, который разносит старший офицер. Я должна быть голодна, ведь не ела уже несколько часов, но вместо этого меня просто тошнит.
Майкл Браун наклоняется ко мне и в тысячный раз повторяет, что его не волнует ничего, кроме моей безопасности. Это ложь. Ни он, ни его коллега не спросили, как я себя чувствую и не хочу ли я кому-нибудь позвонить. Усталость отражается на моём лице, но они продолжают пугать меня и задавать вопросы о сестре.
Они сказали, что Шэрон использовала компьютеры своей старой школы для доступа на определённые сайты, но не объяснили, на какие именно. Они постоянно твердят, что сестра в опасности и они должны её найти, пока с ней не случилось что-то плохое. Их настойчивость заставила меня по-другому взглянуть на несчастный случай с родителями. Я задала себе вопросы.
И мне не понравились ответы, которые я нашла.
— Мисс Аллен. — Несмотря на дружелюбие, лицо Майкла Брауна — это маска напряжения. — Возможно, вы не поняли ситуации, в которой оказались. Ваши родители мертвы, а сестра — ближайшая родственница. Если мы не найдём её, то будем вынуждены предоставить вам временное жильё. Вы не сможете вернуться ни в свой дом, ни в школу, ни к друзьям.