Нарушая правила

Красивая брюнетка в коротких шортах и подвязанной под грудью рубашке в свете фар танцует прямо посреди дороги. В стоящей неподалеку черной "эмке" бухает сабвуфер.

Я с благоговейным трепетом очерчиваю взглядом силуэт авто.

Она просто офигенная.

У Кости, моего старшего брата, недавно появилась старенькая "бэха", но сравнивать ее с современным суперкаром, который стoит как весь наш поселок, конечно, нелепо.

Когда к стартовой

линии медленно едут две тачки, танцующая девушка-стартер движется им навстречу, продолжая отвязно раскачивать бедрами.

Я озираюсь по сторонам и замечаю несколько знакомых лиц – все они студенты из моего универа.

Зрителей много. Плечом к плечу они стоят вдоль обочин, пьют пиво, пританцовывают, о чем-то перекрикиваются. После дрифта в воздухе пахнет перегретым маслом и горелыми колодками, на асфальте темнеют следы от шин – это один из водителей решил повыпендриваться на своей консервной банке.

Знали бы отец с братьями, где я шатаюсь после девяти вечера – оторвали бы голову, каждый по очереди. Но папа точно не узнает, а оба моих старших брата сейчас далеко.

Аня Петрова, моя соседка по комнате, этим вечером буквально взяла на измор своим нытьем составить ей компанию. На прошлой неделе она познакомилась с одним мажориком, и сегодня тот пригласил ее прокатиться в промзону, посмотреть на университетские уличные гонки. Аня хоть и симпатичная блондинка, но не глупая, и сразу смекнула, что ехать одной с парнем к черту на кулички – небезопасная затея. Вот и позвала меня с собой.

Влад Немцев, больше известный как Фриц, тот самый мажор на серебристом "фольце", вообще-то, производит положительное впечатление – он вежливый, приятный в общении, без лишних понтов. Честно говоря, и мажором-то я его прозвала лишь за то, что он учится на контрактной основе и ездит на дорогой тачке. Не обижайтесь, но для меня, уроженки Дубовников, каждый, кто живет в городе – уже мажорик процентов на семьдесят.

Аня тоже приезжая. Мы вместе учимся на одном факультете, только Петрова выбрала гостиничное дело, а я – жилищное хозяйство. Также у нас совпадает несколько общих предметов, поэтому ни в универе, ни в общаге я не чувствую себя одиноко. Хотя до этого дня от тусовок все же воздерживалась. Не то, чтобы я была примерной девочкой и строго соблюдала все, что мне завещали старшие братья, скорее, дело в моем характере. Про таких, как я, говорят "какая скучная", но ровно до того момента, пока не узнают меня поближе.

Но сегодня я не удержалась. Мне стало любопытно. Хотелось хоть одним глазом взглянуть на уличные гонки, о которых вот уже месяц болтают девчонки из общаги.

На деле все оказалось довольно примитивно – много незнакомых людей, мало действительно классных машин и литры дрянного пива.

Не успели мы выйти из салона, как Немцев подсуетился и где-то раздобыл для нас с Аней стаканчики с пенным напитком.

Перед тем, как я уехала учиться в областной центр, братья провели

со мной серьезную профилактическую беседу и даже составили что-то вроде списка правил, которые мне ни в коем случае нельзя нарушать.

В отсутствие папы на почве моей безопасности у Костика с Яном поехала крыша. Дома дальше нашего автосервиса и школы я и носа не высовывала. Меня даже рассвет с классом встречать не пустили, потому что Костя заявил, что знает, какой там будет рассвет.

Что ж, а вот я по его милости теперь не знаю.

Так вот, вернемся к правилам.

Одно из них – не принимать напитки у малознакомых людей. Да я и не собиралась, и пиво не люблю. Но так не хотелось обидеть улыбчивого Анькиного кавалера.

Я кручу в руках полный стаканчик, думая, куда бы его пристроить.

– Идемте поближе подойдем, – Фриц кивает нам с Аней, протискиваясь сквозь толпу.

Я семеню следом, крепко держа стаканчик и выдавливая сдержанное "извините" в ответ на ворчание. А потом кто-то особо недовольный просто толкает меня в плечо, придавая ускорение. Потеряв равновесие, я заваливаюсь на бок и врезаюсь в высокого парня. Содержимое моего одноразового стаканчика выплескивается ему на серый лонгслив и стеганую синюю безрукавку.

– Ой, извини, – мямлю, поднимая лицо к пострадавшему.

– Вообще-то, я сегодня не планировал пить, но выпивка сама меня нашла, – усмехается он, опираясь ладонью на крышу той самой "эмки", на которую я пускала слюни совсем недавно.

Я тянусь к сумочке на тонком длинном ремешке, отщелкиваю кнопку и достаю носовой платок.

– Вот возьми, – протягиваю парню.

– Блеск… – криво усмехается тот. – Ты носишь с собой платок.

Мне не нравится его насмешливый тон.

– И дальше что? – настороженно смотрю на парня.

Его взгляд пристальный и наглый, а уголок губ приподнят в полуулыбке. Богатая темно-русая шевелюра уложена небрежно. Не хочу этого замечать, но, к сожалению, он очень привлекательный.

В свою очередь, парень занят тем, что тоже оглядывает меня с головы до ног, криво улыбаясь. На его скулах проступают две восхитительные ямочки.

– Симпатичный прикид, – не без иронии констатирует он. – А очки – вообще, топ. Ты вся такая, – прикусывает губу, – благопристойная. Куда ты собиралась в таком виде? В церковь?

Я опускаю взгляд. На мне серый короткий свитер, темно-синяя с принтом юбка в пол и белые новенькие кеды.

– Нет, – трясу головой, отвечая на полном серьезе.

– Значит в библиотеку?

До меня доходит, что парень пытается высмеять мой внешний вид.

– Отвали, – огрызаюсь в ответ, уже совсем не жалея, что облила его вонючим пивом.

– А твоя мама знает, что ты здесь? – не унимается незнакомый нахал.

– А твоя? – парирую я.

Парень мрачнеет на глазах.

– Иди домой. Такое веселье явно не для тебя.