Народ
Шрифт:
– Перед приходом волны все птицы поднялись в воздух, - сказал Мау, когда они вышли из сумрака леса на яркий солнечный свет. – Будто знали заранее. А я не знал!
– Ну, птицы поднимаются в воздух всё время, например, когда в лес входят охотники, - возразил Пилу.
– Так уж они устроены, эти птицы.
– Да, но всё случилось буквально за минуту до прихода волны. Птицы почувствовали её! Как?
– Да кто ж знает!
Вот вам ещё кое-что насчёт Пилу: ни одна мысль не задерживалась в его голове надолго, ей становилось там слишком
– У девушки-привидения есть… штука, называется "книга", слыхал? Сделана из чего-то вроде тонковьюна. И в этой книге полно птиц! – Мау и сам не понимал, зачем всё это рассказывает. Возможно, ему просто хотелось увидеть проблеск интереса в глазах Пилу.
– Расплющенных птиц?
– Нет, они вроде… как татуировки, но цветные! Штанишники называют птицу-прадеда "панталонником"!
– Что такое панталоны?
– Штанишные штаны для штанишниц, - объяснил Мау.
– Ну и глупо. Зачем нужно другое слово для штанов?
В этом-то всё и дело. У Пилу была душа, поэтому он мог не мучить себя лишними вопросами и жить волне счастливо. Но Мау, заглянув внутрь себя, находил лишь вопросы. Ответом на все его "почему?" было "потому!", а ведь это совсем негодный ответ. "Потому"… боги, звёзды, мир, волна, жизнь, смерть. Никаких причин, никаких ответов, только "потому"… "Потому" было проклятьем, твоей рукой в холодной руке Локачи…
ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, РАК-ОТШЕЛЬНИК? ХОЧЕШЬ УРОНИТЬ ЗВЁЗДЫ НА ЗЕМЛЮ? РАСКОЛОТЬ ГОРЫ, СЛОВНО НАПУГАННЫЙ КОКОС, ЧТОБЫ ОТКРЫТЬ ИХ СЕКРЕТЫ? ВСЁ ИДЁТ, КАК ИДЁТ! ПРИЧИНА БЫТИЯ ЕСТЬ САМО БЫТИЕ! ВСЁ В МИРЕ НА СВОИХ МЕСТАХ! КТО ТЫ ТАКОЙ, ЧТОБЫ ТРЕБОВАТЬ ОТВЕТОВ? КТО ТЫ ТАКОЙ?
Никогда прежде Прадеды не кричали так громко. От их рёва у него заболели зубы, и Мау рухнул на колени, уронив ящик на песок.
– Что с тобой? – спросил Пилу.
– Кхм, - сказал Мау и сплюнул желчь. Эти старики не просто забрались к нему в голову, что было уже само по себе достаточно скверно. Прежде чем уйти, они всё там перевернули. Он тупо смотрел на песок пару минут, прежде чем снова смог собраться с мыслями.
– Со мной говорили Прадеды, - пробормотал он.
– Я ничего не слышал.
– Значит, тебе повезло! Ох! – Мау схватился за голову. На этот раз всё и правда прошло плохо, гораздо хуже, чем прежде. Но было ещё одно важное отличие. Он словно услышал и другие голоса, тихие и далёкие, но они потонули в общем рёве.
"Наверное, другие Прадеды, - мрачно подумал он. – Совсем старые тысячелетние прадеды, и все они кричат на меня, но при этом не кричат ничего нового".
– Они хотят, чтобы я достал последний божий якорь, - объяснил Мау.
– А ты знаешь, где он лежит?
– Знаю, в лагуне! Вот пусть там и остаётся!
– Да ладно тебе, что плохого, если мы его достанем?
– Что плохого? – переспросил Мау, силясь понять ход мыслей Пилу. – Ты хочешь поблагодарить бога Воды?
– Просто не думай об этом. Зато всем остальным будет спокойнее, если
В ушах Мау раздался шёпот, но слишком тихий, чтобы понять его смысл. "Наверное, какой-нибудь особо древний и не особо расторопный Прадед – мрачно подумал Мау. – С другой стороны, я сам себя провозгласил вождём. А разве не должен вождь заботиться о спокойствии своего племени? Одно из двух: или боги могущественны, но им наплевать на наш народ, или их нет, а значит, мы верим просто в огоньки на небе и в картинки внутри собственной головы. Разве это не правда? Разве это не важно?"
Тихий голос ответил, по крайней мере, попытался. Это было как смотреть на человека, который что-то кричит тебе издалека. Ты видишь, как он прыгает и машет руками. Возможно, даже видишь, как шевелятся его губы, но ветер шуршит листвой пальм и панданусов, шумит прибой, как обычно громко рыгают птицы-прадеды, и ты не слышишь криков, хотя точно знаешь, что они звучат. В его голове сейчас происходило нечто весьма похожее, только без прыжков, размахивания, губ, рук, панданусов, прибоя и птиц. Зато не отпускало чувство, будто он упускает то, что кто-то очень, очень хочет ему сказать.
Ну и наплевать. Мау не станет играть по их правилам.
– Я маленький рак-отшельник, - тихо сказал Мау. – Я бегу. Но я не позволю опять запереть меня в раковине, потому что… да, вот здесь" потому" вполне уместно… потому что любая раковина слишком мала для меня. Я хочу знать "почему". Почему всё? Я не знаю ответов, но ведь несколько дней назад я не знал даже, где искать правильные вопросы.
Пилу смотрел на Мау с большим подозрением, словно прикидывая, не пора ли бежать.
– Давай лучше пойдём и проверим, удалось ли твоему брату приготовить на обед что-нибудь вкусное, - предложил Мау, стараясь говорить негромко и дружелюбно.
– Как правило, не удаётся, - разочаровал его Пилу. Он снова улыбался, как всегда, но на этот раз несколько нервно.
"Он боится меня, - подумал Мау. – А ведь я его не бил, даже руки не поднял. Просто хотел, чтобы он задумался о чём-то необычном. И вот он напуган. Напуган мыслями. Прямо какое-то волшебство ".
"Это не может быть волшебство, - думала Дафна. – "Волшебство" - просто ещё один способ сказать "я не знаю".
На полках в хижине шипели несколько горшков с пивом. Из-под крышек выбивались маленькие пузырьки. Этому пиву ещё не спели песню. "Пивная закваска", так его здесь называли. Отличить закваску от готового пива было очень легко – по валяющимся около горшка дохлым мухам. Они сдохли не потому, что утонули, а потому, что отведали закваски, тут же превратившись в маленькие застывшие изваяния мух. Если вы ищете настоящее Дьявольское Питьё, то пивная закваска как нельзя более подходит на эту роль.