Народ Тарха
Шрифт:
Лайда улыбнулась одними губами, взгляд серых глаз при этом был отстранен и задумчив.
— Что случилось, пока я пропадал на охоте?
Лайда, наконец, посмотрела на мужа. В серых глазах сквозила тревога и настороженность, но всего лишь мгновение. Великая покачала головой и выражение глаз сменилось.
— Все в порядке. Как обычно, мелкие дрязги и суета.
А в душе Лайды царило смятение и растерянность. Как бы ей хотелось сейчас довериться Ярышу, спросить у него совета, как это было всегда, когда требовалось принять серьезное решение. Но сейчас
Лайда проснулась на рассвете неожиданно для самой себя, будто кто-то толкнул и выдернул её из объятий сна. Рядом спал Ярыш, по хозяйски обняв Лайду за талию. Великая попыталась осторожно выскользнуть из под руки мужа, но попытка не удалась. Степняк заворочался и открыл глаза:
— Чего вскочила? Рано еще… — голос степняка был умиротворенным и полным сонной неги.
— Мне нужно, а ты спи…
Лайда наскоро облачилась в любимые штаны и тунику и убрала волосы под головной убор, напоминающий чалму. Ярыш сквозь прикрытые веки следил за движениями Лайды. Когда Великая собиралась уже покинуть шатер, степняк удержал её вопросом:
— И все-таки куда ты?
Лайда колебалась с ответом. Сказать так как есть нельзя, но и ложь Ярыш почувствует:
— Я в Долину Предков. Это воля Великой Тархи, тебе туда нельзя.
— Что-то случилось? Что ты скрываешь?
— Я не могу тебе рассказать, такова воля Великой. Придет время и ты все узнаешь.
Лайда выскользнула за полог шатра. Она надеялась, что имя Великой остановит любопытство Ярыша и он не будет настаивать.
Олех проснулся от того, что сонную тишину разорвал крик Колуча, который стоял возле полога. Лицо сына вождя было бледным, словно вся кровь отхлынула от него. А вот глаза метали чуть ли не молнии, крепко сжатые кулаки также говорили о том, что Колуч вне себя от ярости. Олех сбросил остатки сна и осмотрелся. Чуть поодаль лежала Ферюзе. Девушку тоже разбудил вопль Колуча и она испуганно смотрела на сына вождя, сжавшись в комочек.
— Что ты делаешь в шатре Олеха?!
Не дожидаясь ответа девушки, Колуч шагнул к Олеху и рывком поднял его на ноги. И тут же ударил. Олех в долгу не остался и через пару мгновений оба парня вывалились из шатра и продолжили валять друг друга в пыли на глазах жителей кочевья. Никто из наблюдавших за дракой сына Айлука и его же внука не посмел вмешаться. Ферюзе так и не осмелилась выйти из шатра, а сидела, уткнувшись лбом в колени и что-то быстро шептала: может, молила о чем-то степных богов.
Двоих сцепившихся парней разнял лишь звук хлыста, разрезающего воздух. Олех и Колуч отпрянули друг от друга, и увидели Айлука, который с грозным видом стоял, сжимая хлыст в руке. Окинув этих двоих хмурым взглядом, вождь кивнул на свой шатер и Олех с Колучем пошли за вождем, отряхиваясь по дороге от пыли.
Айлук,
— Отец, я застал утром в шатре у Олеха Ферюзе. Он нарочно это сделал, зная, что мне нравится эта девушка. Я собирался сделать её своей женой!
Айлук перевел взгляд на Олеха. Парень растерялся. Вот попал в переплет! Признайся он, что всю ночь спал и до Ферюзе не дотронулся, не поднимут ли его на смех степняки? И сказав, что девушка сама пришла к нему, не сделает ли он ей хуже? Как быть?
— Олех? — Айлук ожидал ответа внука.
— Да, Ферюзе была в моем шатре, — нехотя подтвердил сын Ярыша.
— Пусть Ферюзе скажет, — отдал распоряжение вождь и Колуч пошел за девушкой.
Ферюзе выглядела испуганной, она вся сжималась от грозного взгляда Колуча. Увидев Олеха, девушка вырвалась из рук сына вождя и села на колени рядом с Олехом.
— Ферюзе, по доброй ли воле ты провела ночь в шатре Олеха? — Айлук внимательно следит за реакцией девушки. А она, густо покраснев, стыдливо кивнула и чуть слышно прошептала:
— По доброй воле.
Олех, кинул на девушку вопросительный взгляд, пытаясь понять, стоил ли ему признаться как все было или нет. Ферюзе поймала этот взгляд, но никак не дала знать, что ему делать.
Айлук развел руками:
— Ну, если все случилось по взаимному согласию, то теперь ты Ферюзе — жена Олеха и хозяйка в его шатре. Ступайте, а ты Колуч — задержись. Поговорим с тобой.
До шатра Олех с Ферюзе шли молча, провожаемые любопытными взглядами степняков. Но лишь скрылись от посторонних глаз за пологом шатра, Олех тут же спросил:
— Почему ты не сказала, как все было?
Ферюзе опустила голову и только спустя несколько мгновений посмотрела на Олеха: взгляд был виноватый и испуганный.
— Ты что? Девушка, которая сама пришла в шатер к мужчине, это позор для всей её семьи!
— Но ты же пряталась, а это другое дело…
Ферюзе грустно улыбнулась:
— Кто бы стал меня слушать? Но что толку теперь вести разговоры? Ты мой муж, а я твоя жена…
Олех раздраженно вздохнул: вот удружила! Какая из этой девчонки жена? Ей еще в куклы играть, да мамкины сказки слушать! Видимо, все эти мысли четко отразились на лице парня, потому что синие глаза девушки потускнели, спина ссутулилась, и Ферюзе показалась еще беззащитнее и младше. Олех ничего больше не стал говорить. Действительно, чего теперь искать виноватого, вождь принял решение и не Олеху его оспаривать.
Девушка убежала за своими нехитрыми пожитками в шатер родного дядьки, а Олеху предстояло еще объяснение с Рогдаем. Весть о том, что Олех и Ферюзе этой ночью стали мужем и женой, и вождь великой степи скрепил этот союз своим словом, быстро облетела все кочевье. Кто-то недоуменно пожимал плечами, а кто-то лукаво ухмылялся — парень-то не промах! Только появился в степи, а уже себе забрал первую красавицу кочевья, да еще из- под носа Колуча! Что-то грядет… Видать, не просто так Ярыш отправил в степь своего сына.