Нариманов

Дубинский-Мухадзе Илья Моисеевич

Освободите ваши уши от пробок, откройте свои глаза и поймите свои права. Мы предоставляем вам решать на месте свои дела. Таково подлинное требование Советской власти. Скоро будут назначены выборы, в которых должна будет участвовать вся азербайджанская беднота. Представители всего азербайджанского трудового народа съедутся в Баку, будут заседать и создавать законы. Только тогда в Азербайджане будет избранное правительство.

Помните, вы крестьяне-земледельцы и вы бедный люд. Я заклинаю вас выбрать тех, которые до сих пор знали одни страдания и тяжелый труд. Пусть они даже поражают своей жалкой внешностью. Пусть это вас не смущает. Они будут иметь там помощников. Иди смелее, заседай, приказывай, а я буду исполнять твою волю. Когда кончатся выборы и вы будете иметь верховное учреждение, которое издаст законы и поведет

вас по пути строительства, вы тогда поймете, насколько я был прав. Тогда вы убедитесь, что вам не по пути с кулаками и буржуями. Да к чему они способны, разве они могут обработать землю и накормить голодных? Бот вы, сыны земли, богатые опытом и практикою, создадите действительное царство труда, в котором найдут благоденствие все бедные.

Я чувствую и переживаю ваши страдания. Не горюйте, подымите выше голову и смотрите смелее будущему в глаза. Скоро на вашей стороне будет праздник!..

Участник поездки нарком земледелия Самед Агамалиоглы как бы подводит итог: «Аппарат Советской власти еще налаживался, продолжалось господство молл, из которых многие почитались как подлинно священные особы… Мусаватская реакционно-националистическая партия, притаившись по углам, выжидала момента для выступления. Давали себя чувствовать последствия кровавых межнациональных столкновений и боев. Хозяйство было разрушено, продовольственный кризис во всей силе. Вот та обстановка, в которой предпринята поездка «в народ».

Везде и всюду встречи с Наримановым неподдельно искренни. Быстро возникали огромные митинги и собеседования в мечетях. Во всех случаях Нариманов умел находить подлинно доступный и понятный массам язык и удачно разбираться в поставленных вопросах. Авторитет и влияние его не переоценить. Поездка, несомненно, имела огромное значение для укрепления нового строя».

Он верен себе и на еженедельных встречах — беседах с рабочими нефтяных промыслов, заводов. Ни заигрывания, ни посулов, тем более недомолвок. Понравится или нет, а будет в полный голос сказано в Черном городе, где он врачевал еще до революции: «Нечего, прохлаждаясь в тени, шепотом осуждать комиссариаты, комиссаров! Вы не шептуны, не базарные завсегдатаи. Ваша власть, вы во главе, вы сила. Не годится кто-либо, долой его, выбросьте, вычеркните!»

На равных правах обсуждается решительно все.

— В России у буржуев отобрали их дома в пользу народа, почему в Баку не даете приказа?

— Декрет есть, твердости нам, Ревкому, не хватило. Ограничились реквизицией домов, что особенно бросались в глаза на центральных улицах. На том переселение остановили. Из опасения ненужных осложнений, особенно в мусульманской части города. Обещаю, возьмемся!

…- Почему не разрешают вывозить из Азербайджана самовары, швейные машины, керосинки?

— Исключительно по крайней нашей бедности. Мы получили Азербайджан в таком мертвом виде, он весь разрушен, обобран.

…- Почему инженерам прибавляют жалованье, а рабочим нет?

— Не всем инженерам, только иностранцам. Прибавляем ради спасения промыслов. Иначе при всех стараниях жизнь на лад не пойдет. В депеше, полученной Ревкомом от нашего товарища Владимира Ильича Ленина, мы ее напечатаем во всех газетах, яснее ясного все сказано. Слушайте: «…Ввиду чрезвычайного для советских республик значения нефтяной промышленности, необходимо полное обеспечение ее техническими силами. Задерживать иностранцев против воли нельзя. Почему Вам надлежит, не останавливаясь перед отступлением от обще-проводимых норм, обеспечить наиболее крупных специалистов жилищными, (а) также продовольственными условиями, гарантирующими их работу у нас. (В) отдельных случаях придется согласиться (с) выдачей особо крупным специалистам части вознаграждения иностранной валютой… Ответственность (за) сохранение (в) нефтепромышленности специалистов всецело возлагается на Вас. Сообщите вполне точно, что именно Вы сделали для этого» [99] .

99

Телеграмма впервые напечатана в бакинской газете «Коммунист» 12 сентября 1920 года. Полстолетия спустя воспроизведена в сборнике «Ленин об Азербайджане» по машинописной копии, сохраненной в Центральном партийном архиве ИМЛ при ЦК.

Ошибиться

трудно. Даты, как вешки в горах, надежно ведут. Четырнадцатого октября Нариманов возвращается в Баку из своей трудной поездки по республике. Шестнадцатого открывается II съезд Коммунистической партии Азербайджана. Его доклад «О текущем моменте и задачах партии». Среди решений важнейших, неотложных: закрепление союза бакинских пролетариев с трудовым крестьянством (полностью отвергнут вымысел поклонников Троцкого о том, что Советской власти будто бы не на кого опереться, кроме как на нефтепромышленных рабочих, остальные-де слои населения в Азербайджане, особенно сельского, контрреволюционны, их следует непрестанно карать).

Классовое расслоение в деревне, считает съезд, надо ускорить — обеспечить больше реальных прав комитетам бедноты, завершить экспроприацию ханов и беков [100] . Реальное положение вещей подсказывает отмену государственных заготовок хлеба во всех уездах, за исключением Ленкоранского и Джеватского, где запасы товарного зерна достаточно велики.

Без задержки — в ноябре — написанное рукою Ленина постановление Политбюро:

«Поручить Компроду, как важнейшую политическую и экономическую задачу, снабжать Баку обязательно и аккуратно продовольствием в 100 % нормы.

100

В декабре того же двадцатого года управляющий делами Совнаркома РСФСР Н. Горбунов рассказал Владимиру Ильичу о своей беседе с приехавшим в Москву председателем Кубинского уездного ревкома Касумом Исмаил оглы Исмайловым. «Когда я сообщил Ленину о содержании беседы, — писал Горбунов, — он произнес: «Если мы научим мусульманских крестьян брать землю у помещиков, то мир перевернем».

Продполитику в Азербайджане смягчить, именно: с крестьян в Азербайджане, за пределами Мугани, вовсе не брать хлеба, а в Мугани брать архиосторожно.

…Всемерно усилить пропаганду, агитацию, развитие комбедов и вообще совстроительство в Азербайджане, поручив для этого т. Сталину через Оргбюро выудить отовсюду максимальное количество мусульман-коммунистов для работы в Азербайджане» [101] .

Еще задача масштаба более скромного, но весьма-весьма жизненная.

101

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, с. 47.

«т. Брюханову

т. Нариманов поднимает спешный вопрос о крайней необходимости выдачи известного количества мануфактуры Азербайджану.

Прошу Вас завтрасозвать совещание об этом с тт. Наримановым, Рыковым и Сталиным.

Пред. СНК В. Ульянов (Ленин)».

Над текстом в уголке записки Владимир Ильич позднее допишет: «Брюханов сговорился с Наримановым» [102] .

Пройдет время…

В мае двадцать первого года состоится Всеазербайджанский съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и матросских депутатов. Будет избран Центральный Исполнительный Комитет, образовано правительство республики — Совет Народных Комиссаров под председательством Наримана Нариманова. В газетах появится первый отчет Совнаркома. В нем строки:

102

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 52, с. 37–38.

«После отмены остатков продовольственной разверстки и разрешения в известных пределах свободной торговли я обратился с призывом к нашим крестьянам, чтобы они пришли на помощь изголодавшимся рабочим. Я просил по возможности давать один чанаг с хозяйства. Чанаг — это 20 фунтов.

Вчера Агамалиоглы сказал, что я по вдохновению заговорил о чанаге. Быть может, что это так. Важнее, каков был ответ крестьянства. «Наша совесть не успокоится, пока не внесем своей лепты… Мы должны участвовать в этом деле… — гремело в республике». Где нет хлеба, предлагали баранов, рис, а когда объясняли, что этого не нужно, сельчане настаивали и доставляли продукты сюда, в Баку.