Нареченная
Шрифт:
— Про что ты сейчас говоришь? — с сомнением в голосе, спросила Дени.
Я ничего не мог поделать с желанием коснуться ее, но вместо того, чтобы ощутить тепло ее тела, рука прошла сквозь. И все же призрак… Есть, конечно, магия с помощью которой душа может покидать тело, но демоны рода Вернер ею не обладали.
— Что последние ты помнишь? — возникла тут у меня одна мысль, но в душе стало не по себе от нее. А точнее, от того, что она окажется верной.
— Скажи мне, что здесь происходит? — не сдавалась демонесса.
— Я все расскажу, только сначала ответь на мой вопрос. Что последнее ты помнишь?
— Я… —
— Даниэль, послушай меня, с момента смерти Форса прошло почти восемьсот лет. Ты исчезла через несколько лет после этого. Никто не мог узнать, что с тобой случилось, и где ты находишься.
— Ты думаешь, я поверю в этот бред? — разозлилась Дени.
— Это не бред, ты можешь… — договорить я не успел. Туман полностью окутал фигуру девушки, а когда развеялся — никого уже не было.
— Она еще появится? — обратился я к метке, но ответа не последовало.
Если моя версия была верна, то этот призрак — не Даниэль, точнее, она, но не совсем. Это была Даниэль из моих ведений, и появилась она здесь благодаря метке. Вот только как и зачем? Вопросов опять было больше, чем ответов.
Не очень громкий стук в дверь, и в покоях появился Тайлон. Растрепанный внешний вид — кому-то очень хотелось поскорее быть в курсе происходящего.
— Что произошло? — переведя дыхание, спросил он.
— Не делай вид, что не знаешь. Скорее всего, тебе уже обо всем доложили. Иначе ты бы не спешил сюда.
— Хотелось узнать из первых уст, — улыбнулся Тайл.
В нескольких словах я рассказал о произошедшем, упустив появление своей нареченной. Пока с этим все не станет ясно, лучше не упоминать лишний раз. А вот насчет ее поисков, кажется, придется начать раньше, чем планировалось сначала.
Метку все равно скрывать долго не получится, это сейчас повезло, что нет никаких светских мероприятий. Но так не будет всегда, а один выход в люди, и любой, у кого есть глаза и капля магии, увидит силу, исходящую от моей руки.
— Что она тебе подлила в вино? — спросил после рассказа Тайл.
— Не знаю, — я не успел спросить у Даниэль, а в том, что она в курсе, я был уверен. — Прикажи допросить всех слуг, она не бы смогла провернуть это в одиночку. Скорее всего, отравлен был сам бокал, так как вино наливали из одного кувшина. Только сделай все тихо, Элизабет ничего не должна узнать. Пусть думает, что ее план удался, и ночь она провела со мной.
— А кто этот везунчик, которому удалось получить невинность Элизабет Ульфрет?
— Первый попавшийся прохожий, он ничего не будет помнить о том, что здесь произошло, — в связи с последними событиями отправлять кого-то из своих людей — не очень разумное решение. Если мой план удастся, то после этой ночи Элизабет забеременеет. И лучше будет, если отец этого ребенка будет как можно дальше от всего этого.
— Ваше Высочество, можно? — в комнату вошел один из стражей. — Все закончилось. Мужчине дали денег и вернули на прежнее место. Он будет думать, что Вы пригласили его к себе, чтобы заказать обувь для солдат.
— Что-то еще?
— Да, доктор осмотрел леди Элизабет. С ней все в порядке, здоровью ничего не угрожает.
— Хорошо, можешь быть свободен.
— Ваше Высочество, есть еще кое-что. Не знаю, будет ли полезно… — замялся охранник.
— Говори.
— Леди Элизабет
Даниэль
Ярмарки в Сакларии всегда проходили шумно и весело, такие празднования старались не пропускать без особой причины. Но если говорить совсем правду, такие мероприятия посещали в основном низшие сословия, а если кто-то из знатного рода хотел так же почувствовать на себе настроение города — приходилось использовать маскировку. По этой причине нельзя было точно сказать, какой популярностью пользовались ярмарки среди верхушки общества. Точно, что не малой, просто скрытной, чтобы это ни в коем случае не повлияло на их репутацию и не опорочило доброе имя.
Статус было сложно заслужить в любое время, но еще сложнее было его удержать. Так что нечего высшим демонам гулять по ярмаркам с простолюдинами. Подстроенное, заказное убийство в толпе тоже никто не отменял.
Вот и вторая принцесса придерживалась такого же мнения. Такие дни она особенно любила не только, как говорилось ранее, за их веселье, скорее, вообще не за это. Ее привлекали эмоции людей, такие чистые, живые. Не все, конечно, большинство.
Возраст Даниэль пусть уже и перешел за сотню, но своей силой она только училась управлять. Конечно, ее можно осудить за это. Обычные люди редко доживают до такого возраста, а вон, всего сколько умеют. И человеческим магам не нужен почти век, чтобы овладеть силой, а между прочим, некоторые из них по силе равны демонам и драконам. Вспомним ту же королевскою семью Браун. А тут сто лет, но владение магией оставляет желать лучшего.
Обычный демон, пусть это будет высший или низший, в таком возрасте тоже полностью контролирует свою магию. Возникают иногда сложности после обряда совершеннолетия, когда сила резко возрастает. Но на ее приручение также уходит не более пяти лет, и то этот срок для совсем неумех.
Что касается принцессы, она просто ненавидела свою силу всеми фибрами души. И как уже из этого стало понятно, развивать ее не спешила.
Многие считают, что эмпатия — это благословение Богов. Как хорошо знать, что чувствуют все остальные! Ты можешь манипулировать ими, питаться их энергией и вообще превращать их эмоции в свою силу. А там уже и всемогущее не далеко. В основном, это все правда, но есть и другая сторона — если не брать в расчет то, что эмоции редко бывают хорошие, и чаще всего это ненависть, презрение, пусть даже они и не направленны на тебя. Второй минус заключается в том, что ты начинаешь сходить с ума. Не сразу — постепенно. Первый шаг к этому: ты перестаешь различать свои эмоции, внутри тебя их столько, и при этом все разные, что найти свои можно с помощью больших усилий. Второй шаг, эмоции других преследуют тебя везде и всегда — утром за завтраком, в обед вовремя тренировки, вечером в купальне и даже во сне. Спать с этим — отдельное искусство.
Если бы принцесса начала изучать владение даром в самом начале, ситуация не обострилась до такой степени, но сейчас уже было поздно волноваться о прошлом.
И, чтобы не ухудшить ситуацию и не свихнуться, приходилось учиться в ускоренном режиме, а про тренировку и говорить не стоит. Правда сейчас все уже было не так плохо, как в первые дни после церемонии совершеннолетия.
Атмосфера, царившая во дворце, вызывала у юной принцессы лишь отвращение. А после смерти ее четвероного друга, нахождение там стало совсем невыносимым.