Напрасные слова

Рубальская Лариса Алексеевна

Но однажды к нам чужак прибился, Как кричали мы на голоса! Он тебя увидел и влюбился И умчал в чужие небеса. И кружит стая, И стонет стая. И слышит крик ночная мгла. А ты, родная, Теперь чужая, Ты нашу стаю предала. И кружит стая, Ночная стая, Тоску не в силах отвести. Вернись, чужая, Вернись, родная, И стая примет и простит. В

этот лютый холод не согреет Даже градус жаркого вина. Твой чужак об этом пожалеет И за все расплатится сполна. Крик ночной достигнет черной тучи, Вздрогнет ночь в осколках фонарей. Жизнь тебя заставит и научит В стаю возвратиться поскорей.

Мы в садовников играли...

Помнишь мир одноэтажный старого двора? Нам казалась очень важной детская игра. Все тогда казалось тайным, Все казалось неслучайным. Цвел наш сад, и приближалась Нашей юности пора. Я садовником родился, Не на шутку рассердился. Все цветы мне надоели, Я смотрела на тебя. Мы в садовников играли, Мы друг друга выбирали, И казалось в самом деле, Что решается судьба. Повзрослели игры наши с тех далеких пор. Стал давно многоэтажным детства старый двор. А в метро на переходе Кто-то вдруг ко мне подходит, Незнакомый и знакомый, Начинает разговор. Я садовником родился, Не на шутку рассердился. Все цветы мне надоели, Я смотрела на тебя. Мы в садовников играли, Мы друг друга выбирали, И казалось в самом деле, Что решается судьба. Знаешь, прежними остались Голос твой и взгляд. Будто мы вчера расстались, А не век назад. Будто не в метро мы вовсе, А на улице не осень, Мы в садовников играем, И цветет наш старый сад.

Мартышка

Пальма – дом, а небо – крыша. Рядом синий океан. Звали все одну мартышку Вкусным именем Банан. Трудно быть мартышкой, мартышкой, мартышкой. Целый день вприпрыжку, вприпрыжку, вприпрыжку. Целый день вприпрыжку с утра и до ночи. Трудно быть мартышкой, но весело очень. Вечно занята мартышка, Вся в делах и в суете. Два часа без передышки Провисела на хвосте. Трудно быть мартышкой, мартышкой, мартышкой. Целый день вприпрыжку, вприпрыжку, вприпрыжку. Целый день вприпрыжку с утра и до ночи. Трудно быть мартышкой, но

весело очень. Крокодилы не опасны, Им на пальму не залезть. Можно корчить им гримасы, А самой бананы есть.

Самурай

Три часа самолет над тайгою летит, У окошка японец сидит и глядит. И не может, не может понять самурай — Это что за огромный, неведомый край? Удивленно таращит японец глаза — Как же так? Три часа все леса да леса. Белоснежным платком трет с обидой окно, Я смотрю, мне смешно, а ему не смешно. Самурай, самурай, я тебе помогу, Наливай, самурай, будем пить за тайгу. Про загадочный край Я тебе расскажу. Наливай, самурай, Я еще закажу. И пока самолет задевал облака, Он сказал, что в Японии нет молока, Что в Японии нет ни лугов, ни лесов И что негде пасти ни овец, ни коров. Я тебя понимаю, мой маленький брат, Ведь таежный мой край и красив, и богат! Ты не зря, Панасоник, завидуешь мне. Так налей же еще в голубой вышине.

Пират

Волна блестит на солнце. По морю бриг несется. У старого пирата ужасно грустный вид. Над трубкой дым клубился, Сынок от рук отбился — Совсем не хочет грабить, Разбоев не творит. Пират и сам не рад Тому, что он пират, Увы, не он командовал парадом. Пиратом был отец, Пиратом старший брат, Так кем же быть ему, как не пиратом. А сын был добрый малый, Любил простор и скалы, Романтик и мечтатель, поэтом был в душе. Втолковывал папаше, Хоть тот немножко старше, Чтоб он разбои бросил, забыл о грабеже. Пират и сам не рад Тому, что он пират, Увы, не он командовал парадом. Пиратом был отец, Пиратом старший брат, Так кем же быть ему, как не пиратом. Пираты всем семейством Забыли про злодейства Разбоев не творили, и вот вам результат — Однажды ровно в полночь На острове сокровищ Под старым саксаулом Нашли бесценный клад.

Сокольники

Не забыть нашей юности адрес. С ним расставшись, мы стали взрослей. И бродить наша юность осталась В старом парке, вдоль тихих аллей.