Наперстянка
Шрифт:
Никто не знал, какую игру затеял Рок судьбы, но, несомненно, проблемы Элайджи и Байрона были его рук делом. Констебль провел братьев Хоторн через бальный зал, позволив им лишь на мгновение остановиться рядом с Блайт и Сигной.
Элайджа обхватил лицо Блайт обеими руками и поцеловал ее в лоб.
– Ни о чем не беспокойся, ладно? К утру мы все уладим.
Элайджа обнял Сигну, и ее окутало тепло, когда он поцеловал ее в лоб точно так же, как свою дочь. Возможно, именно поэтому они с Блайт, взявшись за руки, едва сдерживали слезы. В свою очередь, Элайджа выглядел
– Не беспокойтесь, девочки. – Он мимоходом коснулся обеих. – Скоро увидимся.
Элайджа и Байрон вышли из Торн-Гров с видом джентльменов, которыми они и являлись. Сигна смотрела в конец коридора даже после того, как они скрылись, прогоняя слезы, чтобы Рок судьбы не увидел, как она плачет.
С Элайджей все будет в порядке. Он ответит на несколько вопросов, и причастность братьев Хоторн к этой смерти опровергнут еще до того, как прибудет коронер, чтобы забрать тело.
Сигна сжала руку Блайт, чтобы успокоить кузину, хотя та не смотрела ни на нее, ни вслед отцу. Весь ее гнев был направлен на Рока судьбы. Прежде чем Сигна или Ангел смерти успели ее остановить, Блайт вырвала у девушки свою руку и промаршировала через бальный зал, так крепко сжимая юбки, что, казалось, ткань вот-вот порвется.
– Вы ничего такого не видели! – Даже на каблуках Блайт была намного ниже Судьбы, но это не помешало ей подойти насколько возможно близко и ткнуть ему в живот пальцем, как ножом. – Не знаю, что вам нужно от моей семьи, но будь я проклята, если позволю получить хоть что-то. – Блайт протиснулась мимо него, не заботясь о том, что за ней наблюдают, и направилась к дворецкому поместья, Чарльзу Уорику. Рок судьбы усмехнулся, но не удостоил ее и взглядом, снова повернувшись к Ангелу смерти и Сигне.
– Теперь твой ход, брат, – сказал он. – Пусть он будет удачным.
Рок исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя лишь хаос.
Глава 2
Час спустя в залах Торн-Гров воцарилась жуткая тишина.
Сигна держалась в тени, вцепившись пальцами в шероховатую древесину перил, и не спеша, осторожными шагами спускалась по лестнице. Когда за последним из сплетников закрылись железные засовы и Уорик удалился к себе, Сигна стала особенно чутко улавливать каждый стон и скрип дерева, эхом разносившийся по дому.
В носу щекотало от дыма после того, как поспешно задули слишком много свечей, погрузив поместье в такую темноту, что девушка не видела собственных рук. Но с таким же успехом Сигна могла находиться на летней поляне, потому что сияние духа просачивалось под порог бального зала и прекрасно освещало путь к двойным дверям. Сигна ожидала, что Ангел смерти все еще поджидает покойного герцога, и попыталась незаметно заглянуть внутрь, когда волосы на затылке встали дыбом и за спиной послышался голос:
– Он попросил еще несколько минут наедине с сыном.
Сигна отшатнулась, едва не выпрыгнув из кожи, прежде чем поняла, что низкий, звучный голос принадлежит Ангелу смерти.
Ангел смерти принял облик тени и заскользил по стене за спиной Сигны, которая старалась не дрожать от его близости. Ее терзали миллионы вопросов, но первый, который вырвался наружу, когда она закрыла двери гостиной, был…
– Когда ты собирался рассказать, что у тебя есть брат?
Вздох Смерти разнесся как легкое дуновение ветра, отбросив пряди волос с лица Сигны, когда он взял ее руки. Будь она без перчаток, его прикосновения было бы достаточно, чтобы остановить ее сердце и пробудить дремлющие силы жнеца. Но благодаря этому нехитрому предмету гардероба Сигна оставалась человеком, когда переплетала свои пальцы с его.
– Я не общался с ним несколько сотен лет, – ответил Ангел смерти, и его тени нежно заправили прядь волос ей за ухо, стараясь не касаться кожи. – И не будь мы бессмертны, я бы даже не был уверен, что у меня все еще есть брат.
Сигна вспомнила, каким напряженным он был в присутствии Рока судьбы и как крепко держал ее. Даже сейчас, в одиночестве прислонившись к книжному шкафу в углу, Ангел смерти говорил тихо. Она старалась не злиться, но ей было неприятно видеть его настолько встревоженным. Ангел смерти не должен прятаться. Не должен бояться. Кем был Рок судьбы, что вызывал у своего брата такую реакцию?
– Он с нами играет, – сказала Сигна. Кожа зудела, и она нервничала сильнее, чем хотела признать. Но девушка тут же успокоилась, когда Ангел смерти притянул ее к себе, сердце затрепетало, когда он нежно погладил по ее перчатке большим пальцем.
– Разумеется. Судьба управляет жизнями своих созданий – что они видят, что говорят, как двигаются… Его рука предопределяет их пути и поступки. Мой брат опасен, и какова бы ни была причина его появления, не стоит надеяться на его дружеские намерения.
Сигну не очень волновало, что ее причислили к «созданиям» Судьбы. После всего, что она пережила, ее успехи казались незаслуженными, раз каждый ее выбор был заранее предначертан судьбой. Как будто он каким-то образом приложил руку ко всем ее самым трудным решениям и самым большим победам.
– В нем определенно нет братской любви. – Сигна нежно сжала руки Смерти, желая, чтобы он стянул с нее перчатки и она смогла ощутить его близость.
– Долгое время мы были только вдвоем, – начал рассказ Ангел смерти. – Мы привыкли считать себя братьями, хотя сейчас это мало что значит. Рок судьбы ненавидит меня сильнее всех в этом мире. – Сигна не успела выведать больше, поскольку он взял ее за подбородок и повернул к себе. Как бы ни было в гостиной темно, Сигна могла различить очертания его челюсти среди подвижных теней. Напряжение ослабло, когда он впервые за эту ночь прикоснулся к ее обнаженной коже. По телу разлилась прохлада, и она прижалась к нему, наслаждаясь прикосновением.