Наоборот
Шрифт:
— Я тоже хочу скорее увидеть тебя, даже если для меня время будто и не прошло. Когда ты выключишь симуляцию, я снова потеряю ему счёт. но я успел соскучиться по тебе за ту неделю. Ведь… Ведь Ми-Эр — это всё же не совсем ты. Та же внешность, тот же голос, но вас не перепутать.
— Да, точно, выключение. — Миранда открыла глаза и проверила, не появилось ли новых сообщений. — Я могу этого не делать, если ты против.
— Не смысла оставаться. В таком виде я могу только думать, находясь в пустоте. Наверное, это похоже на слишком затянувшийся пустой сон. Не самое хорошее состояние, особенно если даже поговорить не с кем. Так что лучше просто
Миранда кивнула, хотя понимала, что Тенеан этого не увидит, и твёрдо решила, что закончит меньше, чем за месяц. Значительный срок, если учесть, что обычно на создание нового робота едва ли уходило больше двух недель. Только вот нового в этом обычно присутствовало… Всего лишь иные комбинации уже отработанных схем. Настоящих изобретений, прорывов, не случалось давно. Остались улучшения и адаптации. А вот чтобы кто-то представил общественности нечто новое… Здесь нужно обладать не только воображением, но и — банально — желаниями.
Зачем, например, изобретать технологию, позволяющую передавать на расстояние не только видео и звук, но и прикосновения, если люди едва ли касались друг друга? Зачем создавать максимально интерактивные произведения, если у людей пропал интерес к досугу в принципе? Не стоило углубляться в эти мысли, ведь однажды попытка найти смысл существования нынешнего человечества и углубила трещину в казавшемся непоколебимым мировоззрении.
Мира ещё немного поговорила с Тенеаном, в душе отдавая себе отчёт, что это не только из-за желания подольше его послушать, но и из-за недостатка решимости выключить симуляцию. Несмотря на то, что в ней находился лишь разум, неспособный ничего почувствовать, это всё равно казалось чем-то сродни убийству. Но Тенеан прав: для него гораздо неприятнее оставаться включённым. И рука нерешительно потянулась к панели завершения работы. Они ведь ещё свяжутся. Даже скоро, если очень захочется. И обязательно встретятся. Надо только продолжать работать.
***
На следующий день пришло сообщение от группы Шона, что завтра они прибудут. В наибольшем нетерпении от этой новости пребывали Римма и Илен. Они договорились поспешить к нужному входу, как только придёт оповещение с той стороны.
Довольно часто случалось, что люди пробуждались семьями, точнее, теми их частями, которые ближе находились, больше контактировали, как то получилось у Миранды и Риммы, но Шону и Илен повезло меньше. Их родители не проснулись. Даже сейчас, когда понятием семьи приходилось проникаться заново, когда родство вносило в отношения некую особую, но пока едва ощутимую ноту, эти двое порою чувствовали что-то странное и тоскливое из-за того, что кроме друг друга у них никого не было. А оттого дорожили сильнее, чем если бы не являлись кузенами. В случае с Илен удивляться не приходилось, она ко всем на базе относилась тепло и дружелюбно. Шон же обычно косо смотрел на кротов и старался держаться в стороне, либо конфликтовал. Кротами он называл тех, чья работа сосредоточена под землёй, кому не требовалось покидать базу.
Так уж вышло, что когда Шон возвращался на базу в адекватном состоянии (в сознании и без необходимости сразу отправляться на лечение или ремонт), он всегда был раздражительнее обычного. Особенно если миссия не закончилась успешно. В этот раз прояснить ситуацию с Деструктором точно не удалось. И это стало ещё одной причиной, почему девушки хотели оказаться на месте до того, как Шон на кого-то вспылит.
— И почему
Бегать по базе не рекомендовалось во избежание столкновений, а бодрый шаг казался недостаточно быстрым. Нервный взгляд на часы. Они уже семь минут виляли по коридорам. Каждая минута увеличивала шанс, что кто-то объявится раньше, даже если к дальнему входу редко ходили — там в основном располагались склады.
— Ладно, у нас ещё есть шанс, что никому не придёт в голову идти туда, где появится Шон, — попыталась приободрить её Илен. — По крайней мере никому из тех, кто зна… — она запнулась на полуслове и напряглась. — Эй, мне не показалось?
Римма нахмурилась, кивнула и ускорилась. Илен закусила губу и почти сорвалась на бег, потому что едва поспевала. Им обеим послышалось, будто впереди что-то упало. Это только усилило и без того тревожное состояние.
— Сам смотри, куда прёшь, жираф! — Сложно было не узнать голос Эндрю, и похоже, что он столкнулся с кем-то высоким. Даже гадать не приходилось, с кем.
— Кротам дерзить права не давали. — А вот это уже точно Шон.
— А ты у нас тут самый главный, чтобы за других решать? Указаний от неудачников слушать не собираюсь!
— Чего вякнул?
— А что слышал! Ищейка, задравшая нос, след никогда не возьмёт.
Чувствуя, как с каждым словом ситуация накаляется всё сильнее, Римма бросилась вперёд. Вот что-что, а напоминать о провале точно не стоило. Через несколько метров она наткнулась на Шона и Эндрю, прожигавших друг друга взглядами, а рядом совершенно не заинтересованная их перепалкой Ми-Эр собирала адаптеры, носители и прочую мелочь, высыпавшуюся из упавших ящиков.
— Ты когда себя самым умным возомнить успел? Я тебя тут первый раз вижу, шкет.
— И мне одной встречи более чем хватило, чтобы заметить твою недалёкость. Важный-важный, х… — Договорить Эндрю не успел, вынужденный увернуться от оплеухи Шона. — Ха! Даже попасть не смог!
— Ничего, от таких скачек корона с тебя сама слетит.
— А я бы твою не отказался сбить сам!
— Отставить насилие! — крикнула Римма, схватив под руки Эндрю, который уже замахнулся на Шона.
Ведь, в отличие от Миранды, он не знал верных точек, которые могут временно обезвредить киборга. А если тот решит дать сдачи, то полёт до стенки и в лучшем случае сотрясение гарантированы.
— А с каких пор у кротов привычка махать на меня руками? — возмутился Шон.
Подоспевшая Илен подошла к нему и взяла за руку. Только два человека могли так беспечно касаться его даже в раздражённом состоянии, точно зная, что не отхватят по инерции.
— Тебе нужно выдохнуть. У вас ещё будет время выяснить отношения. К тому же, я очень хотела тебе кое-что показать. Пошли. — Подхватив кузена под руку, Илен настойчиво потянула его за собой, мягко улыбаясь и старательно игнорируя крайне недовольное выражение лица.
Эндрю попытался вырваться, но хватка Риммы оказалась куда сильнее, чем можно было подумать, судя по её виду. Она уже начала задумываться о том, не стоит ли попросить Ми-Эр усыпить его чем-нибудь слабым, как вдруг Эндрю успокоился, словно внутри него что-то щёлкнуло и перекрыло огню кислород.
— Можешь отпустить, — тихо попросил он.
— Ты точно не побежишь нарываться дальше? — с сомнением уточнила Римма.
— Точно. Поважнее дела есть, чем за этим гоняться.
— «Этого» зовут Шон, — поправила, отпуская. — И что у вас случилось?