Наномашины, сынок! Том 1

Новиков Николай Васильевич

Чёрт, только родился. Да что за… дерьмо…

«Нет. Нет», — изо всех си я пытался схватить ещё воздуха, — «Не умирать. Дышать. Ну!»

Лёгкие будто парализовало. Я прикладывал титанические усилия, чтобы сделать вдох. Я боролся с собственным организмом.

Не получалось.

«Не умирать. Не умирать! Дыши! Тебя спасут!»

Я дышал быстро и резко. Только так у меня получалось. Лёгкие просто не расправлялись дальше сраного миллиметра! Но это позволяло мне жить.

Ну же! Твою мать,

что вы все замерли?! Я… сейчас… умру…

— В сторону! — и тут… я услышал совершенно незнакомый, глубокий, и, как показалось, старческий голос, — Дайте его сюда.

— Господин, вы же…

— В операционную его!

Меня понесли. Я пытался расслышать крики отца и матери, но не мог. Только слышал своё бьющееся сердце.

А оно уже почти не билось.

— Оставьте нас!

— Н-но…

— Вон! Живо!

Двери закрываются. Слышу, как ко мне подходят. Что-то гремит. Железки. А затем…

Мужчина наклоняется ко мне.

И тогда я слышу его тихий, уставший голос.

— Прости, малыш. Мне надоело бессмертие. Надоела эта сила. Я устал. Теперь…

Чувствую невыносимую боль в груди.

Укол.

Мне что-то укололи огромный шприцом.

— Теперь это твоё проклятье.

А затем… я услышал ещё один голос. Чёткий и громкий.

«Инициирую нового владельца»

[Рой Наномашин успешно запущен]

«Обнаружен ряд повреждений и негативных феноменов. Начинаю адаптацию»

[Адаптация: Дестабилизация магического ядра]

[Адаптация: Колотый урон]

[Адаптация…]

Мне стало намного легче. Дыхание возвращалось. А искусственный голос в голове продолжал отчёт, к чему там ещё он адаптировался.

«Да что за дерьмо… у вас тут…», — глаза закрывались, — «Происходит…»

Ну здравствуй, новый мир. Чувствую, будет весело.

*****

От автора:

Всех приветствую. Мы начинаем.

Глава 2

В комнате стоял высокий черноволосый мужчина. У него была аккуратная щетина, голубые глаза, выразительные скулы и квадратная челюсть. Аполлон. Красавец! И просто…

Рукожоп.

Он держал в руках отвёртку, цыкал и беззвучно, но выразительно матерился. Ведь если он ещё ХОТЬ раз матюкнётся при младенце — жена его уничтожит. Дезинтегрирует, даже.

А поводы для матов были.

— Чтоб ещё раз… я купил погремушки по скидке… — процедил он, наконец прикручивая последнюю игрушку, — Вхух. Ну, вроде всё.

Он утёр пот со лба

и устало осмотрел свои деяния. Да, вроде держится. Несмотря на сраные кривые саморезы, собранные кривыми китайскими ручками в сраном подвале! Аргх!

Теперь над кроваткой целый хоровод цветастых и весёлых динозавриков, планет и машинок.

— Ну, Мишка, ты рад? — плечистый мужчина посмотрела на сына.

Сын посмотрел в ответ.

Походу не рад.

— Дорогая… — пробормотал отец, — Мне кажется он меня осуждает.

— Тебе кажется, — мимо прошла женщина с корзинкой белья, — Ему всего три месяца, он ещё маленький для осуждения. Не, если ты ЕЩЁ раз ему игрушку на голову уронишь, то может начнёт.

Отец посмотрел на ребёнка. А у того и впрямь взгляд… ну странный! Осуждающий, что ли. Будто он сейчас вздохнёт, устало потрёт лицо и…

— Тц, — ребёнок цыкнул и отвернулся.

У мужчины аж дыхание перехватило.

— Д-да я же говорю! Он меня не любит! — настроение сразу улетучилось, лицо поникло.

— Да всё он любит, — жена подошла и поцеловала его в щёку, — Просто в следующий раз не пытайся ему пробить голову динозавром, может и осуждать перестанет.

Отец, ещё раз попросив прощения у своего сынули, ушёл в поникшем настроении.

Жена же, молодая девушка со светлыми волосами, улыбнулась новым погремушкам и посмотрела на любимого сынулю.

Посмотрела… посмотрела. И…

— Ну да. И впрямь осуждающий. Как у манула, — покачала она головой, — Хотя не. Кажется. Наверное.

Да конечно им кажется. Он же всего лишь малыш.

Не может он осуждать своих родителей.

* * *

Я осуждающе смотрел на эти два недоразумения. Особенно на батю с его гениальными погремушками и прямыми руками.

Не, я понимаю, саморезы палёные подсунули, понять можно, но моему лбу от этого не легче. Ёп его мать этого пластмассового динозаврика! Правильно вас всех метеорит убил!

«Мда…», — я вздохнул, — «Никакого личного пространства у детей…»

Блин, попа ещё чешется. Дебильная сыпь. А почесать не могу, на мне средство по сдерживанию моей огромной силы и невероятного потенциала — детские варежки. Это чтобы я себе глаза не выковырял.

А я и не планировал.

Только если моим врагам.

«Так, ну ладно», — киваю сам себе, — «Пора за работу»

Недавно мне исполнилось три месяца, а я до сих пор ничего не знаю ни о себе, ни о мире. Позорище! Информация — главное оружие! А я только пару дней назад перестал постоянно засыпать, и смог более-менее держать себя в сознании. Слабое детское тело, чтоб его.

Скоро меня понесут в место, где мне КАТЕГОРИЧЕСКИ не нравится, но пока есть пара минут — нужно пользовать!