Наконец-то вместе
Шрифт:
— Совсем обнаглела, верно? — жизнерадостно пролаял Шредер.
— Они не держат в секрете свои отношения, — пробормотала Сэм, сдвинув брови.
Шредер откусил пончик, отхлебнул кофе и взял прислоненный к телефону листок бумаги.
— Тут записка от Маккорда. Он хочет нас видеть у себя без четверти десять. Не знаешь зачем?
— Знаю, — кивнула Сэм, переворачивая последнюю страницу досье на Ли Мэннинг. — Парень из отдела борьбы с экономическими преступлениями расскажет о том, что они обнаружили после ревизии книг и финансовых документов Мэннинга. Эксперты прислали последний
Покончив с «историей жизни» Ли Мэннинг, Сэм подтащила к себе толстый справочный том по досье Валенте и откинула обложку. Трудно представить людей более разных, чем Валенте и Ли Мэннинг. Ли, кажется, даже ни разу не штрафовали за не правильную парковку. К тому же она была членом городской комиссии по борьбе с преступностью. Майкла Валенте обвиняли в целом ряде преступлений, более того, он был одним из первых в специальном списке комиссара полиции в компании известных преступников, чья деятельность находилась под строгим надзором.
Пока Шредер разговаривал с помощником окружного прокурора, который посвящал его в подробности предстоящего процесса по делу об убийстве, раскрытом детективом, Сэм взяла ручку и принялась составлять список дат каждого иска, предъявленного Валенте, основных обвинений и исхода расследования.
Она начала с самого недавнего дела, время от времени справляясь со справочным томом, чтобы прояснить дополнительные данные и подробности преступлений, которые Валенте предположительно совершил против законов города, штата и государства. При этом она заметила, что обвинители частенько обращались к большому жюри за получением обвинительного акта, а это означало, что у них не было достаточно веских доказательств, чтобы заставить судью выписать ордер на арест.
Наконец у нее получился достаточно впечатляющий список арестов и обвинительных актов, накопившихся за последние десять лет, причем все преступления относились к разряду ненасильственных: попытка подкупа, обман, намерение совершить мошенничество, похищение имущества в крупных размерах, выдача конфиденциальной информации, уклонение от уплаты подоходного налога и различные варианты основных тем.
Правая сторона колонки, где были записаны результаты каждого дела, пестрела однообразными пометками: «Дело закрыто», «Обвинение снято», «Оправдан».
В суде Валенте представляла едва ли не лучшая адвокатская контора, специализирующаяся по уголовным делам, но трудно было поверить, что даже «Бьюкенен, Пауэлл и Линч»
Могли с таким постоянством вытаскивать явного преступника, добиваясь десятков оправдательных приговоров.
Кроме того, в деле имелись и обвинения в мелких правонарушениях: владение психотропными препаратами, превышение скорости при вождении автомобиля и нарушение общественного порядка. Сэм уже прочла все протоколы и была поражена мстительностью полицейских. Особенно смехотворной казалась история с психотропными препаратами. Если верить тому, что было написано, арест производился на основании
И в этих случаях исход был одинаков: «Дело закрыто», «Обвинение снято», «Оправдан».
Единственным исключением был самый последний пункт в ее списке: умышленное убийство, случившееся, когда Валенте было семнадцать лет. Судя по протоколу, он застрелил некоего Уильяма Т. Холмса. В отличие от остальных преступлений это было насильственным, и Валенте признал себя виновным: единственный раз, когда он сдался, вместо того чтобы бороться и победить. Его приговорили к восьми годам с возможностью досрочного освобождения после отбытия половины срока.
Сэм пролистала папки на своем столе в поисках документов по этому делу. Ее интересовала причина убийства. Может ли так случиться, что в этой истории замешана какая-то женщина?
Не найдя папки, она порылась на столе Шредера, но и там не заметила ни одной красной наклейки. Стол Уомэка стоял позади стола Шредера, и она повернулась к нему.
— Что ты копаешься? — недовольно пробурчал Уомэк, возвращаясь из кабинета Маккорда с охапкой папок в руках.
— Ищу приговор Валенте по тому, давнему, убийству, — пояснила Сэм.
— У меня его нет.
Сэм поднялась и направилась в кабинет Маккорда. Его там не оказалось, поэтому она спокойно подобралась к столу, где были аккуратно сложены остальные документы на Валенте. Подойдя ближе, она заметила, что одна папка валялась отдельно, словно ее в гневе швырнули на стол. В глаза бросался явный беспорядок: из нее даже вываливались бумаги. Сэм по наитию проверила наклейку, и оказалось, что именно это она и искала!
Она написала Маккорду записку прямо на желтом блокноте, пояснив, что на время взяла документы, и вернулась к себе.
Внутри Сэм обнаружила рапорт производившего арест офицера, но там было сказано только, что Валенте поссорился с Холмсом и застрелил его из незарегистрированного полуавтоматического пистолета сорок пятого калибра, принадлежавшего Валенте. Свидетелей стрельбы не оказалось, но полицейский, проезжавший мимо в патрульной машине, услышал выстрел и оказался на месте преступления прежде, чем Валенте успел сбежать. Маккорд обвел кружком имя полицейского и написал рядом адрес.
Согласно имевшимся сведениям, Уильям Холмс был порядочным парнем, не состоявшим на учете в полиции. В отличие от него за Валенте уже числилось несколько подростковых правонарушений, которые и принял в расчет судья, учтя одновременно при вынесении приговора и возраст преступника.
Сэм закрыла папку.
В семнадцать лет Валенте отнял жизнь у подростка. Значит, он способен на такое… но судя по тому, что она прочитала, убийство было совершено в порыве гнева. Заранее обдуманное убийство — преступление совершенно иного рода.
Погруженная в невеселые мысли, она машинально чертила что-то в записной книжке, пытаясь понять: кто же Валенте на самом деле? Чем он живет? Что заставило его взяться за оружие? И почему Ли Мэннинг предпочла его пусть неверному, но в остальном вполне респектабельному мужу?