Наколдую любовь...
Шрифт:
– Асенька, родная моя, ну успокойся, - прошептал он ей на ушко, зарываясь носом в прядки растрепанных волос.
Не сработало. Затряслась в его руках, разревелась еще больше. Тогда он потащил ее на кровать. Уложил, собой накрыл, отрывисто целуя заплаканное личико с потекшей тушью, – а она все равно вырывается, плачет под ним и кричит что-то, захлебываясь в истерике; то цепляется за его рубашку и умоляет не бросать ее, то, наоборот, вдруг отталкивает, брыкается и призывает прогнать ее, найти себе полноценную женщину…
– Ну о чем ты, Асенька? Не нужны мне другие, слышишь, не нужны…
Среди погрома, на большой резной кровати, Андрик остервенело зацеловывал несчастную свою
– Я очень люблю тебя, Ась, - тихо проговорил Андрик, не открывая глаз. – Все у нас будет хорошо, обещаю.
Аська носом в него уткнулась и тихонько шмыгнула. Но, боясь опять расплакаться, тут же взяла себя в руки и, чтоб только отвлечься, спросила:
– Павел-то зачем приходил?
Андрик в ответ поморщился.
– Андрик, скажи мне! Я же опять накручу себя – ты знаешь…
– Да бабку он какую-то нашел – уговаривал к ней тебя отвезти. Бред какой-то…
Но Ася его скептический настрой не разделила. Она вдруг приподнялась и внимательно, с какой-то надеждой посмотрела на мужа:
– Какую бабку?
– Ась? – открыл Андрик глаза. – Ну только не говори, что ты серьезно… Ну вот только бабок нам не хватает, да?
– Какую бабку, Андрик? Что тебе Павел сказал?
Она цеплялась за любую возможность, и плевать ей, кто поможет – врачи, молитва или же какая-то бабка. Надо будет – к черту пойдет!
– Ась, ну это ж шарлатанство чистой воды! Ну если врачи не могут ничего сделать, что сделает какая-то бабка? Ась, ну не сходи с ума.
– У нас есть выбор? А если это наш шанс? Андрик, давай хотя б попробуем! Ну не получится ничего – ничего ж не теряем. Я сегодня даже в церкви была… Андрик, да я к кому угодно уже готова идти!
В глазах Аськиных опять заблестели отчаянные слезы. Понимая, что еще немного, и начнется второй акт трагедии со слезами, воем и заламыванием рук, Андрик тяжело вздохнул, прижал к груди жену и сдался, чтоб только не плакала она больше:
– Ну хорошо, я позвоню Пашке и узнаю, где искать эту бабку. Не плачь только, Асенька…
Глава 3
День, выбранный для поездки в Хомячинки, не задался с самого утра.
Все началось с того, что Ася с Андриком проспали. Только к обеду сели они в машину, и тут-то их ждала еще одна неприятность: навигатор устроил забастовку, наотрез отказываясь находить Хомячинки – оказалось, нет такой деревни на карте. Но примерную дорогу Андрик все-таки знал – Павел подробно рассказал ему, где искать деревню, и даже набросал примерный маршрут, – вот только стоило им чуть отъехать от дома, как начался сильнейший снегопад. Не видно ж ничего, так и в аварию попасть нетрудно! Андрик посмотрел на жену в надежде, что победит благоразумие или хотя бы банальная неохота в такую непогоду мчаться к черту на кулички, но Ася, избегая его взгляда, лишь тихо ответила:
– Езжай аккуратней, не спеши.
В тот день казалось, что вечер наступил сразу после полудня – солнечный свет не смог пробиться ни
Добрались они только поздним вечером, уже в полной темноте.
Спрятанная от людских глаз и технического прогресса деревня отыскалась среди леса, в паре сотен километров от города, и представляла собой десяток небольших бревенчатых домов. Было б чуть светлее, могли бы Андрик с Аськой разглядеть их удивительную крепкость, резные ставни и фигурки петушков на заснеженных крышах, но сейчас им, вымотанным тяжелой дорогой и долгими поисками, было не до деревенских красот – они вглядывались в мрачный пейзаж и пытались сориентироваться, где искать бабку Агафью. Павел предупреждал, что живет знахарка где-то на отшибе, – а где его искать, если здесь все и есть один сплошной отшиб? К счастью, заметили они какого-то бредущего деда – подъехали ближе, Андрик опустил стекло и только рот открыл, намереваясь спросить дорогу, но дед, даже не обернувшись, махнул рукой вперед и недовольно буркнул:
– Прямо ехай, не обшибешься.
Ну ладно, дед, и на том спасибо. Что ж, прямо так прямо. Поехали. За домами лес начался, – куда дальше ехать-то? Однако, как ни странно, колея здесь была, и уходила она действительно прямо, в темень леса. Аська поежилась – уж больно зловеще все это выглядело; Андрик злился, но ехал вперед, надеясь, что до ночи все-таки успеют они отыскать избушку Агафьи.
Дед не обманул – вскоре колея вывела их на опушку леса. Одинокий домик, тоже крепкий, бревенчатый, но без резных ставен и всяких украшений, черным пятном выделялся на белоснежном пейзаже. Дорога здесь заканчивалась, лишь к деревянной калитке вела протоптанная тропинка – частенько приезжали сюда люди, и ни снегопады, ни ливни, ни морозы, ни жара не останавливали поток гостей, прослышавших про знахарку.
Андрик с Асей оставили машину чуть в сторонке, и только подошли они к калитке, как на пороге избушки показался женский силуэт – худенький, маленький, в длинной юбке и несоразмерно большом тулупе. В темноте лица не разглядеть, но почувствовали они на себе тяжелый изучающий взгляд, будто взвешивающий, пускать или нет поздних гостей.
– Здравствуйте! – подала голос Ася. – Мы ищем Агафью…
Фигура развернулась и, ни слова не говоря, исчезла в доме. Дверь, правда, открытой при этом осталась. Ася с Андриком переглянулись, потоптались перед калиткой в нерешительности… Но дверь-то открыта – значит, не прогоняют их.
Запах трав и свежего хлеба ударил в нос, едва вошли они в дом. Закрыв за собой дверь, Ася с Андриком терпеливо ждали, пока к ним выйдет хозяйка, но ведьма, похоже, гостеприимству не обучена – стояли они в сенях чужого дома совершенно одни. Впрочем, недолго.
Сперва вышел к ним лохматый рыжий пес. Посмотрел на них большими умными глазами и – зараза такая! – как и хозяйка, развернулся и ушел. А потом выбежал… ребенок – мальчишечка лет трех, щупленький, светловолосый кудряш с удивительно ясными голубыми глазами. Настоящий ангелочек! В маленьком розовом кулачке он сжимал пряник и выжидающе смотрел на поздних гостей. У Аськи все перевернулось внутри от этого взгляда… Как представила она, что и у них с Андриком такой быть может, так чуть не расплакалась!