Наказание по обмену
Шрифт:
Хорошо, что никто не видит этого ужаса, так часто, как вижу я сама.
Сидя на кухне, я витала где-то в своих мыслях, ленясь даже кружку поднести к потрескавшимся губам. Вот, что делает стресс с людьми. Надо бы сегодня устроить себе вечер релакса: с ванной и пузырьками, масками на лицо и волосы. Не плохая мысль, однако.
А вдруг, я лунатик, и реально по ночам шастаю где-нибудь. Что за бред приходит ко мне в голову?!
Итак, надо подумать о планах на сегодня. Хм, я хочу суши – закажу сегодня. При одной мысли о них во рту стало выделяться больше слюнок. Поскорее бы вечер, чтобы распробовать этот прекрасный вкус. Давненько я их не ела. Надо
Как только Рона зашла в магазин, который готовился к открытию для всех любителей музыки и фильмов, я тут же кинулась к ней, чтобы узнать все подробности:
– Рона!
– Привет, я тебе тоже рада – злобно пробубнила она.
– Ты чего такая злая?
– Да, таксист, мать его, домогался до меня опять. Все бы ничего, да он мерзкий старикашка, с пивным животом. Жуть!
– Да уж, веселенькое утро у тебя. И вправду, жутковато, – пожалела я свою подругу, на которую то и дело засматривались мужчины постарше, да и вообще преклонных лет. Хотя, на Рону засматривались абсолютно все. Она хоть и была своеобразной внешности, все же умела пользоваться природным очарованием.
– Ага, и не говори, все настроение испортил зараза. Чтобы у него не вставал никогда.
Я захихикала от ее слов что, видимо немного развеселило Рону:
– Господи ты смеешься, как маньячка, – заметила она, улыбаясь. – Где же женственный мелодичный смех?
– В смысле? У меня нормальный смех – запротестовала я, наперекор подруге. – Сама-то ржешь, как подстреленная макака.
– Ага, для маньяка-насильника, весьма неплохо, а вот у меня прекрасный смех!
– Заткнись уже, а – сказала я, широко улыбнувшись. – Кстати, у меня к тебе разговор.
Рона заинтересовалась, так как я редко подходила к ней за чем-либо конкретным, в формате разговоров и советов:
– О чем?
– Ты знаешь Майкла?
Ее зрачки взметнулись к верхним векам, а верхними двумя зубами она прикусила нижнюю губу, что доказывало работу ее серого вещества, находившегося в голове.
–М-м, – задумчиво протянула девушка. – Наверное, а как он выглядит?
Я описала Майкла, почти так детально, что на половине моего описания, Рона вскликнула:
– А! Знаю-знаю, а что?
– Можешь про него рассказать? – мне стало почему-то неловко, спрашивая у Роны об этом парне. Может, я просто боялась, что она подтвердит слова Дина, а может я просто не привыкла расспрашивать у других про людей, что мне симпатичны.
– Парнишка то ничего в целом: статный, неплохо одевается, да и при манерах, вот только иногда про него ходят странные слухи. В нашем городе вообще слухи – это самые интересные новости, но восемьдесят процентов из них являются клеветой и ложью, так что я не во все верю.
– Так что за слухи о нем ходят? – поддавшись любопытству на свой страх и риск, поинтересовалась я у Роны.
– Говорят, что он заправляет одним из борделей.
Мои глаза чуть не выпали их своих обойм. Я, конечно, ожидала всего, но не этого. Даже представить сложно как-то.
– Что? – я решила переспросить, снося этот факт, как невнятно услышанный.
– Это только говорят, я сама не видела. Так что не все слухи правдивы, но видела частенько его с разными девушками, которые долго около него не задерживались. Причем, каждая девушка о нем отзывается по-разному.
– Понятно – уныло промямлила я, ошеломленная такими словами, которые явно не помогли мне ни в чем, а больше запутали мысли в клубок отчаяния и тревог.
–Кстати, вот что еще вспомнила. Было тут одно дело с ним, давненько, правда, ему тогда только восемнадцать исполнилось. Как-то раз около него крутилась девушка, из приличной семьи. У них вроде была любовь-морковь, но как-то, раз его повязали полицейские. Говорят, он пытался изнасиловать девушку, причем самыми непристойными способами.
– Да ну, серьезно?
– Ага, об этом писали в газетах даже, но самое интересное то, что он избежал всего. Его признали невиновным. Сказали, что жертва не то, чтобы забрала свое заявление, она оказывается, вообще на него ничего не писала, и поэтому его освободили. Странная история. До сих пор у меня в голове не укладывается. Явно там было много интересных подробностей, увы, которых мы не узнаем.
– А, что он?
– А, он до последнего твердил, что невиновен. В принципе так на деле и оказалось. Бедный парень. На совершеннолетие получить такое подарочек, как сутки в участке.
– Понятно. Да уж. Не это я ожидала услышать.
– Почему ты им вдруг интересуешься? Это первый раз, когда ты спрашиваешь у меня про парня, не считая, Дина.
Я рассказала Роне про ту встречу с Майклом, и что было после: как мы гуляли вместе, как он меня поцеловал, и как мило поддерживал беседу.
Выслушав «от» и «до» весь мой рассказ, Рона задумалась на несколько минут, переваривая всю информацию, после чего произнесла:
– Что могу тебе сказать. Если он тебе нравится, то вперед, но будь осторожнее. Слухи – слухами, но все же они сами по себе не появляются. Либо он чист, но имеет ряд неприятелей, что глагольствуют против него, либо он не так мил, как тебе показалось. Приглядывай там за его действиями. И если что сразу набирай.
Я улыбнулась:
– Хорошо.
Слова Роны меня немного успокоили. Хоть кто-то не против него, а точнее мне просто-напросто нужно было чье-то разрешение. Может, я все же глупо поступаю, и мне следует послушать Дина?
Ну, нет. Не в моих правилах следовать такому, как он. Да, я пойду на еще одно свидание с Майклом быстрее, чем послушаюсь этого невыносимого эгоистичного парня!
Глава 10
Так, прошла неделя. Все было настолько спокойно, что меня это слегка напрягало. Дина я почти не видела, он все время где-то пропадал. Утром я уходила, он –спал, а когда приходила вечером, его уже не было. Его присутствие я начинала слышать, где-то в середине ночи, когда Дин, стукаясь о всевозможные тумбочки, пытается нащупать лестницу в темноте, чтобы дойти до кровати или же, когда начинали раздаваться всевозможные вздохи и звуки страстных соитий с жертвами противоположного пола, причем казалось, что он был всегда подвыпившим. Хотя, возможно, мне это только казалось. Кстати, говоря, о приходах Дина ночью. Я даже успела уже к этому привыкнуть. И когда в зале раздавались стоны, я натягивала наушники, заглушая посторонние звуки музыкой, и таким образом засыпала обратно. Конечно, под утро приходилось распутывать себя же от цепких объятий проводов, но все было лучше, чем слушать и представлять, что же там происходит внизу на диване или кресле, или полу. Так, бурная фантазия вновь пошла в пляс.