Накануне
Шрифт:
– - Не пойму я, -- ответил Местятка.
– - Ну так торков позови, -- сквозь стиснутые зубы процедил Шемяка, пытаясь удержать дергающегося половца.
На зов пришел Итларь, и дело пошло. Пластинка - это пайцза, на которой написано "Силою вечного неба. Покровительством великого могущества. Если кто не будет относиться с благоговением к указу Бату-хана, тот подвергнется ущербу и умрет".
Итларь едва успевал переводить. Бек грозил неминуемой смертью всем, кто осмелился поднять руку на него. С Шемяки он обещал снять кожу и набить ее сушеной травой, чтобы чучело
Угроза вполне реальная. На стене уже висела парочка таких ссохшихся деформированных голов, набитых сеном. Бек с врагами не церемонился.
Шемяке надоело слушать угрозы и, бек лишился глаз, языка, а потом и жизни.
– - Выкиньте эту падаль, -- велел Сашка, пнув труп половца.
Нагруженные добычей, они отправились назад. В Шемякины руки свалилось огромное богатство - табуны лошадей, верблюды, повозки запряженные быками, под завязку набитые барахлом: войлочными юртами, коврами, посудой, котлами, светильниками, отрезами зелени, червени, и хери. Дорогих тканей не так уж много, но вполне достаточно, чтобы одарить своих людей обновой. Арсенал оружия - это отдельная песня. Три десятка вполне приличных сабель, дюжина дрянных, но еще вполне годных для продажи, булавы, несколько мечей разного качества, брони, шеломы, щиты, и луки с запасами стрел. От пик пришлось избавиться, так в большинстве своем они представляли длинный шест на конец которого было насажено или кусок заостренного железа или топор. Железо собрали, а к шестам привязали невольников.
Они представляли немалую ценность, но пока Шемяка отдыхал в юрте бека с девушками, которых называли "кто приносит наслаждение" - Чимбук с товарищами сократили поголовье невольников. В этом плане половцы оказались на всю голову отмороженными - перебили всех стариков и старух и даже грудных младенцев не пощадили.
– - Все одно подохнут, -- простодушно объяснили они свой поступок.
Гнев Шемяки постепенно угас. В степи свои законы - безнравственные и жестокие. Но всему есть свое объяснение.
Возницами на возы посадили самых молодых, красивых невольниц. Для перевозки небольшой юрты хватало двухколесной повозки и одного быка впряженного в упряжку, а большую юрту везли уже на четырехколесной с четверкой животных. Совсем маленькие юрты разобрали и везли на верблюдах. Половчанки с детства приучены управлять быками запряженными в возы.
Девушки на удивление быстро смирились со своим подневольным положением, стараясь найти опору в новой жизни. Шемяка наблюдал, как они строили глазки его людям, и некоторые, особенно молодые торки, отвечали им вниманием. Он не сомневался, что вскоре все серебряные безделушки вернуться к девицам в качестве одарка молодых людей.
Остальные понуро брели за возами. Добровольные помощники из бывших половецких рабов, взяли на себя роль надсмотрщиков и были безжалостны к бывшим хозяевам. То и дело плети, рассекая воздух, опускались на спины невольников, ужесточая страдания несчастных. Торки регулярно проезжали мимо колонны и тогда рабы убыстряли шаг, втягивая головы в плечи.
Нестор Булгарина
Шемяку и половцев он встретил упреками:
– - Я дивлюсь мне вести от вас нет. Так-то вы о моем имуществе печетесь? Плохо ли вам или хорошо, а о моем имуществе заботиться надлежит вам по моему большому наказу. Неужели чужим людям о нем заботиться, раз вы так поступаете? Бойтесь Бога, слово блюдите. Ни соби присловья возьми.
– - Ты почто Костяжку заковал? -- набросился на купца Сашка.
– - Буйствовал твой человек, -- сразу заюлил купец.
– - Я уговор исполнил, -- с трудом сдерживая нарастающий гнев, процедил Шемяка. -- Товар твой вернул, а ты моего человека похолопил? Добро мое отнял?
– - Я все верну, -- пообещал купец, испугавшись решительных воинов, стоявших за спиной Шемяки.
– - Я пытался остановить их, -- рассказывал Костяжко, когда с него сняли цепь, на которой он сидел во дворе. -- Но они скрутили меня...
– - Не волнуйся, он еще виру заплатит -- пообещал парню Шемяка.
С жадным купцом, пришлось разбираться. Первый испуг прошел, и в Несторе вновь проснулся предприниматель.
– - Половина добычи моя! -- нахально заявил он Шемяке. -- То по наказу мне положено.
– - Ошибаешься, -- возразил Шемяка. -- В грамоте написано, что мы обязаны защищать твое имущество и половина добычи при отражении нападения - твоя. Это правда. Ты свое получил. А мое есть мое. Я сам ходил на половцев и все, что взял - мое!
– - Ты мне за меды должен, -- напомнил купец об утраченном товаре.
– - Возьми невольниками, -- предложил Шемяка, уступая в малом.
Местятка с Чурнаем остались недовольными решением Шемяки. Купец, указывая на следы от плетей, жестко сбивал цену на невольниц и остался в большой выгоде, с довольным видом уведя пленниц.
Шемяка же после бессонной ночи, отправился путешествовать в царство Морфея, мечтая проснуться в своей кровати в родном городе, а все, что происходит с ним в этом мире - оказалось просто дурным сном.
Утром, следовало пробуждение, и как обычно, начинался новый день, полный трудностей и приключений. Русь, раздираемая княжескими усобицами, отдалялась, но тем сильнее, в тревоге за будущее страны, сжималось сердце, тем тревожнее становились думы - а правильно ли он поступил, уезжая в Булгар...
Может, стоило остаться и приложить все силы, чтобы уговорить князей одуматься и, объединить силы против грозного врага? Хорошо бы... Но Даниил разбит и тяжело ранен. Киевский князь сидит в порубе, его сын в плену у половцев. Михаил Черниговский страшно ненавидит князя Ярослава, брата Владимирского князя, а они отвечают ему взаимностью. Нет, никогда князья не договорятся, слишком сильны противоречия между ними.
Остается поднимать народ, но как это сделать? Что ж, у Шемяки будет время подумать над этим и, может быть, история пойдет по другому пути, ведь зачем-то судьба занесла его в прошлое...